Этот безумный мир
Шрифт:
– Они хорошие люди, - попытался оправдать своих друзей Глеб.
– Не знаю, кто в большей степени в тот вечер испугался - ты, или мои друзья.
– Неужели?
– Ты медиум?
– поинтересовался Глеб, проигнорировав мой вопрос.
– Кажется, с твоим приходом в доме моих друзей поселилось приведение.
– Да ну?
– несколько саркастически произнесла я.
– Понятия не имею, о чём ты.
Выходит, они говорили обо мне после того, как я ушла и решили, что я медиум.
– Я не верю в существование «иной» реальности, - беззаботно глядя в окно сказала я.
– А твои истории?
– удивился Глеб.
– Читателям нравится, а мне за мои мысли неплохо платят.
– Понятно, - недоверчиво кивнул Глеб.
Его не устроил мой ответ на счёт «иной» реальности. Но я не собираюсь откровенничать с ним, пока я не уверена в благих намерениях Глеба в отношении меня.
– Так куда мы едем?
– Сюрприз, - ответил Глеб и улыбнулся загадочно.
Он везёт меня к своим друзьям. Я помню эту дорогу. А вот и посёлок. Ухоженные дома, дети играют в волейбол на специально оборудованной площадке, другие катаются на велосипедах. В стороне кучка женщин: няни и это очевидно. Местные женщины несколько иного «сорта», ухоженные и избалованные, вряд ли будут стоять, и судачить на улице, выгуливая своих детишек.
Мы едем по достаточно широкой дороге, чтобы могли разъехаться две машины. С одной стороны густо растут деревья, перекрывая вид на дома, а с другой низкие кустарники. Всё мило и навевает покой. Идиллическую картину дополняет спустившееся к горизонту солнце.
После поворота мы оказались перед тёмными узорчатыми створками ворот. Глеб нажал на кнопку маленького пульта из автомобиля и ворота приветливо расползлись в стороны, обнажив дворовую часть участка.
– Я имел наглость пригласить тебя к себе в гости, - виноватым голосом признался Глеб, паркуя машину у гаража.
– Разве ты живёшь не в городе?
– удивилась я.
– Я переехал в новый дом. На прошлой неделе.
Ничего себе. Выходит, писателем быть круто. Неужели, продажа книг принесла ему миллионы. Эх, мне бы его талант и работоспособность. Глеб издаёт две книги в год, когда только успевает. А ещё мелкие рассказы пишет для «Губернских баек». Что же я не могу себя заставить работать? Глеб говорил, что у меня есть талант, но я не развиваю его, и если так будет и дальше продолжаться, то никогда из меня писатель не получится. Я обещала ему, что непременно попробую написать, что-нибудь интересненькое, а Глеб мне поможет с изданием книги.
– Здесь вдали от городской суеты и пишется и дышится легко.
– Да, наверное, - растерянно пробормотала я.
– Я поспешил?
– заботливо поинтересовался Глеб.
– Всё хорошо, - ответила я.
Так и есть, хорошо и спокойно. И ещё тихо. И солнышко у горизонта. Чёрт, я люблю этот мир. Безобразный, шумный, порой невыносимый, но в этом его прелесть. Жизнь, как есть, что может быть лучше. Глеб и я - это так естественно. Между нами нет неясностей - мы оба знаем, чего хотим. Нам не нужно стесняться своих чувств или обсуждать, есть ли у нас будущее. Мы люди и в этом истина.
– Красивый дом, - оглядевшись, сказала я. Большая часть фасада выполнена из стекла.
– Современно, изыскано и роскошно. «Хрустальный домик»? Впечатляет.
Тем временем Глеб предложил мне войти в дом.
– Милости прошу, - с гордостью произнёс он и распахнул передо мной дверь из светлого дерева со стальным вензелем, изображающим литеры «GNI». Я поняла, это означает Глеб Неформат Илларионов. Странно, что Глеб включил начальную букву из псевдонима, но это его дело.
Уже с порога я поняла, что хочу жить в этом доме. Мы вошли в просторный вестибюль. Стены и весь интерьер в тёплых пастельных тонах располагают к отдыху. Справа дверь. Слева кухонная зона и длинный обеденный стол из светлого дерева. Стулья к нему с высокими узорчатыми спинками. Всё сияет новизной. В холле доминирует лестница с затейливой балюстрадой.
– Пойдём, я покажу тебе весь дом, - предложил хозяин.
Мы поднялись по лестнице на второй этаж, и вышли на каменную террасу, с которой открывается чудесный вид. Внизу - ухоженный задний двор устроен по-современному - небольшое строение под навесом для барбекю, вымощенные камнем дорожки, лужайка, фигурки из кустарников. А дальше потрясающий вид на поля. От панорамы захватывает дух. Багряные полосы перечёркивают небосвод. Им вторит лёгкий пурпур тонких пёристых облаков и темнеющая полоса леса у самого горизонта. Всё продумано - потрясающий вид!
– Ты привёз меня сюда полюбоваться закатом?
– спросила я.
Глеб кивнул с серьёзным видом.
– Ты меня впечатлил, - сказала я, наслаждаясь сказочным пейзажем. Да, я хотела бы жить в таком доме и с таким потрясающим видом с террасы.
– Я с детства мечтал жить в большом доме, - признался Глеб.
– У тебя есть браться? Или сёстры?
– поспешила спросить я.
– Нет, я один рос в семье. У нас была просторная пятикомнатная квартира. Места всем хватало, но я мечтал жить в просторном доме, когда вырасту.
– Я тоже одна в семье и мечтала о старшем брате.
– Обижали в школе?
– Нет. Мне было тоскливо одной в нашей семье.
– Тебе не повезло, наверное, - хмыкнул Глеб.
– А со мной все возились, и я мечтал хоть минутку побыть одному.
– Чудесный закат, - заметила я.
– Рано или поздно всё закончится, как и этот прожитый день.
– Жалеешь, что у тебя нет волшебной палочки?
– спросил Глеб, посмеиваясь.
– Нет, не жалею - улыбнувшись, ответила я. Я ведь знаю, что «волшебная палочка» у меня есть и это Даниил.
– Пойдём смотреть дальше?
– предложил Глеб.
Длинный коридор. По правую сторону три комнаты, стена слева увешана картинами, пол устлан мягким ковром. Изысканно, уютно, располагает - вот, что я бы сказала о доме Глеба.
Глеб открыл одну из комнат - это спальная.
– Содержательно, - произнесла я, осматривая небольшую комнату. Она абсолютно белая. Кровать из светлого дерева с округлым изножьем, а на ней белоснежное покрывало. Стены, шторы, мебель - всё белое. Если бы не два ярких пятна на стене - это картины Сальвадора Дали «Стекающее время» и «Мелкие останки», я бы потерялась в этой комнате, не знаешь, за что ухватиться взглядом. Мне понравилось символичное соседство картин - время неизбежно уходит, превращая нас в пылинки. Я очень люблю Дали и его работы мне очень дороги: в них отражаются все мои мысли и чувства. И ещё я заметила, что картины любимого художника неотъемлемый атрибут людей интересующихся магией. Выходит, что Дали кумир «искателей».
– Впечатляет, - с трудом оторвавшись взглядом от картин, произнесла я.
– Мне тоже нравится Дали.
– Не сомневаюсь, - улыбнувшись, заметил Глеб.
– Взглянешь на мой кабинет?
– Да, конечно, - согласилась я.
– Творческая мастерская писателя - это интересно.
Кабинет устроен в духе прошлого столетия. Тяжёлый стол, а к нему внушительных размеров кресло, жёлтый абажур над рабочим местом. Книжные полки от пола до потолка вдоль стены, массивный диван обтянутый коричневой кожей у другой стены. На столе разбросаны в беспорядке листы рукописи. Глеб любит бумагу и чернила, и только когда новая глава готова, вносит её в электронную версию.