Это не моя свадьба (но я здесь главная)
Шрифт:
— Я занимаюсь дизайном вашего пригласительного билета, — ответила с полуулыбкой Зои, внимание которой привлек какой-то неверно подобранный элемент, тон, контраст или, может быть, наклон шрифта.
— Круто, — прокомментировал Кик.
— Мы не можем доверить работу с пригласительными билетами профессиональному печатнику, поэтому делаем все сами, — заверила Зои своих десятимиллионных клиентов.
Значит, в ближайшее время мне предстоит сжечь более девятисот дисков, подумала я.
— Вау. И когда же вы успели? — Селия наклонилась к Кику, обняла его за плечи и с удивлением уставилась на экран, на котором приглашение вдруг преобразовалось в красивые голубые странички с защитными кодами для доступа гостей к информации по авиарейсу и размещению в отеле. — Как красиво!
— Когда мы были на Гавайях. — Зои посмотрела на них, явно ожидая одобрения.
Значит, пока я потягивала с Брайаном коктейли на берегу, а потом угощалась — с ним же — взбитыми сливками с манговым сиропом в ресторане, Зои работала у себя в комнате наверху. Да, я в тот день золотую звездочку не заработала.
Зои ввела защитный код, и на мониторе возникли изображения гостиничных номеров; виртуальные туры позволяли каждому из гостей пройтись по будущим апартаментам, прежде чем оформлять заказ, заглянуть в гостиную с камином, спальню с балдахином над кроватью, ванную с гидромассажем, навестить ближайший ресторан Ранда Гербера, посетить ночной клуб, отметиться в дегустационном зале соседней винодельни. Номер рейса обозначался тремя нулями, поскольку Зои еще не располагала соответствующей информацией и предполагала проставить нужные цифры в последний момент. То же касалось даты и места свадьбы. Вполне объяснимые меры предосторожности на случай, если кто-то украдет лэптоп. Я знала, что теперь она будет спать с ноутбуком все ночи до самой свадьбы.
— Давайте займемся, что называется, точной настройкой. — Зои подтащила стул, и Кик моментально вскочил и предложил ей свое место перед ноутбуком. Она поблагодарила его. Вместе они принялись менять фоновые цвета, подстраивать контрастность, подыскивать более «мужественный», как выразился Кик, шрифт и наконец взяли другой музыкальный трек с того же компакт-диска Криса Ботти. (Диск Ботти Зои заметила на стойке бара в их гавайских апартаментах. У нее глаз на такие вещи.) Она ловко заретушировала прядь волос на лбу Селии и убрала краешек бюстгальтера в вырезе рубашки с легкостью опытного графического дизайнера, готовящего фото для обложки «Гламура».
Кик захотел, чтобы волосы у него были чуть потемнее.
Сделано.
Кик пожелал, чтобы вместо голубого фона был бордовый.
Сделано.
Зои ничего не имела против и даже не пыталась противиться переменам в том проекте, который дался ей немалым трудом. Они были ее клиентами, и она хотела, что они были счастливы. Пусть сами все контролируют. И если для этого нужно стереть созданное ею раньше и придумать что-то новое, она это сделает.
— А мы можем добавить пожелание от себя? — спросила Селия. — Я видела на некоторых свадебных веб-сайтах…
— Конечно. — Зои положила руку на локоть Селии. Ни дать, ни взять благодушная, на все согласная мамаша невесты. Только в жизни таких еще поискать. — Мили, — обратилась она, отвлекая мое внимание от плеча Кика Лайонса. — Камеру, пожалуйста.
— Сейчас? — пискнула Селия. — О, нет, дайте мне минутку. — Она выскочила из-за стола и по-ребячьи шумно помчалась вверх по лестнице. В косметический салон.
Порывшись в сумке, я достала цифровую камеру последней модели. Зои всегда была в курсе достижений высоких технологий, точно знала, что именно ей нужно, и умело пользовалась самыми продвинутыми гаджетами, производя сильное впечатление на женихов.
— Отлично. — Кик протянул руку, и я передала ему камеру. Он посмотрел в видоискатель и навел ее на меня. Зажегся зеленый индикатор. Он снимал меня. — И… мотор!
Зои улыбнулась. Дети резвятся.
Но и я не собиралась уступать. Я огляделась по сторонам, выкатила глаза, поднесла палец к губам и, подражая Джиму Кэрри, прошептала заговорщическим шепотом:
— Шшшш… У меня секретное задание. Я поклялась никогда, никому и ни о чем не говорить.
Кик прыснул со смеху.
— Но у нас есть средства, чтобы развязать тебе язык! Ты все скажешь!
— Никогда! — Я разразилась дьявольским смехом.
— Вау, у вас отлично получается! — Кик согнулся от смеха, но камеру держал ровно. Зои щелкала по клавишам и с улыбкой качала головой. Он прищурил левый глаз. — Итак, Мили, расскажите мне о себе.
Еще один дьявольский смешок был бы неуместен, поэтому я вернулась в свой реальный образ.
— Что бы вы хотели узнать?
Кик задумался на секунду. Он мог бы спросить, где я живу, какое мое любимое телешоу или…
— Почему вы переменили мнение обо мне?
Пальцы Зои застыли над клавиатурой. Она затаила дыхание.
— Что вы имеете в виду?
— Ох, перестаньте. Час назад в разговоре со мной вы только что ядом не плевались. — Кик опустил камеру, оставив меня в объективе, и посмотрел мне в глаза. — А теперь вы смягчились.
Я была готова снова возненавидеть его, но прямота заслуживала уважения. Он имел право спросить.
— У меня было неверное представление о вас, — призналась я, и он нажал кнопку «зум», удерживая меня в крупном плане, ловя выражение моих глаз.
— И что же это было за представление?
За спиной у него Зои беззвучно шевелила губами, то ли молясь, чтобы я что-то придумала, то ли от всей души желая мне упасть в обморок. Но я уже решила, что эти отношения будут строиться на честности… или никак.
— Я считала вас самоуверенным эгоистом, который обращается с Селией неподобающим образом. — Ну вот…
Он едва не выронил камеру. На лице застыло такое выражение, словно я отвесила ему пощечину. Потом губы медленно, словно оттаивая, сложились в улыбку.
Зои этого не видела. Она просто закрыла лицо руками, вероятно, мысленно прощаясь с клиентами, свадьбой и десятью миллионами. А также со мной.
Камера все так же смотрела на меня, зеленый огонек горел. Я моргнула, чувствуя, как дрожит верхняя губа, но не сходя с места. Стоять до конца.
— Зои? — сказал он, не сводя с меня глаз.
Вот и все.
— Мистер Лайонс, мне так жаль! — начала Зои, но он махнул рукой, и она прикусила язык.
— Нет, не извиняйтесь. — Кик даже не посмотрел на нее. — Знаете, я впервые слышу столь прямой и честный ответ.