Это всё ты, неизбежное чувство Любовь!
Шрифт:
– Ну же, Костик, давай, прекращай плакать, - уже который круг наматывала Света по квартире. – У мамы и так нервы на пределе. Пожалей маму. Ну, милый!
Но мальчик не успокаивался.
Она обещала вызвать полицию, и она хотела, дважды, но каждый раз её что-то останавливало. Света то подходила к двери, прислушивалась, то к окну, чтобы посмотреть не вызвал кто-нибудь из соседей полицию.
Когда же открылась дверь, её сердце пропустило пару ударов. Она сама не знала, кого хотела увидеть сейчас на пороге, поэтому зажмурилась.
– У тебя есть лёд?
Света открыла глаза, чтобы посмотреть на Влада. У него была разбита губа.
– Боже, - пошептала она, прикрывая ладошкой рот.
– Так у тебя есть лёд? – снова спросил мужчина, Света лишь кивнула. – Хорошо.
Влад повесил в коридоре куртку, после чего пошёл к холодильнику. А Света всё так же стояла с Костиком на руках и боялась что-нибудь сказать.
– Хороший удар, - сказал Влад, дотрагиваясь пальцами до ссадины и морщась. – Знаешь, мы с ним поговорили, - продолжил он, когда открыл холодильник в поисках льда. – Он сказал, что тебе не изменял...
– Конечно! Что он мог ещё сказать?! – тут же ощетинилась Света.
– ... кроме одного раза, - закончил Влад.
Света бросила на него возмущённый взгляд. Подойдя к кроватке, она хотела положить более-менее успокоившегося малыша, когда в дверь позвонили. Снова.
– Наверное, твой бывший. Ш-ш-ш, - поморщился Влад, прикладывая лёд, завёрнутый в платок, к разбитой губе.
Света опустила сына в кроватку и пошла открывать дверь. На пороге стоял Вася.
– Чего тебе? – резко бросила она.
– Поговорить, - буркнул он.
– Не наговорился? – переходя на крик, спросила она.
– Не кричи, пожалуйста. Я просто хочу прояснить пару моментов.
– А я не хочу. Вон лучше иди к своей ненаглядной Ирочке.
– Чего? – не понял Вася.
– Ой! Да ладно. Не придуривайся.
– Не понимаю о чём ты.
– Ирка Марзуенко. Скажешь, что у вас ничего не было?
– Именно. Ничего не был...
Света не стала его выслушивать, а просто закрыла перед его носом дверь. Прислонившись спиной к двери, она слышала, как Вася один раз стукнул кулаком по двери, а после зашёл к себе.
– Думаешь, я поступаю глупо, как ребёнок? – продолжая так же стоять, спросила она Влада. Тот вышел в коридор, он хмурился.
– Почему ты не дашь ему шанс?
– Уже давала. И не один раз.
– Свет, хотя бы выслушай его.
– Ты не понимаешь, я знаю его как облупленного.
– Люди меняются, - сказал Влад, заправляя выбившийся локон ей за ухо, и проведя разбитыми костяшками по её щеке.
– Почему ты его защищаешь?
– Не защищаю.
– Защищаешь. Это что – мужская солидарность?
– Господи, Свет! – повернулся он к ней спиной. – Посмотри на своего сына. Ему нужен отец. А не просто приходящий дядя, чтобы поиграть.
– Я знаю, - невесело проговорила она.
Влад снова развернулся к ней лицом, подарил нежную улыбку и сказал:
– Выходи за меня.
Глава 7.
– Выходи за меня.
Света застыла от услышанного. Влад предложил ей выйти за него замуж.
– Света, я серьёзно, - взял он её за плечи.
– Ты не понимаешь, о чём говоришь. Я не могу, да и у тебя есть невеста.
– Я прекрасно понимаю, о чём говорю, Света, - он заглянул в её глаза и повторил.
– Выходи за меня.
– Влад, прости, но я не могу. Я люблю тебя, но как друга. Я..., - Света опустила голову и тяжело вздохнула.
– Ты всё ещё любишь его?
– Я не знаю, наверное.
– Я понял, - сказал Влад, отпустив её. – Я... пожалуй, пойду.
Света смотрела, как Влад направляется к двери, как берёт с вешалки куртку и, не надев её, уходит.
На душе стало тоскливо, хотелось плакать, но она запретила себе. Скрестив руки на груди, она повернулась спиной к двери и пошла к сыну.
***
Когда Света выгнала его, Вася не удержался и стукнул кулаком по двери, но дальше одного удара дело не пошло. Он развернулся и зашёл к себе, хлопнув громко дверью. Находиться здесь было невозможно. Зная, что за стенкой, в соседней квартире, Света с другим мужчиной, которого она возможно любит. Любит. А когда-то она любила его. Как же неприятно думать об этом в прошедшем времени. Но теперь обстоятельства изменились. У него есть сын, его и Светы. А большего ему не надо. Вот теперь надо как-то избавиться от соперника. Что ж для начала надо выяснить, чем он живёт и дышит, а потом действовать по обстоятельствам.
Хлопнула дверь на площадке. А это значило, что Влада ушёл от Светы, что означало, что путь свободен. Вася двинулся к двери и уже взялся за ручку, когда резко затормозил. Он не мог сейчас пойти к ней, а всё потому, что ей нужно было время, чтобы свыкнуться с мыслью, что он снова в её жизни. Что ж, он был готов его ей дать. Но немного.
***
Макс стоял в пробке на одной из узких улочек Москвы. Сейчас он опаздывал на сорок минут на важную встречу. Радовало лишь одно, что его партнёры тоже опаздывали.
По радио играла какая-то фигня, и Макс стал перелистывать станции, но так и не смог найти ничего стоящего. Бросив это занятие, он начал стучать пальцами по рулевому колесу. Вертя головой по сторонам, он резко остановился. Он не ожидал увидеть её здесь, в Москве. Нет, он, конечно, слышал, что её муж бизнесмен, но Макс всегда полагал, что его бизнес не выходит за рамки их родного города. А теперь она здесь, под руку с Олегом. Всё такая же красивая. И такая недоступная.
Женя посмотрела в его сторону, как будто почувствовала его взгляд, отчего он вздрогнул. Поспешно отвернувшись, Макс начал молиться, чтобы пробка рассосалась моментально. А всё из-за того, что Женя узнала его и теперь шла к его машине, а вслед за ней и Олег.
***
Вася готовил себе ужин, когда в дверь позвонили. Вытерев руки о полотенце, он направился открывать. На пороге стояла Света. Вид у неё был суровым.
– Надо поговорить, - сказала она сразу с порога.
– Заходи, - ошеломлённый её напором, предложил Вася.
– У меня, - бросила она, развернулась и зашла в свою квартиру. Васе ничего не оставалось делать, как отключить плиту, переставить сковороду и пойти к Свете.
Зайдя к ней, он закрыл дверь на замок и прошёл в комнату. Она сидела на диване, смотря в одну точку. Вася присел рядом, не зная, что ему делать. Вроде бы привычная ситуация, он и она вместе, но в то же время было странно находиться так близко с ней. После развода они не общались и не виделись, а теперь они сидят на одном диване, а недалеко от них в кроватке спал их сын.