Чтение онлайн

– Сколько тебе лет? – спросила Алесса. Парень был мил. Конечно, не такой красавец, как Витторио, но вполне симпатичен. Она также бесцеремонно изучала его взглядом: светлые волосы и кривоватые зубы – хм, совсем не Витторио. Зато крепкий.

– Двадцать три, а тебе? – Енис подмигнул.

– Двадцать семь, – не задумываясь, соврала Алесса, которой было 32.

– Ого, а выглядишь моложе.

Алесса пожала плечами, поправила прическу.

– Я слышал, ты жила тут раньше. Странно, я тебя не помню.

Потому что ты тогда еще не родился, глупыш, похихикала про себя девушка.

В этот момент раздался хлопок. Алесса испугалась.

– Папа включил щиток.

– О! – обрадовалась Алесса. – Как хорошо, что вы пришли. Сама бы я не нашла.

Вернулся Хамза.

– Ну что, для начала пустим тепло, – он заглянул в камин. – Сынок, сбегай во двор, принеси дров.

Енис ушел. Алесса поблагодарила старика.

– Наверно, мама предупредила обо мне?

– Конечно. Все боялась, кто позаботится о ее кровинушке. А мы на что? Мы тут все друг другу помогаем, – Хамза говорил с хрипотцой, как человек, куривший не один десяток лет. – Не страшно будет жить одной?

Алесса замялась.

– Не знаю. Как тут с преступностью?

– Никак. Городок маленький, все свои. Но все-таки девушка и одна… Кто-то должен тебя оберегать. Вот кто заботился о тебе в холодной дикой Италии? В больших городах людям плевать друг на друга, – он широко взмахнул рукой, будто хотел разбить что-то о землю.

– Я справлюсь, спасибо, Хамза.

– Дочка, надень носочки, – Хамза указал пальцем на голые ступни. – И поешь лимонник, Енис сам испек.

– Ого!

– Затем бегом наверх выбирать себе спальню. Сегодня нужно многое успеть!

К вечеру дом наполнился жизнью. Алесса и два соседа пили чай, греясь у камина. Спальня была готова, для сна Алесса выбрала гостевую комнату, ведь ни детская с маленькими кроватями, ни комната дедушки, где еще парил его дух, не подходили. Енис не отводил от нее взгляд, и Алесса, отвыкшая от мужского внимания, наслаждалась.

– Ну, пора! – Хамза встал. – У нас много дел. Нельзя надолго оставлять скотинку. Енис завтра тебя проведает, поможет с остальным. Так?

– Ага, посмотрим город, – подтвердил Енис.

– Чао, дочка.

– Чао! – сказала Алесса.

С их уходом Алесса почувствовала себя чужой. Не камин и не вещи делали это место живым, а люди. И вот они ушли. Ветер жалобно завывал, продувал щели старого дома, от чего тот пел вместе с ветром и скрипел, как дряхлый старик. И сама тьма стала темнее.

Алессу затянули воспоминания. Заняться было нечем, и она зашла в спальню дедушки. Внутри стоял спертый воздух. Кровать сохранила след старика – здесь он умер. Ничего не изменилось за 20 с лишним лет: в шкафу хранились все его вещи и вещи бабушки, в комоде куча пакетов, сложенных друг в друга, фигурки из пластилина, что они слепили будучи детьми, брошюры, фантики и нераскрытая пачка сигар, на тумбе стоял стакан с зубным протезом. Она заглянула под кровать. За несколько месяцев скопился толстый слой пыли. Она вспомнила, как пряталась здесь, когда было страшно. Возникло спонтанное желание залезть туда. В безопасность.

«Вылазь, Ася, – строго говорил дедушка, когда находил ее там. – Не позволяй над собой издеваться».

«Он сильнее, деда», – отвечала она со слезами на глазах.

«А ты будь умнее. Борись. Всегда давай сдачи».

– Хоть чему-то ты меня научил, дед, – сказала Алесса из реального времени.

За окном засвистел ветер, сквозняк хлопнул дверью, и Алесса в страхе упала на кровать. В воздух поднялась пыль. Она откашлялась и спрыгнула.

«Будь хитрее. Будь смелее. Борись».

На стене висел черно-белый портрет бабушки с подписью «Melissa, Zagorice» 2 . Здесь она была молода: густые волосы укутывали плечи и шею, как шарф, глаза и улыбка сияли от счастья, черное платье в горошек развивалось на ветру. На заднем фоне сверкали горы и река, бегущая по своим делам. Под портретом стоял темно-коричневый стол с табуреткой, за которым дед сидел каждый вечер после смерти жены. Однажды Алесса заглянула к нему за плечо и спросила: «Что ты пишешь? Покажи». Но он оттолкнул ее. Это было только между ним и бабушкой.

Алесса сняла портрет, стряхнула пыль с рамы и поставила на стол. В столе было два ящика, один запирался на ключ. Алесса подергала оба – они были открыты. Внутри первого лежали ручки, карандаши, степлер и блок листочков, во втором толстая серая тетрадь, на обложке которой остались разводы от воды. Алесса пролистала ее, надеясь отыскать среди дедушкиных мыслей заметку, где сказано, что он сожалеет. Сожалеет о том, как поступил с ней. Намек на раскаяние, жажду прощения – хоть что-то, выражающее вину. Но в тетраде не было ее имени. Не было Алессы. Разочарованная, она покинула чужую спальню, прихватив записи старика с собой. Может, она найдет это позже.

– Чао, дедушка, – и закрыла дверь.

Она так и не простила его.

Заснуть одной в шумном доме – задача не из легких, но Алесса так устала, что отключилась, как только голова коснулась подушки. Ей снился Джан. Они всегда были дружны, но в какой-то момент его подменили. Джан был старше, в 13 лет он стал злобен и жесток. Он нашел себя в издевательствах над сестрой, и Амина, еще совсем ребенок, ему в этом помогала. В том сне они заперли Алессу на чердаке и выключили свет. Она сидела во тьме и кричала. Ей было страшно, она ощущала дыхание смерти на затылке. Джан говорил, что там живут призраки, что она встретит их, если захочет, ведь они являются тем, кто готов их принять. И Алесса встретила. Легкий шепот над ухом. Он сказал: «Алесса».

Алесса… Не потому ли она позже выберет себе это имя?

Она потеряла сознание и проснулась уже в своей постели. Дедушка Омар нашел ее и перенес. Но ничего не сказал, кроме: «Борись».

Алесса пробудилась среди ночи. Дом скрипел и шатался, как корабль во время шторма. Ее укачало. Она встала и включила настольную лампу. Свет приоткрыл дверцу в иную реальность: в окне застыл силуэт собачьей морды с большими острыми клыками. Он смотрел пустыми глазницами и безмолвно вопил. Алесса закричала, ее стошнило на пол около кровати. Опять началось, подумала она и посмотрела в окно. Но там был всего лишь узор тонких трещин на стекле.

Она встала, пока монстр не вылез из-под кровати и не схватил ее за ногу, спустилась на кухню и сделала чай. Камин потух, Алесса разожгла огонь, подкинула бревен. Она смотрела на танцующие огни и слушала звуки дома.

– Деловая женщина переезжает в деревню и становится провинциальной девчонкой. Я могу написать об этом книгу.

Алесса засмеялась и подумала, что вместо чая предпочла бы бокал сухого вина. Завтра она купит бутылку и разопьет ее с Енисом. Почему нет? Развод оформлен. Когда она подписывала бумаги, Витторио даже не взглянул в ее сторону. Так что она имеет законное право поразвлечься. Так почему нет, м?

Огни камина убаюкивали, Алесса снова услышала шепот над ухом, как тогда, на чердаке, но не испугалась его. Она уснула в кресле и проспала до утра…

А ближе к обеду пришла Амина. Она первая прознала, что Алесса заселилась в новый дом. Ее дом.

Полусонная Алесса открыла дверь.

– Я поняла, что ты так и не познакомилась с моими детьми, – сказала Амина без приветствия и села на корточки. – Это Мустафа, Ибрагим, Аиша и Ниша.

Дети смотрели на свою тетю с затаенным страхом.