Чтение онлайн

Родителей дома еще не было. Они частенько возвращались за полночь или вовсе оставались ночевать на работе. Иногда мне казалось, что когда-то они сошлись вовсе не из-за симпатии друг к другу, а из-за любви к налоговому департаменту. При этом никто из них никогда не бывал за пределами города и даже не мечтал о такой возможности, поэтому рассказывать родителям о своих мечтах и планах было не просто бесполезно, но и опасно.

Они и так с трудом пережили мое поступление в академию. Ведь, по их представлению, мне непременно так или иначе следовало работать в налоговой службе. Да скорее у меня копыта отрастут вместо ног, чем я пойду на подобное! (Не то чтобы я так уж хотела обратиться в копытное животное.)

Кстати, о птичках. На ужин я разогрела себе остатки вчерашней телятины и, не успев донести до рта и кусочка, вдруг услышала знакомый стук в стекло. Это прилетел здоровенный откормленный почтовый голубь Тигры. Я узнала птицу по отсутствующему глазу и помятому правому крылу. Подруга рассказывала, что птицу она подобрала в лесу, когда была еще ребенком и жила за пределами Урги. Если бы отцу Тигры не предложили в городе работу, они бы сюда не переехали. Одна проблема: не все, кто пересекает городскую черту, потом могут выйти обратно. И это надо учитывать. Короче говоря, из-за визового режима у нас тут явно была напряженка.

К лапке голубя была привязана накаляканная наспех записка:

«Завтра в башне астрономии в шесть утра».

Прочитав, я тут же сожгла послание в печи и поудобней устроилась с учебником в кресле-качалке. Несмотря на то что нам еще не успели дать домашнего задания, кое-какие знания надо было освежить, да и отвлечься от неприятных мыслей это помогало хорошо.

Однако вместо формул и схем мне почему-то все мерещился Герольд, в походном плаще, с посохом мага в руках, и я, покорно следующая за ним по извилистой горной тропе. Мне всего на один раз надо закрыть глаза на свои принципы и убеждения, всего один раз подмешать волшебное зелье в крепкий зеленый чай, который Герольд обычно пьет на завтрак…

Я не хотела этого. И все же – соблазн был слишком велик. Вскоре я сама не заметила, как заснула в кресле-качалке, и мне снилась перевоплощенная Тигра, а рядом я. И мы вместе резвились на лесной опушке, вдыхали пьянящий запах цветов и нежились в молочной весенней траве. Все это могло стать реальностью, стоит мне только послушаться подруги.

А затем на поляне появился маленький черный лис. Он разъяренно скалил зубы и все пытался меня укусить.

Проснулась я в холодном поту. Да, меньше надо читать бессмысленных учебников перед сном, а то скоро и не такое сниться будет.

Я взглянула на часы: начало шестого утра. Проверила спальню родителей: пуста. Ясно. Значит, можно уже собираться в академию.

На улице пахло прохладой и свежестью. По дороге мне не встретилось ни единой души, кроме, разве что, черного кота, который, как обычно, услышав мои шаги, побежал мне навстречу и подставил гладкую спинку, чтобы его погладили. Кто бы ни был хозяином этого чудовища, он явно предоставляет питомцу очень много свободы.

– Хороший котик, хороший… – приговаривала я, запуская руки в шелковистую шерсть.

Родители запрещали мне заводить домашних животных, кроме, разумеется, почтового голубя. («Только смотри, чтобы он не нагадил в доме!» – сказала мама. «Только смотри, чтобы он не курлыкал по ночам!» – сказал отец.) В итоге я купила на рынке самого маленького и слабого голубя – такого, чтобы громко не стучался в стекло и как можно тише ворковал.

Имени черного кота я не знала, поэтому так и звала его – кот. Мы с ним вроде как приятели, если так можно сказать.

Когда я подошла к зданию академии (единственному зданию в городе, которое не охраняется по ночам по той простой причине, что никто, кроме студентов и преподавателей, сюда войти не может), оставалось еще где-то пятнадцать минут до назначенного Тигрой времени. Только тогда я поняла, что действительно готова пойти на все, лишь бы добиться своего. Даже если меня поймают, и это будет стоить мне свободы. Выходит, Тигра знала меня гораздо лучше меня самой, поэтому и рассчитывала, что я легко соглашусь.

Позади меня раздалось мяуканье: черный кот впервые последовал за мной до самых дверей академии. А затем и вовсе шмыгнул внутрь, как черная тень. Однако особого значения я этому не придала.

Как и ожидалось, в астрономической башне я оказалась первой. Башня представляла собой круглый зал с куполообразным потолком и расставленными по окружности пыльными телескопами. Середина зала пустовала и часто использовалась для иных, отличных от астрономии, занятий.

Тигра, тяжело дыша, ворвалась в башню на двадцать минут позже, чем мы договаривались.

– Прости, – выдохнула она и указала на причину своего опоздания: тяжеленный заплечный мешок, полный, как я догадывалась, ингредиентов будущего зелья.

Я улыбнулась подруге.

– Ну что ж, приступим! – обрадовалась та.

Я уже говорила, что ненавижу зелья?

– Что, Раэль, всю ночь зубрила? – спросил Орон, подсаживаясь ко мне со своим подносом.

Я снова потерла переносицу и для пущей уверенности похлопала себя по щекам. Спать действительно хотелось ужасно, хотя сегодня утром я и проснулась раньше обычного по собственной воле. Ну или по воле любопытства.

– Ненавижу, когда меня зовут по фамилии, – сказала я и как можно незаметней отодвинула свой стул к краю стола. Орон, как обычно, забыл почистить зубы, если он их вообще когда-нибудь чистил.

– Почему? По-моему, нет ничего зазорного в том, что у тебя в роду есть эльф. По тебе это даже незаметно. Вот моя бабушка…

– Все, Орон, отвали. Я уже двести раз слышала про твою бабушку.

Обычно я так грубо не разговариваю и стараюсь со всеми ладить хотя бы для виду, но сегодня мои мысли занимал только наш с Тигрой эксперимент. Если я попадусь, пиши пропало: мои тринадцать лет обучения в академии пойдут кентавру под хвост. Исключат – и глазом не моргнут.

Орон от меня такого не ожидал, так что на мгновение притих, но потом все равно продолжил:

– Так вот, Тина, я к тому, что нет ничего плохого, если ты не чистокровный человек. Чистокровных сейчас вообще можно по пальцам сосчитать.

– Слушай, – чаша моего терпения вот-вот готова была не просто переполниться, но и разбиться вдребезги. – Ты мне сейчас что, лекцию по народностям собрался читать? Мне, по-твоему, мало уроков профессора Веллинга?

– А мне казалось, ты любишь учиться. – В голосе Орона слышались нотки разочарования. Не знаю, должна ли я расстраиваться от того, что во мне внезапно разочаровался полутролль? Во всяком случае, никакого сожаления я не испытала.

На этом наш разговор закончился, и парень приступил к своему обеду. От раздражающего чавканья у меня моментально пропал аппетит.

Тигра, ну где же ты?..

Подруга тем временем не заставила себя ждать: словно маленький полосатый вихрь, она неслась вниз по узкой винтовой лестнице. Руки ее – вопреки нашему уговору – были пусты.

Что-то подсказывало мне, что это не к добру.

И ведь никогда не бывает, чтобы все прошло гладко! Получилось одно – обязательно провалишься в другом. У меня так всегда бывает, и из этого правила я пока не знаю исключений.