Чтение онлайн

Какое-то время мы молчали.

– Марк, ты останешься здесь, в Москве?

Он покачал головой:

– Нет. В Лондоне – дела, бизнес. Я думаю, ты переберешься туда, ко мне. Или у тебя есть другие варианты? Я не хочу семейной жизни на расстоянии. У нас в Лондоне есть и такие пары, но я – типичный домостроевец, хочу, чтобы жена была под боком. У тебя есть возражения?

– Нет.

Я не хотела расставаться с Марком.

– А во главе «Атланта» поставишь своего человека. Мы владельцы и можем позволить себе наемного менеджера. У тебя есть такой на примете?

Я вспомнила о Славке Горячеве.

– Да.

– Слушай, чего мы о делах говорим? Давай сменим пластинку.

Я смотрела на огонек сигареты Марка, и мне казалось, что все было не напрасно – это необходимое условие моего сегодняшнего счастья. Правду говорят, что самая большая радость – выстраданная. Та, что прошла через многие препятствия, а не свалилась на блюдечке с голубой каемочкой.

Марк резким движением потушил сигарету.

– А теперь – спать!

Марк уехал через три дня. Как я уговаривала его остаться. Но – дела! Эти три дня мы в основном провели дома, изредка выбираясь на улицу. Нам было хорошо друг с другом. Мы наслаждались общением.

Я взяла мини-отпуск, взвалив на Славу руководство компанией. В качестве бонуса пообещала ему солидную премию. Он хмыкнул:

– А тур на Сейшелы – слабо?

– К рассмотрению могут быть приняты любые варианты.

Нас с Марком вызывали в милицию для дачи показаний. Если б не Марк, который поддерживал меня, я бы впала в истерику. Только его присутствие помогло мне справиться с нервами.

Следователь Водянов сказал, что Дубнова во всем призналась: и в убийстве мужа, и в организации покушения на меня.

– Эмоциональная дамочка, – постучал он карандашом по столу.

– Да. – Я сидела, рассматривая ногти. Я боялась поднять голову и встретиться взглядом со следователем. Мне хотелось поскорее уйти отсюда.

Когда мы с Марком вышли на улицу, я прижалась к нему.

– Неужели все позади?

– А ты сомневаешься? – Он широко улыбнулся.

Дома мы проводили время как беззаботные студенты: слушали музыку, валялись на кровати, смеялись, занимались любовью и пили французские вина, которыми отоварились в универмаге недалеко от моего дома.

Состояние было бездумно-легким. Мы словно перенеслись в другую реальность, где время течет не так, как в обычной жизни, а более медленно и насыщенно.

В быту Марк оказался удивительно аккуратен. Мне приходилось следить за своим разбросанным бельем, чашками с кофе, которые я оставляла где попало, своевременно мыть грязную посуду в раковине на кухне.

– Убери чашку с кофе! – время от времени кричал Марк. – А то я ее разобью! Кофеманка несчастная!

Услышав вопль, я неслась спасать посуду, чувствуя себя на седьмом небе от счастья. Марк рядом! В день, когда он улетал, настроение у меня было ниже нуля. Мне ничего не хотелось, все валилось из рук. Я разбила любимую чашку, подаренную родителями на день рождения, и расплакалась.

– Ну, ну! – Марк подошел ко мне и прижал к себе.

– Ты мне будешь писать?

– Угу!

– Часто?

– Ага!

– Ты можешь сказать что-нибудь членораздельное?

– Зачем?

Марк сгреб меня в охапку и повалил на диван.

Я задыхалась от волнения. Запустив руку в его волосы, я слегка потянула за них.

– Смотри мне!

– Знаю, если я задержусь с ответом, ты оставишь меня без волос, – пошутил Марк.

– Типа того. Даже не сомневайся.

Я проводила Марка в аэропорт. Когда самолет взлетел, сделала глубокий вдох: мне ужасно хотелось все бросить и полететь с ним в Лондон.

Марк обещал приехать через месяц. Мне нужно было как-то протянуть без него. Просто набраться терпения и ждать.

Марк регулярно писал мне, каждый день присылал по электронной почте шутливые записки, которых я с нетерпением ждала. Обычно вкратце рассказывал о своих делах и о том, как проходил день. Я постепенно знакомилась с его привычками. Узнала, что он любит отовариваться в магазине «Селфридж», ходить в китайские ресторанчики в Чайна-Тауне, обожает гулять по району Ноттинг-хилл и бродить по ковент-гарденскому рынку. Он прислал мне снимок, где стоит около уличного музыканта в Ковент-Гардене и улыбается во всю ширь.

Я распечатала фотографию и повесила ее над столом рядом с большим портретом пятерых котов. Эта компания поднимала мне настроение.

Несколько раз он звонил. Когда я слышала его голос, пульс начинал учащенно биться, а голос неожиданно садился.

На работе я старалась не задерживаться допоздна. Мне нравилось приходить домой, включать музыку, пить вино и, лежа на диване, вспоминать Марка…

Звонил Гладилин. Предлагал встретиться, куда-нибудь сходить. Я вежливо уклонялась. Кажется, он и сам уже приходил к выводу, что ему ничего не светит, мы можем быть только друзьями.

Все мои мысли были заняты только Марком, встречаться с другим мужчиной не хотелось.

Несколько раз приходила Настя. Я охотно болтала с ней, рассказывала о Марке, о своих планах, но в мыслях была далеко. Я подумала, что мужчина очень легко переворачивает жизнь женщины с ног на голову. Все важное становится второстепенным. Даже работа, которую я так любила, отошла на второй план. Нет, я вела себя как обычно, но мыслями постоянно возвращалась к Марку, к нашей будущей жизни. Она была еще очень неконкретной, расплывчатой, но уже жила во мне и пускала корни. Родителям я пока еще ничего не говорила. Я хотела познакомить их с Марком, когда он прилетит в Москву в следующий раз.

Примерно в девять часов вечера я садилась около компьютера, включала его, ставила рядом чашку с кофе или крепким чаем с лимоном, входила в почту и читала письма Марка.

В этот вечер все было как всегда. Только вот письма не оказалось. Я прождала полчаса. Ничего. Я позвонила Марку. Он взял трубку.

– Алло!

– Марк!

Трубку повесили. Я недоумевала.

Неожиданно я увидела, что Марк прислал сообщение. Я раскрыла его.

Там были снимки… несколько снимков. И подпись под ними: Ты так развлекаешься?

Сначала я подумала, что это чей-то розыгрыш: мои фотографии, где я, обнаженная, лежу с каким-то мужиком в постели. Он снят со спины, лица не видно: на первом плане – я. Его рука лежит на моей груди, бедрах. Это что, Костик? Тот ублюдок, который склеил меня в кафе, а после наших кувырканий в кровати залез ко мне в сумку? Он оказался профессиональным шантажистом, как я и думала?

Похоже, Костик снимал меня скрытой камерой и теперь переслал снимки Марку. А что потом? Он будет шантажировать меня? Странно, нелогично. Ему нужно было сначала послать снимки мне, потребовать за них деньги. А он отправил фотки Марку. Зачем? Какой смысл? И как он достал электронный адрес Марка? Правда, он был у меня в записной книжке…