Чтение онлайн

31

то, что когда она прибирала комнату к приходу сватов, он несколько раз останавливал её и, прижав её голову к своей груди, говорил только одно слово — *доченька*. Только сейчас Мария поняла, что он хотел тогда сказать ей: — Ты прости, дочка, меня: я не сумел устроить достойно твою жизнь.

А вот с мамой будет сложнее. Строгая она и порядок для неё превыше всего. Под порядком мама понимает всё в нашей жизни — порядок в доме, порядок в семье, порядок в отношениях с соседями, властями. И вот, повинуясь своему представлению о порядке, она сделает всё, чтобы свадьба состоялась. Но она любит меня и должна понять. Сядем с ней вечером у очага и поговорим о жизни, как мама любит делать.

Мария представила, как они будут сидеть вечером у потрескивающего огня, как мама всплакнёт в конце беседы и, обняв её, скажет: — Хорошо, доченька, для меня главное, чтобы ты была счастлива.

Ну, а после этих слов она уже никогда не отдаст её Иосифу! Ни за что!

Ну, а с Иоанном она обязательно будет счастлива! Уж он-то сумеет устроить их жизнь как надо, ведь Иоанн самый-самый умный.

Мария вспомнила, как она мечтала о богатстве, дорогих нарядах и рассмеялась: — Какая же я ещё недавно было глупая: думала, что деньги могут сделать меня счастливой. Да не надо мне ничего, лишь бы он был рядом. Пусть в лачуге, в пещере, в шалаше. Разве это делает людей счастливыми?

— А любит ли он меня? — внезапно подумала Мария. — Конечно, любит! Разве можно целовать девушку, не любя? Ни один нормальный человек не сделает этого. Разве она может представить себя, целующую Иосифа? Бр-р-р, противно даже!

— А ты что это, сестра, так рано поднялась сегодня? — прервала её размышления Елисавета, выходя из своей комнаты, — ещё спать и спать надо, вон темень какая на улице, а ты уже по дому хлопочешь.

— Прости, сестрица, я, наверное, тебя разбудила, — ласково посмотрев на Елисавету, проговорила Мария. Я выспалась, да и не так уже и рано, просто в конеце декабря темень держится чуть не до обеда. Так что же теперь — спать полдня? Как ты себя чувствуешь, как маленький?

— Да, слава богу, всё нормально, только вот сны тревожные снились. Я не помню о чём, они позабылись, как только я глаза открыла, а вот чувство тревоги осталось. Такое ощущение, что беда должна

32

случиться. Может, с Захарием что-нибудь?

— Это тебя маленький беспокоит: переживаешь перед родами, — стараясь успокоить сестру, сказала Мария, — давай я помогу тебе умыться.

После завтрака они продолжили возню с шерстью и вскоре на улице стало светать, но из-за начавшегося дождя стоял полумрак, а затянутый тяжёлыми тучами небосклон не предвещал хорошей погоды.

— Как бы Иоанн не испугался дождя, — стала беспокоиться Мария. — А вдруг он не прийдёт? У неё даже не возникла мысль о том, что в такую погоду она сама должна остаться дома. Как может она не пойти? Только всемирный потоп может остановить её. Может, но не остановит!

Время почему-то словно остановилось и каждая минута казалась часом.

— Быстрей, быстрей бы обед, — торопила Мария, сгорая от нетерпения увидеть лицо Иоанна с его удивительным родимым пятном под левым глазом в виде маленького полумесяца. Мария вспомнила, как вчера она осмелилась дотронуться до этого странного пятна пальцем. Иоанн вдруг клацкнул зубами, словно хотел укусить, она в испуге машинально отдёрнула руку, а он рассмеялся и сказал: — Это родимое пятно у нас фамильное. Оно передаётся по наследству из поколения в поколение.

… Перед обедом Мария стала выбирать, что же ей одеть в такую погоду, а Елисавета, увидев её сборы, забеспокоилась:

— Куда это ты, голубка, собираешься?

— Хочу ещё раз на Иерусалим посмотреть, — ответила Мария, — вчера он мне так понравился, что сил нет дома сидеть.

— Это в такую-то погоду? Ты что — с ума сошла? Да хороший хозяин овцу в такую погоду из овчарни не выпустит. И не думай даже: не пущу я тебя. Не хватает тебе простыть, да серьёзно заболеть. Что я тогда твоему Иосифу скажу?

Упоминание Иосифа только подстегнуло Марию.

— Я не надолго, — ответила она Елисавете, — только подымусь на гору, постою немного — и обратно. А ты пока приляг, отдохни.

Не слушая сердито ворчавшую сестру, Мария вышла под моросящий холодный дождь. Никого не встретив по пути, Мария свернула с дороги и, сдерживая дыхание, поднялась на вершину горы. Там никого не было. 33

— Конечно, в такой дождь только сумашедший может прийти сюда, — оправдывала она Иоанна. Да и занят он, наверное, в лавке Наума.

Вдруг справо от себя Мария услышала шорох и увидела тень за стволом старого дерева.

— Неужели разбойники? — вспомнила она вчерашнее предупреждение Елисаветы и сердце её похолодело.

В момент, когда Мария уже была готова убежать из рощи, Иоанн с шумом выскочил из-за дерева и, подхватив её на руки, закружил среди деревьев.

— Как ты меня напугал, — весело сказала Мария, обнимая его за шею, — я думала, что это разбойники.

— Я и есть разбойник, — притворно грозно произнёс Иоанн, — я пришёл, чтобы погубить твою душу. Берегись!

— Я думала, что ты не прийдешь сегодня, — сказала Мария, — … всё этот проклятый дождь.

— Как я мог не прийти? — воскликнул Иоанн. — Как я мог не прийти, зная, что меня будет ждать самая прекрасная девушка на всей земле!

От этих слов сердце Марии ёкнуло, а Иоанн поставил её на ноги и стал покрывать лицо Марии поцелуями. У Марии закружилась голова, ей стало казаться, что это не она отвечает Иоанну жаркими поцелуями, а какая-то другая счастливая девушка, что это просто сон, а холодный дождь вовсе не холодный, а тёплый или даже горячий.

В таком состоянии Мария даже не заметила, что Иоанн привалил её к стволу дерева, что он откинул её мокрую мантию, что он задрал её нижнюю льяную рубашку. Всё поплыло как в тумане, она совсем перестала соображать и только подставляла свои жадные губы Иоанну и дрожала всем телом. Только тогда, когда боль пронзила её тело, она поняла, что происходит, но боль вдруг смешалась с жарким трепетом её тела и этот трепет заставил её всё сильнее прижиматься к Иоанну…

Расставшись с Иоанном на краю Вифании, Мария заспешила домой. На душе у неё было и радостно, и тревожно. Радостно от того, что Иоанн поклялся ей в своей любви, а тревожно от всей неопределённости её настоящего и будущего.

— Приходи сюда через три дня, — сказал ей Иоанн, — я пока занят буду.

34

— Что, промокла небось? — встретила её Елисавета вопросом, — и чего тебя, сумашедшую, понесло туда в такую погоду? Садись быстро к огню греться да сушиться.

Мария скинула промокшую мантию и подсела к очагу.

— Ты что это такая печальная? — спросила сестра, — вчера после прогулки ты просто летала по комнате, щебетала, как божья птаха, а сегодня ты будто не Иерусалим ходила смотреть, а казнь падшей женщины.