Этюд для уголовного розыска
Шрифт:
— Что вы, ребята, дурака валяете, неужели не стыдно?
В ответ выстрел в упор. Бухгалтер не успел понять, в чем дело. Его застрелили прямо в автобусе.
Преступление вызвало резонанс во всем районе. Когда Рустам прибыл туда, следственно-оперативная группа под руководством следователя прокуратуры Мусаева отработала уже несколько версий, но положительного результата они не дали.
Работе очень мешали бесконечные визиты, звонки жителей совхоза с требованиями быстрее найти убийц, люди высказывали недовольство медленными, по их мнению, действиями прокуратуры и милиции. Так что Мусаеву приходилось по нескольку часов в день отвлекаться, беседовать с посетителями.
Когда Рустам вошел к нему в кабинет, чтобы представиться, он невольно стал свидетелем такого разговора и отметил выдержку, деликатность следователя, мягко, но последовательно убеждавшего собеседника прислушаться к его аргументам.
После ухода вроде бы удовлетворенного сельчанина они поздоровались, как старые знакомые, и без раскачки принялись за изучение материалов уголовного дела. Мусаев выглядел значительно старше своих тридцати лет, говорил не спеша, тщательно взвешивая каждое слово, внимательно прислушивался к возражениям.
От совместной работы с ним у Рустама остались самые приятные впечатления. Кропотливо отрабатывая каждую, едва видимую зацепку, они сумели-таки выйти на преступников.
В очередной раз возвратившись к составлению подробной схемы движения совхозного автобуса, Рустам получил информацию о красных «Жигулях», которые на разных участках видели следовавшими на незначительном удалении от ПАЗика. «Жигули», как оказалось, в то утро угнали преступники. Рустам предположил, что они сопровождали бухгалтера до самого поворота в сторону совхоза, чтобы убедиться в вероятности своих расчетов и в случае необходимости подстраховаться. Конечно, это было только предположение, но оно оказалось реальным. Сидевшего за рулем «Жигулей» удалось установить. Он пытался вначале запираться, но это не помогло. Отпечатки пальцев, оставшиеся в угнанной машине, совпадали со следами его пальцев. Проверили его окружение и вышли на трех других участников преступной группы, то есть непосредственных исполнителей. Дело получилось громкое, тем более что при задержании один из преступников оказал активное сопротивление, отстреливался, и Рустам, вынужденный применить оружие, ранил его в руку.
Не заходя домой, он прямо с поезда, а было около семи утра, направился на работу, засел за рапорт.
Много писать он не любил, и вся проделанная поисковая работа уместилась на двух листках. Перечитав написанное, он удовлетворенно вздохнул, поставил подпись и число. Стрелки часов приближались к девяти часам. Рустам посмотрел за окно. День ожидался жаркий, и он подумал, что неплохо бы съездить на море искупаться. Он любил осенний пляж, море чистое, освежающее. За месяц командировки не выпало ни одного выходного, спал вполглаза. Отгул, что называется, заслужил, и передав рапорт начальнику отдела, мог со спокойной совестью отправиться домой.
Зазвонил телефон.
— Бабаев слушает...
— Доброе утро, Рустам, зайди пожалуйста, — услышал он глуховатый голос заместителя начальника управления полковника Алиева.
— С приездом, — коротко бросил полковник, крепко пожимая ему руку. — Молодец, хорошо поработал, как себя чувствуешь?
— Спасибо, хорошо.
— Настроение боевое?
— В общем-то да, — насторожился Рустам, подозревая, что отгул придется отменить.
— На, посмотри сводку.
О чем говорил полковник, Рустаму сразу стало понятно: достаточно было одного взгляда на отпечатанные страницы оперативной сводки. Обнаружен труп женщины, личность уже установлена.
— Смерть, вероятно, наступила от множественных переломов основания черепа, — негромко произнес Алиев, когда Рустам, ознакомившись с оперативной сводкой, протянул ее обратно.
— Я знаю, ты устал, но придется ехать именно тебе, кстати, звонил из районной прокуратуры Мусаев, просил направить тебя. Я слышал, вы здорово сработались. Билет на самолет заказан, всего около часа лета, это лучше, чем на поезде.
Позвонив домой и сообщив жене, что у него все нормально и он возвращается в район, Рустам на машине заместителя начальника управления поехал в аэропорт.
Як-40 набрал высоту. Ровно, без натуги гудели моторы. За иллюминаторами плыли густые, белые облака. Миловидная стюардесса разносила минеральную воду. Рустам откинулся на спинку кресла, открыл предусмотрительно захваченный в дорогу журнал, но в голову лезли разные мысли, и он машинально, не вдумываясь, просматривал текст, пока не задремал.
Самолет прибыл точно по расписанию, у выхода с летного поля его поджидал улыбающийся Мусаев.
Не теряя времени, выехали в прокуратуру. В дороге молчали, Рустама сильно клонило ко сну. Вспомнил, что ел последний раз в обед перед отправкой поезда в Баку.
— Заскочим буквально на минутку ко мне, не возражаете? — нарушил молчание Мусаев.
— Да, пожалуйста, — согласился Рустам, не подозревая, что дома их ждал вкусный обед. Рустам познакомился с женой Мусаева, невысокой улыбчивой женщиной и двумя очаровательными девчушками-близнецами, едва научившимися ходить.
В домашней обстановке Рустам совсем расслабился, и когда уже в прокуратуре начался разговор об убийстве, включился с трудом.
Трагедия произошла вечером неподалеку от райцентра в лесополосе. Тело обнаружили подростки, собиравшие ежевику. Скорее всего женщину кто-то привез на машине и здесь убил. Кто и почему? Вот эти вопросы и стояли перед следственно-оперативной группой.
В заключении судебно-медицинской экспертизы констатировалось, что убийство совершено множественными ударами тупым предметом в голову.
— Мне нужно выехать на место происшествия, много времени это не займет, — обратился Бабаев к Мусаеву.
— Хорошо, хотите, можем вместе поехать.
— Нет, не стоит, — смягчил отказ улыбкой подполковник. — Лучше я сам там поброжу, заодно и сон разгонится.
В лесополосу он выехал вместе с молодым словоохотливым сержантом, водителем патрульной машины, который рассказал о слухах, бродивших в связи с убийством молодой женщины, по фамилии Фарзалиева, работавшей в районной аптеке провизором. Она разведена, и, возможно, убийство организовал муж. Сам он давно выехал из района, живет в Сургуте, но люди не исключают, что убийство его рук дело, нашел кого-то, тем более сейчас он в отпуске, только приехал.
Мусаев эту версию имел в виду, подумал Рустам, она самая очевидная, отработать ее нужно в первую очередь.
В лесопосадке он пробыл недолго. В тени деревьев было прохладно, в ветвях шумели неугомонные воробьи. Сидя на высохшей верхушке высокого тополя, каркала потревоженная ворона. Кругом росла высокая, зеленая и густая трава.
— Вот тут ее и нашли, товарищ подполковник.
Громкий голос сержанта заставил вздрогнуть от неожиданности.
— Мальчишки увидели ее и подошли ближе, а когда поняли, что убитая, голова изуродована, бросились бежать, остановили попутную машину и приехали в милицию. Молодцы, как вы считаете?
— Я согласен, молодцы.
Ему надо было бы как-то отправить разговорчивого водителя в машину, но не хотелось обижать. Человек ведь уверен, что помогает ему.
Рустам вернулся на шоссе, с трассы место не просматривалось, это наводило на мысль, что преступник местный. Собственно, сомнений по этому поводу почти не было: исключалось, чтобы женщина села в машину с незнакомым человеком. Наверняка, она ему доверяла или появились исключительные обстоятельства. Рустам несколько раз снова неторопливо прошелся по лесопосадке.