Чтение онлайн

Наступил день Ежегодного Смотра Дарований. Это был формальный, но крайне важный ритуал. Учеников по одному заводили в Круг Измерения — сложную конструкцию из серебряных пластин и светящихся рун, выгравированных на полу главного зала. Под наблюдением Декана Кальвина и нескольких старших магов специальный артефакт — «Око Анализа» — снимал показания с каждого ученика, оценивая прогресс в контроле над даром и его силу. От этого зависело их дальнейшее распределение: в элитные боевые группы, во вспомогательные или, для самых неудачливых, — на «переплавку» в лаборатории Куратория.

Василий стоял в шеренге, внешне абсолютно спокойный. Внутри же все бурлило. Он знал, что его дары выросли. Вопрос был в том, насколько. И как это интерпретирует Око.

— Номер 34, Тео! — вызвали его «агента».

Юноша, бледный как полотно, зашел в круг. Лучи света от Ока пробежались по нему. Старший маг что-то пробормотал, глядя на кристальный шар.

— Аэромантия. Слабый уровень контроля. Уровень силы: низкий. Прирост за год: минимальный. Определить в группу вспомогательной разведки.

Тео, с облегчением выдохнув, покинул круг. Его не сочли угрозой. Что и было целью.

— Номер 76, Боргар!

Землеман уверенно занял место. Руны под его ногами вспыхнули густым желтым светом.

— Геомантия. Хороший уровень контроля. Уровень силы: выше среднего. Прирост: значительный. Определить в инженерно-штурмовые группы.

Боргар хмыкнул довольно и отошел. Его сила была очевидна и полезна для армии.

— Номер 78, Лилия!

Ее аура, когда Око коснулось ее, вспыхнула чистым голубым сиянием.

— Гидромантия. Отличный контроль! — не удержался от восклицания один из магов. — Уровень силы: средний. Прирост: отличный. Явная склонность к целительству. Определить в медико-магический корпус.

Лилия улыбнулась и бросила взгляд на Василия. Все шло по плану.

И наконец:

— Номер 77, Василий!

Он шагнул в центр круга. Холод серебра под ногами, гудящая энергия рун — все это он ощущал своими обостренными чувствами. Он видел, как из центрального кристалла Ока тянется невидимый луч, сканирующий его.

И тут случилось то, чего он не ожидал. Его Магия Жизни, которую он так старательно подпитывал, откликнулась на луч первой. Она вспыхнула в его восприятии ярким, сочным зеленым светом, таким мощным и насыщенным, что он сам был шокирован.

— О-о! — произнес старший маг, вглядываясь в шар. — И что у нас здесь? Витамантия... Уровень контроля... превосходный! Уровень силы... Выше среднего! Прирост за год... исключительный! Потенциал целителя высокого класса!

По залу прошел одобрительный гул. Декан Кальвин, обычно невозмутимый, поднял бровь. Сильный целитель был на вес золота на поле боя.

Василий мысленно расслабился. Все было хорошо. Его приняли за перспективного витаманта. Но вдруг Око, закончив сканирование одного дара, автоматически переключилось на поиск других. И оно наткнулось на второе ядро. На ту самую, скрытую, похороненную глубоко внутри Магию Смерти.

Василий почувствовал, как холодная волна пронзила его. Он инстинктивно попытался сжать ее, спрятать, но было поздно. Око уже зафиксировало аномалию.

В кристальном шаре ярко-зеленый свет вдруг померк, и его пронзили острые, черные, как смоль, прожилки. Они были не хаотичными, а структурированными, словно корни мертвого дерева.

В зале воцарилась мертвая тишина. Маги переглянулись. Кальвин нахмурился.

— Что это? Помехи?

— Нет, магистр, — старший маг говорил сдавленно, его лицо побледнело. — Это... второй дар. Гораздо более слабый, но... стабильный. Природа... энтропийная. Некромантическая.

Слово «некромантическая» повисло в воздухе, тяжелое и зловещее. Лилия вскрикнула, зажав рот рукой. Боргар выругался себе под нос.

Василий стоял, чувствуя на себе десятки колючих взглядов. Его мозг работал на пределе. Отрицать? Бежать? Система тут же выдала анализ: [Шанс успешного отрицания: 2%. Шанс успешного побега: 0%. Рекомендация: сыграть на любопытстве и практической полезности.]

— Двойственная природа... — наконец проговорил Кальвин, и в его голосе не было страха, а было холодное, научное любопытство. — Редчайший феномен. Жизнь и... ее противоположность. Обычно такие случаи заканчиваются магическим коллапсом носителя в течение первого года. А ты... не только жив. Ты преуспеваешь в обоих дарах.

Он подошел ближе, вглядываясь в Василия, как в интересный экспонат.

— Объясни.

Василий сделал самое умное, что мог сделать в этой ситуации. Он сказал полуправду.

— Я не знаю, магистр. Я просто... концентрировался на контроле. Как учили. Я чувствовал обе силы. И старался держать их в равновесии. — Он сделал паузу и добавил то, что должно было заинтересовать Кальвина. — Я заметил, что, когда я использую одну, другая становится... послушнее. Более управляемой.

Это была ложь. Он не сказал, что может использовать их — он сказал, что заметил. Он представил себя не угрозой, а уникальным, живым объектом для изучения.

Кальвин повернулся к другим магам

.— Смерть обычно проявляется спонтанно, разрушительно. А здесь... контроль. Пусть и слабый. Это... необычно.

Один из старших магов, тот самый Игниус, с рыжей бородой, хмуро произнес:

— Некромантия... запрещена. Риск слишком велик.

— Запрещена несанкционированная некромантия, — поправил его Кальвин. — Санкционированная же служит Адрастии. Санитары на поле боя, создатели оберегов... Его сила мала. Но его контроль... Если он сможет научиться управлять этим... его ценность возрастет в разы.

Принятие решения было молниеносным. Прагматизм Академии победил предрассудки.

— Номер 77. Твое обучение продлится не стандартные два года, а три, — объявил Кальвин. — Первый год ты прошел. Следующие два года ты будешь обучаться по индивидуальной программе. Основной фокус — витамантия. Но под строжайшим контролем мы начнем... изучать твой второй дар. Определить в экспериментальную группу «Янус». Повышенное довольствие, доступ к архивам III уровня по разрешению куратора. И круглосуточное наблюдение.