Чтение онлайн

Первый, получаемый нами дар, это Самодух, «я» духовное. Кто же воспринимает дар духовного «я», сходящего свыше? — Сын Бога, Который живет, Сын Бога живого!

И вот Иисус Христос в этом месте Евангелия спрашивает: «Что должно сойти в человека благодаря Моему импульсу?» Дух, животворящее свыше начало, — вот что должно сойти в человека.

Так встречаются Сын человеческий, растущий снизу вверх, и Сын Божий, Сын Бога живого, сходящий сверху вниз. Их нужно точно различать.

Очевидно, ученикам было трудно ответить на этот вопрос Христа. Вся трудность этого вопроса уяснится для вас, если вы вспомните, что ученики только что получили тот дар, который лишь очень постепенно будет проникать благодаря Евангелиям во всех обычных людей; ученики же первыми восприняли этот дар благодаря просветляющей и животворящей силе Иисуса Христа. Но они еще не обладали той способностью, которая позволила бы им ответить на вопрос: «Что представляю собой Я?» Ибо, если можно так выразиться, ответ, данный тогда одним из учеников, Петром, — «Ты Христос, Сын Бога живого», — не вытекал из тех нормальных духовных способностей, которыми он был одарен благодаря посвящению и которые позволили ему дать такой ответ. Христос подумал: «Вот слова, которые никак не порождены сознанием Петра; в этих словах проявились более глубокие силы, дремлющие в каждом человеке, которые лишь очень постепенно поднимутся в сферу сознания». Мы носим в себе тела физическое, эфирное, астральное и «я»; мы возносимся к Самодуху, Жизнедуху и Духочеловеку через преображение способностей астрального, эфирного и физического тел. Все это — начальные положения духовной науки. Так, силы Самодуха, которые мы некогда разовьем в нашем астральном теле, уже живут в нем, но ими управляют Божественные импульсы, а не мы сами. Точно так же и в нашем эфирном теле сейчас уже живет дух божественной жизни. Вот почему, глядя на Петра, Христос сказал: «Твоими устами говорило сейчас не то существо, которое в данный момент живет в твоем сознании; твоими устами говорило существо, которое ты сможешь развить в себе лишь в будущем, но оно уже и сейчас живет в тебе и о нем ты ничего не знаешь. То, что присутствует в твоем теле и в твоей крови, не может сказать произнесенных тобой слов: «Ты Христос, Ты — Сын Бога живого». В тебе говорят силы, живущие под порогом твоего сознания, силы, самые глубокие из всех, живущих в человеке». Высшая и таинственная сущность, живущая в Петре, именуемая Христом «Отец небесный», сила, поистине сотворившая Петра, но пока еще неведомая ему, — эта сила и говорила в ту минуту его устами. Поэтому и сказал Христос: «…не плоть и не кровь открыли тебе это, но Отец Мой, сущий на Небесах» (Мф. 16, 23).

Это не все. Христос должен был также подумать: «Природа Петра, вся его конституция таковы, что в нем живет сила, еще не запятнанная всем тем, что проникла в сознание действием в нем враждебного духа, и она настолько могущественна, эта человеческая подсознательная сила, что, положившись на нее, он может строить на ней. Эта сила преобладает в нем. Та же сила живет и во всяком человеке, но живет бессознательно и разовьется лишь в будущем. Если то, что Я могу дать человечеству, если Мой импульс должен распространяться и овладевать человеком, он должен строиться на том, что только что высказал Петр: «Ты Христос, Ты — Сын Бога живого». На этой скале души человеческой, которую еще не загрязнили и не затронули разнузданные силы прибоя — уже сформировавшегося сознания, — на том, что выражено в этих словах как сила Отца, Я построю все то, что постепенно разовьется как дарованный Мною человечеству импульс». Лишь бы только люди развивали в себе это начало, и тогда человечество воплотит импульс Христа. Все это заключено в словах: «Ты камень, и на этом камне Я воздвигну то, что станет человеческой общностью, объединением людей, приверженных импульсу Христа».

Не следует относиться поверхностно к этим словам Евангелия от Матфея, ставшим предметом дискуссий почти всего мира. Их нужно только понимать, воссоздавая их смысл со всей мудростью, которая и есть мудрость мистерий.

И тотчас же вслед за этим нам провозглашается недвусмысленно и точно: Христос действительно собирается и будет строить на глубоких и неосознанных силах, живущих в Петре. Христос переходит к рассказу о грядущих событиях. Он начинает говорить об истории Голгофы. Тот миг, когда Петр выразил в словах самые сокровенные силы души, — уже позади; теперь его слова подсказаны сознанием. И с этого мига он утрачивает понимание Христовых слов; он не в состоянии поверить в неизбежность страданий и смерти Христа. И Христос вынужден призвать его к порядку, говоря: «Теперь уже не Бог говорит в тебе, теперь в тебе говорит человеческое, — то, чему не подобает расти, что исходит от иллюзорных учений, от Аримана, что принадлежит Сатане! Ты позоришь Меня, ибо желания твои — не божеские, но человеческие» (Мф. 16, 23). Христос приравнивает Петра к Сатане; он намеренно дает Ариману имя Сатаны, тогда как в Библии все люциферическое именуется «Дьявол». Но для того заблуждения, в которое впал Петр и в котором он упорствует, Христос применяет совершенно правильное имя.

Вот как в этом месте действительно обстоит дело. А что из всего этого сделала современная критика? Она считает, что невозможно, чтобы Христос в один прекрасный день сказал Петру: «Ты один понял, что перед тобой Бог», — а вслед за тем тотчас же обозвал его Сатаной. И тогда критики заключают, что имя «Сатана», якобы адресованное Петру, было впоследствии вставлено в текст и текст таким образом подвергся фальсификации. Но дело в том, что все филологические домыслы, на которые критики пускаются по поводу этих слов, уже ровно ничего не стоят. И только беспристрастное понимание Библии позволит действительно выявить исторические корни подобных памятников.

Но между двумя процитированными мною текстами есть еще и третий. И мы сможем его понять, только если припомним очень древнее учение мистерий (древнее, хотя и вечно новое); согласно этому учению, человек, каким он существует на Земле, представляет собой не только человеческую единицу, но и всю общность человечества, своего рода образ того, что пребывает во Вселенной, во всем макрокосме.

Мы говорили уже о генеалогии Иисуса из Назарета. Мы видели, что слова, обращенные к Аврааму, в действительности означают: «В твоих потомках отобразится ход светил небесных». Положение в небе двенадцати созвездий и ход планет по знакам Зодиака должны повториться в двенадцати коленах и в событиях истории еврейского народа через трижды четырнадцать поколений. В смене поколений, в особом наследии, передаваемом через кровь двенадцати поколениям, должны отобразиться макрокосмические соотношения. Вот что было сказано Аврааму.

В ту минуту, когда Иисус Христос стоит перед Петром, сокровенная природа которого только что признала в Нем Сына Бога живого, — в эту самую минуту Христос понимает, что Он может возвестить всем окружающим Его, что отныне на Земле должен установиться новый порядок, новый строй. Если для Авраама космический строй отражался в кровных связях, теперь новый моральный строй должен отразиться в том, чем станет человек благодаря своему «я». Когда люди поймут существо Христа, создадутся общины, ассоциации, построенные не на общности крови, но от души к душе протянутся нити, связующие людей в любви. В еврейской крови, передававшейся через поколения, отражались макрокосмические структуры, — точно так же, как и то, что развязывало, разъединяло род человеческий, имело свой прообраз в том, что господствовало на Небе. Отныне же то, что соединяет людей, — и что соединяет их в любви, — должно исходить из импульсов сознательного «я».

Именно это и значат слова, которые говорит Христос Петру после слов о камне: «И то, что ты свяжешь на Земле (что будет связано силами сокровенной природы), будет отвечать тому, что связано на Небе, а что та же природа развяжет здесь, на Земле, будет также развязано на Небе». В древние времена весь смысл человеческих отношений строился на общности крови; но с тех пор люди все больше и больше должны объединяться связями духовными и моральными. Так, если какой-либо человек создаст общество, оно приобретет в его глазах огромную значимость. С точки зрения антропософской мы сказали бы, что карма этого человека соединилась с кармой общества.

Как вы знаете, тот факт, что вы подаете милостыню бедному, ничуть не противоречит понятию кармы; в точности то же самое имеет место, когда общество берет на себя чью-то индивидуальную карму. Общество может помочь личности нести ее судьбу. Другими словами, вот что может произойти в соотношениях морального порядка: если один из членов общества совершает дурной поступок и этот поступок естественно вписывается в его карму, то он будет иметь также последствия и для всего Космоса. Вместе с тем может случиться, что друзья этого человека скажут: поможем ему нести его карму. Личный долг неизбежно должен быть уплачен, но целое общество может придти на помощь тому, кто совершил дурной поступок. Карма отдельного человека может настолько слиться с кармой общества, что оно сознательно возьмет на себя вину своего члена; целое общество страдает вместе с человеком, но оно поддерживает его, оно его исправляет. В случае с «Церковью», раз она — Церковь, она обязывается брать на себя грехи людские, помогать человеку нести карму.

Речь идет не о том, что называется в наши дни «отпущением грехов», но о реальной связи, о взятии бремени грехов. И общество должно это сделать сознательно.

Если хоть в какой-то степени понимать слова «связать» и «развязать», следовало бы при каждом обряде отпущения грехов представлять себе то обязательство, которое берет на себя Церковь. Вследствие того факта, что личные человеческие кармы включаются в карму всего общества, они образуют настоящую цепь. И эта цепь в своих основных чертах должна воспроизводить строй, царящий среди светил; карма каждого человека должна быть связана с общей кармой не любым способом, а так, чтобы общественный строй, общественный организм стал образом строя небесного.

Для тех, кто предчувствует всю значительность сцены, называемой «исповеданием Петра», ее смысл тем самым бесконечно углубляется. Здесь в некотором роде положено основание будущему человечеству, которое будет воздвигнуто на «я». В этой сокровенной беседе Христа с Его ближайшими учениками Он направляет силу, которую черпает в макрокосме, на дело, основание которому должно быть положено учениками. Начиная с этой минуты ученики, согласно Евангелию от Матфея, будут шаг за шагом идти к солнечным силам, к космическим силам, которые Христос концентрирует в Себе, чтобы низвести их на учеников.

Вы помните, что на одном из путей посвящения ученик распространяется в Космосе. И вот, Христос несет импульс, требующийся для этого распространения. Поэтому-то Он и направляет учеников на пути в Космос. Ученик, проходящий этот путь посвящения, сознательно растет в Космосе, который он открывает для себя последовательными участками, и Сам Христос, расширяясь, так сказать, до всего макрокосма, со всех сторон являет ученикам циркулирующие в Космосе токи, которые Он в конце концов сосредоточивает на учениках.