Чтение онлайн

Вдруг он убрал руки, и Лилиан разочарованно захныкала. Маркус выругался и накрыл ее тело своим. Воцарилась тишина, она слышала только свое прерывистое дыхание. Лилиан попыталась выглянуть из своего убежища, но вздрогнула от страха, когда поняла, что они не одни. Кто-то стоял рядом. Саймон Хант! Он сжимал в руках толстенную книгу и несколько папок, перевязанных черной лентой. Он смотрел на лежащую на ковре пару, и выражение его лица было самое озадаченное. К чести Ханта, он сумел сохранить самообладание, хотя это далось ему нелегко. Граф Уэстклиф, известный проповедник воздержания, катается по ковру кабинета, держа в объятиях женщину в разорванной сорочке. Уж от него ожидать подобной сцены никак не приходилось!

— Простите, милорд, — сказал Хант, стараясь не выдать своего удивления. — Не ожидал, что у вас… назначена встреча на столь ранний час.

Маркус пригвоздил его злобным взглядом:

— В следующий раз не забудь постучать.

— Разумеется, ты прав.

Хант хотел было еще что-то добавить, но передумал и закашлялся.

— Не буду мешать. Заканчивай свой… разговор. Выходя из кабинета, Хант не смог удержаться, чтобы ехидно не спросить:

— Так ты говоришь, раз в неделю?

— Уходи и закрой дверь, — приказал Маркус ледяным тоном.

Хант удалился. Лилиан могла бы поклясться, что он смеялся.

Лилиан уткнулась лицом в плечо Маркуса. Когда-то она бегала по лужайке в панталонах и ужасно боялась, что их кто-нибудь увидит. На сей раз вышло в сто раз хуже. Как она сможет смотреть в глаза Саймону Ханту? Лилиан даже застонала от досады.

— Все в порядке, — услышала она шепот Маркуса. — Он никому не скажет.

— Мне плевать, кому он скажет, — выдавила из себя Лилиан. — Можете компрометировать меня хоть сто раз, я все равно не собираюсь за вас замуж.

— Лилиан, — сказал он, смеясь. — Я бы с величайшим удовольствием компрометировал вас хоть сто раз на дню. Но сначала я хотел бы знать, что такое ужасное и непростительное я совершил сегодня утром?

— Начнем с того, что вы говорили с папой. Он слегка приподнял брови:

— И это вас обидело?

— А разве не обидно? Вы отправились улаживать дело с отцом за моей спиной, не сказав мне ни слова! Вы совершенно не считаетесь со мной. Какое своеволие!

— Погодите, — ехидно отозвался Маркус, легким движением перекатившись на бок и сев. — Ничего такого не было. Я просто встретился с вашим отцом, соблюдая традицию. Будущий жених обязательно разговаривает сначала с отцом девушки, а уж потом делает официальное предложение.

Ей почудилась едкая усмешка в его голосе, когда он добавил:

— Так делают даже в Америке. Или меня обманули? Часы на каминной полке отсчитали, пожалуй, минуту, пока Лилиан нашлась что ответить:

— Да, так это обычно и бывает. Но я предполагала, что папа и вы уже пришли к соглашению насчет помолвки, не спросив меня, хочу ли я этого.

— Вы ошиблись. Мы говорили не о помолвке. Ничего насчет приданого или свадьбы. Я хотел только, чтобы ваш отец разрешил мне ухаживать за вами.

Лилиан смотрела на него, и ей вдруг стало досадно. Потом она вспомнила еще кое-что.

— О чем вы только что говорили с лордом Сент-Винсентом?

Теперь Маркусу стало досадно. Он сказал:

— Вот тут я проявил своеволие. Вероятно, мне следовало бы сказать, что я сожалею, но это не так. Я не сожалею. Я не хотел рисковать, ведь Сент-Винсент мог уговорить вас выйти за него, а не за меня. Тогда я счел необходимым предупредить его, чтобы он держался от вас подальше.

Помолчав, Маркус продолжил как-то неуверенно:

— Несколько лет назад Сент-Винсенту понравилась женщина, с которой у меня была связь. Я не любил ее, но дело обстояло так, что мы могли бы…

Он замолчал, избегая смотреть на Лилиан.

— Не знаю, что бы из этого вышло. Возможности проверить у меня не оказалось. Сент-Винсент начал преследовать ее, и она бросила меня ради него.

Он грустно улыбнулся.

— Как я и предполагал, она надоела ему через пару недель.

Лилиан с состраданием смотрела на его строгий профиль. Маркус рассказывал эту горькую историю без гнева и жалости к самому себе. Но она понимала — это был жестокий урок. Маркус слишком ценил верность. Должно быть, ему особенно тяжело дались предательство друга и вероломство любимой.

— И все-таки вы сохранили дружбу с Сент-Винсентом? — спросила она, смягчив голос.

Было видно: слова ему даются с трудом.

— В каждой дружбе есть свои шрамы. Думаю, если бы Сент-Винсент знал про мои чувства к той женщине, он не стал бы преследовать ее. А на этот раз я уж никак не могу допустить, чтобы прошлое повторилось. Вы слишком важны для меня, вы нужны мне.

Лилиан почувствовала укол ревности. У него были чувства к другой женщине! Ее сердце екнуло. Маркус — типичный англичанин с врожденной нелюбовью к проявлению эмоций, и этот разговор для него — нелегкая попытка раскрыть ей душу.

— Так как Сент-Винсент привлекательнее и красивее меня, — ровным голосом продолжал Маркус, — я понял, что мне следует действовать быстро и решительно. Вот почему я встретился с ним утром. Я собирался сказать ему…

— Это неправда, — не сдержалась Лилиан. Он взглянул на нее озадаченно:

— Простите?

— Он вовсе не привлекательнее вас. — Лилиан покраснела. Оказывается, ей ничуть не легче признаваться, что лежит у нее на сердце, чем Маркусу. — Вы можете быть таким очаровательным, если захотите. А ваша внешность… — Ее лицо заливала краска. — Я нахожу вас очень красивым и привлекательным, — выпалила она. — Всегда думала, что вы очень привлекательный. Вчера я оказалась в вашей постели только потому, что хотела быть с вами, и совсем не потому, что напилась бренди.

Внезапная улыбка осветила его лицо. Он взялся за края лифа и осторожно прикрыл ее грудь.

— Отсюда я могу сделать вывод, что вы отказываетесь выйти за меня замуж скорее в силу неприязни к принуждению, а не по личной неприязни ко мне?

Лилиан бросила на него смущенный взгляд, и граф засмеялся.

— Тогда я спрошу так: подумайте над предложением стать моей женой при условии, что вас никто не будет к этому принуждать.

Она осторожно кивнула.

— Я могла бы подумать над вашим предложением. Но если вы будете вести себя, как средневековый лорд, заставлять угрозами исполнять то, что угодно вам…

— Нет, я не стану вам угрожать, — серьезно ответил Маркус, хотя в его глазах сверкали озорные искорки. — Совершенно ясно, что такая тактика не принесет успеха. Кажется, я встретил достойного противника.

Лилиан смягчилась и немного успокоилась. Она даже не возражала, когда он усадил ее к себе на колени. Его ладонь скользнула под рубашку и легла ей на бедро скорее успокаивающим жестом, чем возбуждающим.

— Брак — это партнерское соглашение, — сказал он. — Я никогда еще не заключал партнерских соглашений, не обсудив предварительно условий. Сейчас я хочу сделать то же самое. Мы обсудим все с глазу на глаз, вы и я. Несомненно, по некоторым пунктам будут разногласия. Однако вы убедитесь в том, что я — мастер компромиссов.