Чтение онлайн

Рассказал Фемистокл и о летаргическом сне — этом состоянии человека, когда он почти что мертв, будучи на самом деле живым. Дыхание его практически незаметно, сердце бьется очень медленно и слабо. Из-за плохой циркуляции крови человек становится мертвенно-бледным, тело его холодеет. Это такое удивительное состояние человека! Бывали случаи, когда хоронили человека, заснувшего летаргическим сном, а он просыпался и люди, увидевшие это, от страха едва ли ни умирали от разрыва сердца. Вот так и появились мифы о воскресающих покойниках. Почему люди впадают в летаргический сон, никому неизвестно. Может, это какая-то форма самогипноза?

Фемистокл умел пробуждать спящих летаргическим сном, используя примерно те же приемы, что и при самом гипнозе. Он научил этому мастерству и Иисуса. Фемистокл постоянно повторял, что к каждому больному нужен свой подход. Но самое главное — больной должен верить своему врачу, без этого трудно добиться положительного эффекта. Врач, в некотором смысле, сам является плацебо, поэтому он должен быть уверен в себе и, даже будучи полным неучем, всем своим видом показывать ученость. И очень важно обнадеживать больного.

— Ложь — это нехорошо, — говорил Фемистокл, — но бывает благостная ложь: пусть неизлечимый больной хотя бы проживет свои последние дни и часы в вере в исцеление — разве это плохо?

Ведь все мы смертны, но, к счастью, мы не знаем, когда и где смерть настигнет нас. Одному завтра горный орел уронит на голову камень, который он нес в своих когтях не знамо для чего, другой сподобится наступить на смертоносного скорпиона… Кто знает?.. Ты жив сегодня — и будь счастлив! Ведь, не дай Бог, станет нам известен день и час нашей погибели: мы тут же будем предельно несчастливы, ожидая тот неотвратимый момент. Даже если от того момента нас отделяют годы…

Рассказал он и об интересных экспериментах с гипнозом. Как-то он лечил гипнозом бессонницу у одной знатной дамы. Дама эта находилась в состоянии крайнего физического и психического истощения. Процедуры гипноза проводились ежедневно и были довольно затяжными. Однажды, когда Фемистокл уже начал свой сеанс гипноза, в комнату буквально влетела дочка этой дамы и шепнула ему на ухо, что ее отец упал, задыхается и нуждается в срочной врачебной помощи. Она шептала ему на ухо, поскольку боялась, что известие сильно взволнует ее мать, и та может умереть от волнения.

Нужно было что-то предпринимать. Фемистокл достал из мешочка, который был прикреплен к его поясу, небольшой кусочек горного хрусталя, который носил с собой в качестве талисмана, положил его на краешек стола, чтобы больная его видела, и сказал:

— Госпожа, то, что вы видите, есть магический камень, найденный мною в пещере, где родился Зевс. Смотрите на этот камень так же, как вы смотрите в мои глаза во время сеанса, и при этом про себя повторяйте моим голосом мои обычные слова: «Я спокойна, я совершенно спокойна. Я хочу уснуть. Я уже засыпаю. Я уже сплю, сплю, сплю…» Когда вы третий раз произнесете слово «сплю», вы, действительно, заснете. Уверяю вас, что этот магический камень подействует на вас даже сильнее, нежели я сам — ведь он из пещеры самого Зевса!

С этими словами он покинул комнату, а женщина, следуя его совету, хорошо усыпила сама себя. Фемистокл же оказал за это время необходимую помощь ее мужу.

Много беседовали Фемистокл и Иисус о вере, о Богах. Фемистокл рассказал о философе Ксенофане Колофонском, жившем около пяти веков назад. Уже тогда он обратил внимание на то, что Боги у разных народов отличаются, и объяснил, почему. Фемистокл прочитал Иисусу стих Ксенофана:

Иисус от неожиданности буквально потерял дар речи: пять веков назад?! Ему вспомнились слова Священного Писания: «И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божьему сотворил его…»

А ведь Ксенофан прав! — будто пронзила Иисуса мысль. — Это мы сотворили Бога по образу и подобию человеческому! Как это мне самому не пришло в голову? Впрочем, зачем вообще придавать Богу какой- то вещественный образ? Бог есть идея. «Вначале было слово…» Да, да! Именно слово, то есть идея. Идея существования всего сущего и идея жизни. И если мир существует, то жизнь столь же естественна, как свет солнца и звезд, как образование облаков и падение дождя. Почему для нас удивителен феномен жизни? Только потому, что мы сами живые? А разве менее удивительна неживая природа?

Много говорили Фемистокл и Иисус о смысле жизни. Фемистокл принадлежал к школе эпикурейцев, начало которой положил великий философ Эпикур, живший около трехсот лет тому назад. Его жизнеутверждающее учение нашло многих сторонников и продолжателей, так что и через триста лет его имя было почти у всех на устах. К чему звал Эпикур? Радуйся жизни, содержи тело в здоровье, а душу в спокойствии, растворись в матери-природе, частью которой ты являешься, и тебе не страшна даже смерть. И не нужны тебе Боги! Счастье — высшая и единственная цель жизни.

Трудно было бы возразить что-либо эпикурейцам, кроме того, что такая жизнь может быть уделом только избранных. Иисус же видел, что в мире столько несправедливости и угнетения, нищеты и болезней, что провозглашать такие принципы для всех — это чистой воды бессмыслица. Убедить бедняка, который не может прокормить семью, что надо радоваться жизни? Посоветовать умирающему больному, что бы он заботился о своем здоровье? А о каком душевном спокойствии может идти речь для матери, оплакивающей безвременно ушедшего в мир иной ребенка? Нет, для этих людей религия — единственное спасение, пусть даже граничащее с обманом.

Конечно, в то же время не надо отказываться от нормального человеческого счастья в жизни, как к этому призывают некоторые проповедники- самоистязатели. Для чего мучить себя и лишать обычных радостей? Ради того, чтобы сберечь бессмертную душу? Но зачем же тогда Бог создал тело, а не сотворил бестелесную душу? Значит, и о теле надо думать?

Рассказал Фемистокл Иисусу и о величайшем греческом философе — Сократе, который был не только великим мыслителем всех времен, но и прекрасным педагогом. Среди его учеников были великий философ Платон и крупнейший историк Ксенофонт.

Беседы Сократа отличались смелостью и нетрадиционностью. Он не боялся отстаивать свои взгляды, даже если они шли вразрез с мнением большинства или с догматами правителей.

К сожалению, Сократ никогда не записывал своих мыслей, но это зато делали за него его ученики. После смерти Сократа, его верный ученик, Платон, изложил основные идеи Сократа в своих трудах, и так же, как и его учитель, воспитывал молодежь, проводя с ними беседы в своем саду — Академии. Его занятия с учениками проходили в виде бесед во время прогулки по саду.