Этнограф Иосиф
Шрифт:
– Вернее, существовал, – поправил Цветиков.
– Вернее, существовал прототип, – поправился Носов. – Три десятка девиц. Теперь их нет никого, пропали.
– Как это? – опешили искусствоведы.
– Да вот так. Будто ластиком стёрли, ни следа. Впрочем, рассказ проигрывает без подробностей, начну заново.
Подробный рассказ Носова
Евгений Александрович Курицын родился в одна тысяча девятьсот восемьдесят восьмом году, в цветущем черёмухой мае, на двадцать четвёртое в ночь.
Из ниоткуда возникает автор:
– Конечно, никакой не Евгений Александрович появился на свет, и даже не Женя, не Женечка.
Все ждали девочку, давно заготовили волшебное имя Оленька, но родился мальчик, 3400, пятьдесят один сантиметр и совершенно счастливый папаша вприпрыжку бегал по городу, рассказывая всем знакомым и незнакомым: Сын у меня, сын!
Конец ознакомительного фрагмента.