Чтение онлайн

Арр Фаррес чуть не лопнул от злости, так как я добросовестно прошелся по самому больному его месту — по отсутствию перспектив хоть когда-либо стать главой рода:

— Для того, чтобы оценить вас, как бойца, мне вассалы не нужны!

Я изумленно выгнул бровь:

— Простите за любопытство, но неужели за те два месяца, которые я провел за пределами Маллора, в списке десяти лучших мечников королевства появилось новое имя, и это имя — ваше?!

В этот момент подал голос арр Сурайн, глава рода Сулон:

— Но ведь и вашего имени там тоже нет, не так ли?

Я одарил его спокойной и благожелательной улыбкой:

— Оно там появится этой же осенью, арр! И займет место, которое занимало имя моего отца с момента его возвращения из Хейзерра…

— А почему «появит-ся», а не «появи-лось»? — поддел меня арр Фаррес.

— Вызывать на поединок лиц, не достигших полного совершеннолетия, считается невместным… — так же спокойно объяснил я. — А восемнадцать мне исполнилось чуть более десятины назад.

— Позволю себе вас ненадолго прервать… — голосом, способным заморозить озерцо побольше нашего любимого, произнесла Майра. И посмотрела на ар Сулона-младшего взглядом, в котором не было ничего, кроме ледяного презрения. — Мой муж предложил условия поединка! Так почему же вы, имевший смелость тявкнуть на него во время приветственной речи хозяина этого гостеприимного замка, до сих пор трясете лишь языком?!

Собравшиеся потеряли дар речи. Как от формулировки вопроса, так и от того, что женщина осмелилась вмешаться в разговор мужчин. Поэтому в ошеломленной тишине, повисшей в трапезной, мой голос прозвучал куда более язвительно и громко, чем я рассчитывал:

— Если вас беспокоит сохранность жизней вассалов, которые вам не принадлежат, могу пообещать, что не буду их забирать. Равно, как и вашу: я прибыл в гости к уважаемому мною арру Бриелу с чистой душой и открытым сердцем, поэтому сделаю все, чтобы пролитая мною кровь никак не сказалась на его дружбе с главой вашего рода.

Такой «шаг навстречу» вывел из себя не только арра Фарреса, но и его отца. Первый схватился десницей за рукоять меча, а пальцами левой руки изо всех сил рванул кружевной воротник, сдавивший побагровевшую шею с вздувшимися венами. А второй нашел взглядом кого-то из вассалов, сидевших ближе к концу стола, и знаком послал его за воинами.

Прочитавший его жестикуляцию второй сын повернулся ко мне и начал:

— Вы гото— …

— Не стоит забывать о правилах приличия даже из-за волнения перед поединком! — назидательно сказал я. — Просить разрешения скрестить мечи в этом замке надо не у меня, а у главы рода Маггор арра Бриела.

…На то, чтобы получить вышеупомянутое разрешение, а затем выполнить все формальности, связанные с подготовкой к поединку, ушла от силы четверть кольца. И еще столько же времени меня убеждали поменять секунданта. Но я, вовремя поймавший одобрительный, хотя и основательно озадаченный взгляд арессы Доргетты, и решивший основательно поразвлечься, отказался наотрез, заявив, что доверяю, как самому себе, не только старшей жене, но и обеим меньшицам. Чтобы лишить противника возможности хитрить, я предложил провести бой так, как он мог произойти в реальности. То есть, вышел в коридор, через десяток шагов остановился и развернулся лицом к трапезной, а противникам предложил считать себя защитниками арра Фарреса, спасающими его от нападения убийцы-одиночки.

Логику моего предложения схватили на раз, поэтому первый и самый массивный ар Сулон занял место в трех шагах от меня. Второй — на таком же расстоянии за ним. Третий расположился практически у дверного проема, а двое последних и защищаемое ими лицо — в самом зале, в кругу из зрителей и зрительниц. Потом арр Бриел, не очень довольный происходящим, подал команду «бой!», и я сорвался с места…

Здоровяк в неплохой кольчуге, с пехотным мечом, щитом и шлемом оказался самым обыкновенным кабаном. Как по уровню подготовки, так и по вбитым в ноги навыкам. Когда я пропал из поля его зрения, он шагнул вперед и нанес мощный удар щитом туда, где я, по его мнению, обязан был находиться. Вернее, оторвал стопу от пола, бросил себя вперед, и… очень удивился, когда почувствовал, что падает. Для того чтобы удержать равновесие, был вынужден чуть приподнять и отвести щит в сторону падения. А меч — в противоположную. Поэтому пропустил «укол» рукоятью ножа в горло и, захрипев, начал заваливаться на спину.

Его товарищ, начавший уход от била более-менее неплохо, но имевший глупость провожать взглядом подлетающее тело, не заметил, что я вошел к нему в душу. В результате получил по уколу клинком в каждое бедро чуть выше колена и осел мешком там, где стоял.

Третий когда-то был орлом. Но как минимум последние года три налегал больше на еду, чем на тренировки. Поэтому хорошие, вбитые в ноги навыки реализовывались им с небольшим запозданием, позволяющим мне творить практически все, что угодно. Нет, особой необходимости пользоваться любезно предоставляемыми им возможностями у меня не было — с запасом хватало даже двух третей скорости, полученной в результате изменений. Но привлекать внимание именно к ней я не собирался, поэтому спокойненько показал атаку над кромкой щита, ушел к земле, а через миг метнулся к левому из двух последних защитников ар Сулона-старшего, оставив за собой воина, складывающегося после атаки в пах. И «убил». Простой и на первый взгляд бесхитростной связкой из «Аспида». Ну да, на первый. А на второй требующей очень высокой скорости исполнения, высочайшего контроля над равновесием и крайне своевременного выбора начала момента атаки. А пока его товарищ пытался сообразить, что, собственно, происходит, метнулся к Фарресу ар Сулону, закрутил его в «Игре Хвостом» из того же «Аспида», причем не отрывался от бедняги больше, чем на ладонь. При этом трижды уколол сам, и еще два раза «помог» ударить единственному оставшемуся на ногах защитнику. Естественно, не себя, а второго сына своего сюзерена.

Добивать кабана, отказывающегося понимать, каким образом его клинок оказался обагрен кровью ар Сулона, я посчитал бессмысленным. Поэтому неторопливо вытер оба ножа протянутым Майрой платком и равнодушно поинтересовался у основательно израненного, но вполне живого противника, удовлетворен ли он скоростью применения связок из «Жалящего Аспида» в реальном бою. А когда тот вякнул что-то невразумительное, пожал плечами:

— Если вы до сих пор умудряетесь в чем-то там сомневаться, советую после выздоровления наведаться к новому главе Разбойного приказа, арру Овьену. В книге учета выдачи вознаграждений, которая обычно хранится в его кабинете, записаны и количество голов, которые я сдал вместе с головой Кровавого Орла, и сумма, полученная мною из рук этого… не самого большого любителя за что-либо платить!

— Это было о-о-очень быстро! — почти одновременно со мной подал голос кто-то из гостей, а еще через пару ударов сердца меня оглушило одобрительным многоголосым ревом.

Я с достоинством поклонился, забросил оба клинка в ножны и в сопровождении старшей жены двинулся к своему месту, дабы зрители последовали моему примеру и дали возможность вассалам арра Бриела пробиться к раненым и отнести их к лекарям…

…Следующие стражи полторы ничем особенным не удивили: перемены блюд следовали за переменами, славословия за славословиями, а здравницы за здравницами. По залу относительно свободно передвигались только слуги и любимые охотничьи псы хозяина, поэтому за Альку я особо не беспокоился. Но когда в трапезную ввалилась труппа бродячих музыкантов и, расположившись в дальнем от стола углу, начала настраивать инструменты, я решил, что временное затишье подошло к концу. И слегка поторопился, ибо следующие кольца три-четыре они просто пели, усиленно пытаясь поразить присутствующих мощью и чистотой своих голосов, а певичка весен эдак двадцати еще и формами.

Впрочем, и пели, и играли действительно неплохо, поэтому получили небольшой кошель и были отправлены восвояси, а разговор за столом плавно разбился на отдельные очаги. Еще через пару колец арр Бриел встал со своего «трона» и перебрался к компании самых близких друзей, и с этого момента самая молодая и нетерпеливая часть гостей ощутила полную свободу.

Тина, увидев условленный жест, неторопливо встала и подняла дочку. Еще через пару мгновений возле них нарисовались мои «кобылицы», и эта пятерка величественно поплыла в сторону выхода. Я двинулся в ту же сторону со своей стороны стола, но чуть ли не на втором шаге увяз, попав в окружение четверки парней чуть постарше себя. Пока знакомился и отвечал на ничего не значащие вопросы, мои дамы преодолели приблизительно половину пути до места ожидаемой встречи и тоже встряли. К моему облегчению, остановленные той самой ар Койрен, которая в самом начале застолья пыталась выяснить у соседки, не вошел ли в моду загар.

Решив, что ее внимание Алька переживет без проблем, я отвлекся буквально на пятую часть кольца. А когда, наконец, отвязался от собеседников, пытавшихся выяснить, в какой дуэльной школе я оттачивал свое мастерство, оказалось, что вокруг мелкой, ее мамы и троицы «кобылиц» уже собралось мужчин восемь, и чуть ли не каждый пытается привлечь их внимание к себе.

Добраться до этой группы без остановок оказалось очень сложно: чуть ли не через каждые два-три шага меня останавливал какой-нибудь гость и пытался завязать «очень-очень важный разговор». Те, кто постарше, в основном делились жизненной мудростью, рассказывали о своей дружбе с моим отцом или о своей помощи ему в предотвращении покушений на Зейна Шандора. А те, кто помоложе, пытались выяснить, где можно изучить «Аспида», как мне удалось выследить Шэнги Кровавого Орла и кого еще из известных разбойников мне бы хотелось уничтожить. В результате, к моменту, когда я преодолел практически все расстояние до моих женщин и был очередной раз остановлен всего шагах в пяти от их компании, настроение у меня было, как бы так помягче выразиться, основательно испорченным. В общем, рассуждения очередного собеседника о преимуществах псовой охоты относительно какой-то там еще я пропускал мимо ушей, вслушиваясь в то, что происходит рядом с Алькой. Поэтому успел не только увидеть самое начало атаки своей старшей супруги, но и оказаться рядом с ней, когда она остановилась, а мужчина лет эдак тридцати в цветах рода Жиор оказался вбитым в столб, поддерживающий потолок. Причем сразу и Майрой, и Вэйлькой. Точнее, прижат к нему сразу двумя клинками, проткнувшими кожу на шее и в промежности.