Это взрослая жизнь, детка! Как прожить свои двадцать так, чтобы ни о чем не жалеть в тридцать
Шрифт:
Вот только за это ничего не платят. Это приводит в уныние. И всем плевать, даже если ты не явишься на работу.
Я научился вставать рано, выходить из дома, прилично одеваться и относиться к поискам работы как к работе.
Если останешься дома и начнешь «работать» в 10:30, не снимая пижамы, то к 12:30 все кончится коробкой печенья и просмотром 23 «гарлем-шейков» на YouTube.
Отдай всего себя поиску подходящей работы: это самая важная работа, которая у тебя когда-либо будет.
Помилуй, Господи, нас – многочисленных, униженных, безработных.
17. Всякий раз, когда ты платишь за квартиру, где-то ангел теряет крылья
Аренда квартиры. Еда. Автострахование. Счета за сотовую связь. Оплата учебы в университете. Поездки в автомастерскую, чтобы починить деталь, о существовании которой в твоей машине ты и не подозревал. Да, теперь это все обходится намного (погодите-ка, не может быть, чтобы они это всерьез!) дороже, чем в те времена, когда все твои расходы оплачивали родители.
Не волнуйся, первый шок пройдет. Но все равно – всякий раз, когда ты платишь за квартиру, где-то ангел теряет крылья.
18. Свидание это свидание это свидание это…
Свидание – это не предложение руки и сердца. Это не романтическая комедия. Это не смертный приговор.
Свидание – это недолгий период времени, проводимый с другим человеческим существом, когда вы оба пытаетесь узнать историю друг друга. А потом разъезжаетесь по домам.
Не превращай свидание в нечто большее, чем просто свидание. Иначе никакого свидания не получится.
Процесс знакомств и свиданий – это процесс оттачивания твоего вкуса.
Если бы я попросил тебя описать твой любимый сорт виски, смог бы ты это сделать? Ну, если только ты не Аль Капоне или не какой-нибудь там хипстер, вероятно, ты бы этого сделать не смог, поскольку твой опыт не настолько обширен.
Тот же принцип применим и к свиданиям: невозможно по-настоящему описать, что ты ищешь в девушке (или парне), если ты не провел вместе какое-то время, пытаясь узнать ее (его) поближе. Каждое свидание позволяет тебе лучше разобраться в сложности твоего вкуса.
Свидание – это просто процесс проб и ошибок. И если не станешь пробовать, это и будет твоя самая большая ошибка.
19. Проблема не в наших планах. Проблема – в нашем графике
Не думаю, что проблема заключается в наших планах и мечтах. Настоящая проблема – в том, насколько быстро мы хотим увидеть эти планы и мечты материализовавшимися на нашем пороге в красивой обертке с большим бантиком.
Я думал, что красную ковровую дорожку раскатают передо мной на третий день после моего двадцатилетия, в то время как Бог запланировал это событие на День 2334. В смысле, на тот момент, когда я был к этому действительно готов.
У Бога есть Его собственный график для твоей жизни. У тебя – свой график для твоей собственной жизни. Иногда они совпадают – как, например, в тот февральский вторник три года назад. Но по большей части таких совпадений не происходит.
Мы, конечно, можем попытаться крепко держаться за то, чего не можем контролировать, вцепляясь в подробности нашей жизни, точно пятилетний ребенок, пытающийся выгулять носорога.
А можем просто расслабиться, отпустить эти подробности на волю и позволить им сделать свои дела. Мы можем закопать их глубоко в землю и поливать своей креативностью, последовательностью и терпением.
А потом, когда наступит нужный момент, мы будем наблюдать, как наши планы и мечты становятся больше, лучше и прекраснее, чем мы сами когда-либо планировали.
20. Любая работа, предлагаемая на «Хедхантере», приведет тебя на складское помещение в деловом центре «в какой-нибудь красивой одежде и обуви, в которой вы действительно сможете ходить»
Явиться на собеседование по поводу рабочего места, о котором ты никогда не слышал и вообще не уверен, что можешь и хочешь заниматься такой работой, а потом, на середине собеседования, осознать, что у тебя нет ни малейшей уверенности, что речь идет о какой-то реальной работе, – одна из гордых традиций «двадцатилетних». Если эти слова близки твоему сердцу – поздравляю! Добро пожаловать в клуб.
Как-то раз я побывал на собеседовании по поводу работы в сфере «продаж», объявление о которой нашел в Интернете, и ко второму собеседованию по-прежнему не слишком хорошо понимал, чем именно я буду торговать. Полагаю, я дал верные ответы насчет продаж этих воображаемых товаров, поскольку, когда второе собеседование закончилось, меня пригласили в комнату, полную таких же, как я, «двадцатилетних», где крупный мужчина, этакий мистер Чистюля в дешевом костюме, толкнул энергичную речь о том, сколько денег мы могли бы заработать, если бы обладали страстным желанием быть бизнесменами, как он сам, – и всю свою речь он изобильно приправлял лексиконом (бодрым и красочным) шкипера, ведущего свой корабль сквозь ураган.
Под конец его речи я отпросился в туалет. И пружинистым шагом вышел прочь из этой комнаты, прочь из этого здания, прямо к своей машине. (Ладно-ладно, признаю, это больше напоминало паническое бегство.)
Одно дело – продажи. Совсем другое – присоединиться к мистеру Чистюле и его *запикано* культу продаж.
На той же неделе я побывал на собеседовании по поводу работы в одном учебном центре Лос-Анджелеса, где нужно было учить корейских детишек правилам сдачи теста на проверку академических способностей – того самого теста, результаты которого в моем исполнении не впечатлили преподавателей Гарварда настолько, чтобы они ломились ко мне в дверь.
Когда я прибыл на собеседование, меня быстро препроводили на задворки учебного центра, и мы принялись разговаривать о моих рабочих перспективах и опыте, стоя между мусорным контейнером и горой деревянных ящиков. Мне еще никогда прежде не приходилось сражаться с вонью гниющего мусора во время собеседования, так что, полагаю, показать себя во всей красе я не сумел.
Спустя несколько дней, когда мне по телефону сообщили, что, «к сожалению», в настоящее время у них нет для меня вакансии, я испытал чувство крайнего облегчения. Ведь если во время первого рабочего собеседования тебя ведут куда-то на задний двор, то куда ты отправишься дальше?
«Двадцатилетние» ходят на собеседования по поводу совершенно безумных, неслыханных и невиданных рабочих мест. Это – естественное свойство небольшого рабочего опыта, который лбом вперед вламывается в экономику, пребывающую в стагнации.
Так что, если ты читаешь это сейчас и вспоминаешь свое собственное собеседование с попутными мыслями «что, черт побери, это было?» – поздравляю, твоя членская карточка будет вложена в письмо. Заседания клуба происходят по вторникам в 8 вечера где угодно. Скажи на входе, что ты наш человек, – и получишь бесплатные туфли для боулинга и картошку-фри за полцены. На весь вечер.