Этот культ мой
Шрифт:
– Дядя, тетя, здравствуйте!
– крикнул Коля, аккуратно заходя в дом.
– Ага, ребята ааа-х, - послышался голос зевающего мужчины из гостевой комнаты, - поздно вы, но проходите, располагайтесь. Сейчас поговорим.
Я вошел в большую комнату, с уютной обстановкой. Первым, что мне бросилось в глаза — это хозяева дома, сидящие на диване.
Мужчина, немного за пятьдесят — высокий, подкаченный, черные волосы с сединой на висках, закинувший руки за спинку дивана и женщина сидящая рядом — не высокая рыжая мадам, со скрещенными ногами в возрасте сорока лет, хотя мне кажется она немного младше.
[Царицин Михаил Васильевич. 55 лет. Хирург-золотые руки. Мастер спорта по рукопашному бою. Второй в иерархии Самогонщиков. Знает, что здание взорвали именно вы.]
[Царицина Юлия Валерьевна. 50 лет. Начальница литейного цеха. Женщина со стальным характером. Пятая в иерархии Самогонщиков.]
А дамочка старше, чем выглядит.
– Здравствуйте.
– сказал я, зайдя в комнату.
– Даже не представишься?
– спросил мужчина, потирая свой подбородок.
– Вы уже узнали обо мне все, что вас интересовало, ведь так? Смысл тогда говорить очевидные вещи?
– Смышленый, пока пойдет, посмотрим какими качествами ты еще обладаешь. А ты что думаешь, дорогая?
– Значит это и есть Аристарх? Выглядит не очень. Хилый, подбитый жизнью, но взгляд не растерянный, внимательный. За это хвалю.
– сказала женщина.
– Дорогая, не стоит оценивать его по внешнему виду, в конце концов в последнее время он весьма популярен.
– сказал мужчина, после чего добавил, - Ах, да, присаживайтесь, молодые люди. Матушка скоро чай принесет.
– Благодарим.
– сказали Кирилл и Коля.
Меня тут же подхватили за руки эти две шпалы и посадили на диван.
– Расскажи о себе, Аристарх. Мы хотим услышать твою версию истории, произошедшей за последнее время, а не то, что нам написали в отчетах.
– сказал Михаил.
– И что конкретно вы хотите услышать?
– Начни с того момента, когда тебя подстрелили на крыше.
– А что тут рассказывать? Помог девушке, подстрелили, очнулся в больнице, познакомился с вашей дочерью, выписали из больницы, вышел на работу, похитили, похитители умерли, я спасся, решили с полицией устроить ловушку, план пошел по одному месту, меня вновь похитили, встретил человека по имени Артур — типа местная шишка среди Общества Террора, он мне сделал предложение, от которого я с огромным удовольствием отказался, почти сбежал, но после увидел, что сделали с моей знакомой, - на этом месте я непроизвольно улыбнулся, - поэтому решил взорвать все здание к чертовой бабушке и убил каждого, кто на тот момент находился в том здании, а сегодня утром мне позвонила ваша дочь, мы пошли в кино, потом меня опять похитили, при том из-за случайности и вот я здесь, разговариваю с вами. Вроде ничего не упустил.
Все присутствующие молчали с шокированными лицами. Все, кроме Михаила. От куда он знал, что это сделал именно я?
Да, я бы мог попробовать солгать, что просто был не при делах и ничего не видел. Но с кем я сейчас веду беседу? С главами подпольного мира в этом захолустном городке. Что необходимо при этом делать? Не терять голову от возможной опасности и набить себе цену, что бы со мной не связывались. А стою я очень дорого.
– Это все?
– спросила взбудораженная Юлия.
– Краткость — сестра таланта, по крайней меря я так думаю. Так что да, все.
– ответил я.
– Значит слова мамы подтвердились, ты и правда крайне интересный человек.
– Как ты это сделал?!
– чуть ли не опплевывая меня спросил Кирилл.
– Руками, не ногами же.
– ответил я, слегка помахав тростью перед собой.
– Дядя, давайте от него избавимся прямо тут.
– Даже не думайте, мне кровь потом не хочется оттирать с ковров.
– сказала замужняя женщина.
– Избавиться? Кирилл, ты до сих пор не научился вести дела? Зачем нам от него избавляться, ведь он враг нашего врага, при том довольно сдержанный и более-менее адекватный.
– заметил Михаил.
– Мне временами кажется, что я самый адекватный человек в этом городе, а временами, что самый сумасшедший. Хотя не скрою — весьма эгоистичный.
– сделал замечание я.
– А еще и "скромный".
– взяв себя в руки и облокотившись на подлокотник дивана саркастично произнесла Юлия, смотрящая на меня уже другим, более внимательным взглядом, а после чего продолжила.
– Ладно, шкет, давай завязывай с этим пафосом, мне интересно чего ты хотел добиться, начав встречаться с нашей дочерью.
– Честно говоря, просто сходить на свидание. Нужна ли для этого причина?
– Хватит с него этих допросов.
– послышался старческий, немного знакомый голос прямо из соседней комнаты, после чего в дверном проеме появилась пожилая, сутулая женщина, лет семидесяти с подносом, на котором было шесть кружек и какая-то выпечка, которую я не мог рассмотреть. Даже мой почивший дедушка и то моложе был, а он дожил до почтенного вохраста, что было крайне редким достижением в нашем заводском городке.
Анализ… анализ впервые ничего не показал, совсем ничего, даже окошко не вылезло...?
– Бабушка Зина, здравствуйте.
– в унисон сказали Кирилл и Коля.
– Здравствуйте, мальчики, вижу хорошо поживаете.
– Конечно!
– ответил Коля.
– Замечательно, я бы хотела с вами немного поговорить по поводу того, что нельзя друзьям сестры по голове со спины бить, а то она в девках до смерти проходит, но сначала нужно обсудить все дела с этим молодым человеком.
– тихо проговорила бабулька посмотрев на меня.
– З… здравствуйте… - чуть ли не пропищал я, выдавливая из себя буквы. Мое дыхание словно перехватило, и я не мог понять от чего. Зато я вспомнил, откуда мне знаком ее голос, это она — сумасшедшая техничка из ментовки, говорящая загадками.
– Скажи, Аристарх, что сегодня говорят звезды.
– ставя поднос на стол спросила старушка.
– Они никогда ничего не говорят, но сегодня они спокойные.
– ответил я, но признаться честно, был шокирован ее вопросом, но от чего-то все равно не мог соврать.
Все посмотрели на меня с легким замешательством, но я не стал ничего объяснять.
– Вот как? Значит я не ошиблась, ты и правда потомок Гао Вэньхуа.
– Э, верно, это мой прадед.
– готов поспорить, что мои глаза стали размером с тарелку.
– Вы его знали?
– Конечно. Как Торговца Судьбой не знать?
– Что?
– в легком непонимании спросил я.
– Пока это не важно. В любом случае, когда-нибудь я тебе расскажу, но сейчас, дети мои, я готова за него поручится. Мое слово ведь еще имеет вес в нашей организации и семье?