Чтение онлайн

Дверь на замок не закрыта, но за ней, за маленьким столом сидят те двое верзил, в карты играют. Попробовать их провести вокруг пальца? Но как?

– Система.

[Аристарх Печерин.

Титул: Повелитель Псов.

22 Года.

Уровень 11.

Мана 2735/2960

Опыт: 6909/20480.

Класс не определен.

Навыки:

Красноречие 9 уровень. Пассивный.

Убеждение 6 уровень. Пассивный-вспомогательный.

Обман 3 уровень. Пассивный-вспомогательный.

Угроза 2 уровень. Пассивный-вспомогательный.

Анализ 5 уровень. Активный.

Улучшенный слом языкового барьера. 5 уровень. Пассивный.

Чувство опасности 2 уровень. Пассивный.

Тупой вопрос. 2 уровень. Активный.

Улучшенное восстановление маны. 2 уровень. Пассивный.

Железный желудок. Не прокачиваемый. Пассивный.

Покровитель: Беспомощный Бог.]

Конечно я смогу запутать верзил Тупым вопросом, но что дальше? Всего три минуты, мне не хватит, что бы даже на сто метров отойти от здания, особенно без трости.

А еще звезды. Они сегодня опять смеются. И скорее всего именно надо мной, а как же иначе?

– Ауууууууууф!!!
– прозвучал долгий собачий вой из приоткрытого окна, точнее так может показаться простым людям без системы и без такого билда навыков, как у меня.

– Главный Воооожааааак! Мы тут!
– кричал не безызвестный мне мопс. Он скрывался где-то за деревьями, но сам в плотную не приближается. Скорее всего остальные рядом с ним.

– Если я буду говорить тихо, вы меня услышите? Вы все тут?

– Нааа всеее вопрооосы дыаааа!
– ответил пудель. Не знаю почему, но их голоса весьма легко различить. У мопса он слегка писклявый, у пуделя басистый, у остальных… ладно, об этом позже. Значит все тут.

– Хорошо, вы нашли меня по запаху?

– Само собой, вожак.
– его голос стал тише, но все равно так же разборчив.
– Мы не успели к назначенному времени, за нами охотились какие-то люди, скорее всего это была команда по отлову бродячих собак, как ты и предупреждал, а потом придя к месту увидели разруху и много людей в полицейской форме и твой кирпич, что вы называете телефоном. Мы бегали по всему городу, пока не учуяли твой след. И вот мы здесь.

– Он сейчас у вас?

– Да, в целости и сохранности!

– Тогда слушайте мою команду, можете разведать все вокруг дома и проникнуть во внутрь?

– Попробуем, но это будет очень сложно.

– К сожалению сейчас это необходимо. Засекайте время, через пять минут отвлеку охранников, что бы вы с ними смогли разобраться, их всего двое. При том избавиться от них как можно тише. А и еще, найдите какую-нибудь палку, что бы я смог быстрее передвигаться. Рассчитываю на вас.
– сказал я, отходя от окна.

– Ауууууууууф (есть)!

Собаки молодцы. Я в целом собак уважаю и люблю. У бабушки с дедушкой был один старый пес — Мишка. Умный, большой, добрый дворняга. Жил, поживал, пока старый алкаш его по пьяне не прикончил и не разделал на мясо, не из-за голода или туберкулеза, а просто потому что захотел попробовать. А после меня — пятилетнего ничего не подозревающего шкета накормил им. Он еще с таким лицом наблюдал, как я уплетаю его, с такой ублюдской, ехидной улыбкой…

Я когда об этом узнал долго плакал и блевал, на еду месяц вообще смотреть не мог, мне всегда казалось, что вместо нормально еды будет подстава от этого морального урода. И да, это еще одна причина из-за которой я превращу жизнь этого человека в ад.

Надеюсь с моими новыми друзьями ничего плохого не случится.

*****************************

Самое первое мое воспоминание об этом мире — это как перед моим носом закрывается клетка. Она была маленькой, не уютной и ржавой. День за днем меня кормили всякой дрянью, по сравнению с которой трехнедельный сгнивший мусор — это настоящее пиршество. Каждый день вкалывали препараты и делали записи моего состояния. С лап до хвоста я был облеплен тем, что люди называли «датчиками». Но я был не один, нас был много, больше, чем я мог тогда сосчитать. Все мы выли, кричали, вопили в страхе и ужасе. С каждым днем нас становилось все меньше, а пытки все изощреннее и больнее.

Наши знания, разум и понимание окружающего мира стали равны тем, кого домашние собаки называют хозяевами — людям.

Эмоциональные и физические пытки продолжались до тех пор, пока однажды мы не обнаружили, что нас осталось всего пятьдесят.

К тому моменту мы уже хорошо разбирались в человеческой речи, в их повадках, в их отношении и планах на нас.

Мы были подопытными.

Люди в халатах, с шприцами в руках хотели что бы мы стали послушными, сильными, агрессивными. Но мы не хотели им подчиняться. Я и пятнадцать моих товарищей отказались плясать под их дудку, за что нас собирались списать.

Мы должны были умереть еще в лаборатории, но пришел человек в черном костюме и сказал, что мы сгодимся для черновой работы.

Нас разделили с оставшимися товарищами и отправили в другой город — территорию людей, где они живут в муравейниках, как тараканы в мусорной куче сидят друг на друге. И именно в этом месте двуногие делают в основном то, что им не нравится.

Вот и нам не понравилось, что они делают с нами. Выбора не было. Мы были голодными, нас кормили в лучшем случае раз в два дня. И то, чем они нас кормили конечно была человечина и ничего более.

Так продолжалось довольно долго. Мы были озлобленными, раздраженными и почти потеряли свой трудом полученный интеллект под влиянием сырой крови и мяса, давая выход нашим инстинктам хищников.

Это изменилось всего несколько дней назад. Пришел человек тот, кого уже мы — одичалые людоеды могли бы называть хозяином.

Он не был сильным, злым или страшным, наоборот он выглядел уставшим и печальным. Его взгляд нес в себе отчаяние и легкий налет грусти, но его голос. Одно только его слово заставило нас успокоится, возвращая нам разум и подавляя животную ярость.

Когда-нибудь я создам философские мемуары о жизни мопса в человеческом мире, который прошел через самые адские пытки и не смотря ни на что продолжает жить, но сейчас не до этого.

– Тринадцатый, слышишь меня?
– спросил я воем у своего собачьего вожака.

– Конечно слышу, ты что забыл, кто мы? Что такое, Девяносто Девятый?

– Я прочесал всю округу, проверил дверь и окна. Окна мы не сломаем, слишком крепкие и по итогу нашел только один проход - через подвал. Но не уверен, как много из наших смогут через него пройти.