Чтение онлайн

 Походило на дурацкую выдумку: варвары пешими не бывают... Но Кандибоб понимал, что охранник, который остротой ума не отличается, сам придумать такое не мог. Он точно передает то, что слышал от доброхотов. А что из слухов похоже на правду, приходилось Советнику решать самому.

 - Так вот же она и есть!
– неожиданно вскочил Кашлентий.
– Он поднял густо исписанную бумажку и потряс ею в воздухе.
– Тут все прописано: у кого какая скотина есть, кто какой урожай собрал. Нетленный труд мой...

 - Ты что, головой повредился?!
– рассердился Кандибоб.
– Если ее рыцарь увидит, все отберут. Спрячь! И чтобы никто не знал, где она.

 - Для того и искал, чтобы спрятать. Ее теперь можно полностью сказать: не существует, - Писарчук ловко сунул бумажку в карман и развел руками.
– Нет ее и все. А вот это наша полная отчетность!
– Кашлентий похлопал ладонью по пачке бумаг.
– Здесь все есть. Называется "Статистика". Это значит: куда захочу, туда и поворочу. Научный труд. Чего мы теперь по нашей полностью достоверной статистике видим? А то мы видим, что скотины ни у кого нет, урожаев нет, и запасов нет... Падеж, значит, у нас фактически имеется и полный катастрофический недород.

 - Правильно, - похвалил Писарчука Кандибоб.
– Еще чего?
– обернулся он к Бандурею.

 - Болтают, что рыцарь у Мудреца побывал. И целый воз добра ему подарил: два камзола с золотым шитьем, шапку высокую из меха дикого хищника, сапоги сафьяновые с медными шпорами и на высокой подошве, пять пар штанов алого бархата и вина заморского большой бочонок. А Мудрец посоветовал рыцарю вести войско прямо через Нуидыру. Сказал, что девки у нас, в Нуидыре, из всех поселений, самые фигуристые. Думаю, когда рыцарь Калант уйдет, надо Мудреца мордой об стол. И козу тоже. А Тихоню выдрать...

 С Гельмой у Бандурея были особые счеты. Однажды, когда Охранник разулся возле пещеры Мудреца, чтобы дать отдохнуть ногам, коза утащила у него правый сапог и сжевала его так, что только подметку можно было узнать. Бандурей два раза гонялся за козой, чтобы потыкать заразу мордой в сухую землю, но догнать Гельму не смог. А Тихоня еще и пригрозил Охраннику, что если тот тронет козу хоть пальцем, то получит в лоб камнем. И показал камень, который вполне для этого нехитрого дела годился.

 - Подумаем...
– обещал Кандибоб.

 - Больше ничего нового я и не слышал...
– Бандурей почесал затылок, подумал немного и добавил: - Про дракона еще кое-кто болтает, так это дурь. Чего уж там...

 - Ничего и не дурь!
– тут же отозвался Кашлентий.
– Рыцарь дракона воевать идет. Народ только о том и болтает с полной достоверностью.

 - Дракон рыцарю ни к чему, - отмахнулся Бандурей.
– Знаю я этих рыцарей. Ему поживиться надо. А от дракона ни шерсти ни шкуры. Одно мясо, да и то, говорят, твердое, не прожуешь.

 - А уши!
– взвизгнул Кашлентий.
– Ты почему про уши не говоришь?

 - Чего там про уши?
– не понял Бандурей и машинально дотронулся до своего правого уха.

 - Да не про твои, про драгоценные драконовские уши. Весь народ про уши знает, один ты не знаешь. А в ушах как раз полная объективность скрыта.

 - Чего там с ушами?
– спросил Кандибоб.

 - Тут такое явление произошло, что у него, значит, у самого уши мохом позакладывало, - Кашлентий ткнул пальцем в сторону Охранника и отодвинулся подальше.
– Это же надо! Народ только про уши и жужжит. Все слышат, а он не слышит...

 - Болтовня и дурь,- отмахнулся как от назойливой мухи Бандурей.
– У тебя язык без костей, вот он всякую дурь и слизывает.

 - А с твоей стороны идет явное сокрытие объективного содержания!
– не остался в долгу Кашлентий.
– Сокрытие!
– он поднял вверх указательный палец правой руки и пригрозил им Бандурею.

 - Выкладывай, про какие там уши!
– потребовал Кандибоб.

 - Значит, сообщаю важное донесение, мною собственноручно обнаруженное...
– Кашлентий встал, оперся левой рукой о стол, а правой резко взмахнул, будто отметал все, мешающее ему сообщить важное донесение.
– Хотя некоторые по недомыслию ума умалчивают перспективные факты и даже пытаются скрыть...

 - Кашлентий, или ты о деле будешь говорить, или я велю Бандурею стукнуть тебя, - потерял терпение Кандибоб.

 - Мордой об стенку, - с готовностью предложил стражник.

 - Прислали рыцаря Каланта к нам прямо с Харахорейских островов, чтобы он дракона убил...
– сразу перешел к делу Кашлентий.

 - Не может того быть!
– возразил Бандурей.
– На кой хрен харахорийцам дракон? Они же рыбу едят, лягушек и разных червяков. А пока дохлого дракона на острова довезут, он весь протухнет, его и крысы есть не станут.

 - Слово сказать не дает, - пожаловался Кашлентий.

 - Говори, - велел Кандибоб.
– А ты помолчи!
– приказал он Охраннику.

 - Уши, значит, принципиальная причина из-за которой рыцарь Калант идет в наши земли, - продолжил Кашлентий.
– У них, значит, на Харахорейских островах из ушей дракона варят похлебку лекарственного содержания. Получается она густая и зеленого цвета. На вкус кислая. Но тот, кто миску такой похлебки выкушает натощак и без лепешки, будет жить ровно сто лет. Потом, если ему еще жить захочется, надо опять дракону уши резать и варить похлебку.

 - Чего же они своим драконам уши не режут?
– Кандибоб не особенно верил и Писарчуку, которого нередко заносило.

 - Они, на своих Харахорейских островах, всех драконов уже начисто извели, потому и направили своего Каланта в наши земли, - объяснил Писарчук.

 - Не бывает такого пойла, чтобы из ушей, и сто лет жить, - упорствовал Бандурей.
– В ушах и мяса нет, одни хрящи. Они за нашими девками идут, - и подумав добавил: - а может и за бабами. Поскольку с ними эльфы. А эльфы, сами знаете...

 - Ты поразмысли своей дурной головой, - набросился на него Кашлентий.
– Пошевели мыслями! Ну, чего им за девками в такую даль тащиться? Девки в каждом поселении хороводятся и на Харахорейских островах их тоже полное наличие. А дракон только у нас остался. В других местах всех уже извели. Святой Фестоний начал, а остальные прикончили.

 - Пожалуй, что не за девками рыцарь идет, - согласился с Писарчуком Кандибоб.

 - Я же и говорю: за ушами!
– Кашлентий решил, что Советник поддержал его и дал волю роящимся мыслям.
– Чтобы уши у дракона отрезать, его погубить надо. А дракон-то наш! Я так соображаю: задаром своего дракона нам отдавать нельзя! Если беспрекословно нужен им наш дракон, так пусть платит. Вот так. Мы, значит, потребовать должны!