Чтение онлайн

— Ваше высочество, вам просили передать, — тихо проговорила она и мгновенно растворилась в толпе гостей.

Я развернул записку и улыбнулся, заметив аккуратно выведенные буквы. В записке был указан номер телефона, а также имелась подпись «Венера». Вот же, зараза. Не могла мне раньше передать этот клочок бумаги? Я-то был уверен, что нашему знакомству не суждено продолжиться, по крайней мере, в ближайшее время.

Я бережно спрятал записку во внутренний карман пиджака и отправился в ближайшую гостиницу. Снял там номер, а после телепортировался обратно в Кунгур, радуясь тому, что этот фарс завершился.

Очутившись в Кунгуре, я ощутил резкую усталость, накатившую после пережитых событий. Я плюхнулся на кровать. Вытащил из внутреннего кармана пиджака записку с номером телефона Венеры. Улыбка сама собой появилась на моём лице, а я ощутил прикосновение её стальной руки на своём плече. Весьма интересная девушка. Особенно мне понравилось с ней танцевать.

Не став тянуть резину, я достал телефон и быстро написал короткое сообщение:

«Венера, это Михаил. Наш танец был незабываем. До встречи».

Едва отправив сообщение, я погрузился в глубокий, спокойный сон.

Пятью часами ранее. Поздняя ночь.

Кунгур. Комната Лешего.

Ночь была паршивой. Леший ворочался в кровати под шум ветра, даже тусклый лунный свет казался каким-то раздражающим. Перина кусалась, одеяло душило, а сон, этот гадкий предатель, и вовсе не собирался приходить.

Леший лежал в кровати и размышлял: «Было бы здорово иметь настоящую семью, как у Мишки. Любящих родителей, сестрёнку…». Сердце беспризорника тут же защемило от застаревшей боли и тоски.

— А-а-а! К чёрту всё! — прорычал Леший, вскакивая с кровати. — Надо прогуляться, может, свежий воздух голову прочистит.

Он натянул штаны и старую рубаху, тихо, словно крыса на складе, выбрался на улицу. Ночной Кунгур встретил его прохладным ветром и хмурым молчанием тёмных окон. Леший всегда любил ночь. Она позволяла выжить. А точнее, позволяла красть нужное для выживания.

Идти было особо некуда, он просто шагал, куда глаза глядят. Вдруг Леший заметил, что в одном из окон горит тёплый, уютный свет. Подошёл поближе и тихонько заглянул внутрь. За столом сидели двое вояк: майор Егор Егорыч и лейтенант Барбоскин. Оба раскрасневшиеся, довольные жизнью и с коньячными рюмками в руках. Стол был усыпан закуской.

— Вот же, зараза… — нервно сглотнул он слюну, скопившуюся во рту. — Сейчас бы стопочку опрокинуть. Уснул бы, как убитый, — прошептал Лёха, наблюдая, как вояки, сказав тост, опрокинули коньяк и довольно крякнули. — Да уж… Эти два паразита скорее мне шею свернут, чем нальют.

Леший собирался идти дальше, но заметил, что Егорычу и Барбоскину приспичило покурить. Они, громко переговариваясь, встали и направились к выходу. На лице Лешего появилась улыбка.

— Знак свыше, — восторженно прошептал он, обходя дом с другой стороны.

Окно было закрыто, но разве это проблема для беспризорника, привыкшего воровать? Достав армейский нож из ножен, он ловко запихнул лезвие в оконную щель и надавил. Послышался тихий хруст, после чего окно приоткрылось. Леший осторожно пролез внутрь.

Бутылка коньяка красовалась на столе, словно сокровище. Она блестела в свете лампы, маня к себе. Леший подкрался на цыпочках, схватил её и, оглянувшись на дверь, жадно сделал большой глоток прямо из горла.

— Хорошо-то как! — прохрипел Леший, чувствуя, как тепло приятно растеклось по телу.

Краем глаза он заметил, что на столе стоят три стопки, а не две. Осознание приближающейся катастрофы обожгло разум, но было уже поздно. За его спиной раздался низкий, знакомый голос:

— И чего это мы тут делаем, рядовой?

Лешего словно обухом ударило по голове. Он резко обернулся и увидел стоящего в дверях капитана Гаврилова. Его глаза блестели хищным огоньком, а губы растянулись в угрожающей улыбке. Он шагнул к Лешему и крепко схватил за шкирку, оторвав от земли. Леший болтался в воздухе, нелепо и беспомощно, как нашкодивший котёнок.

— Товарищ капитан, я тоже хотел обмыть рождение вашей дочки, вот и… — замялся Леший, понимая, что оправдаться не выйдет.

— А-а-а! Обмыть? Ну раз уж ты дорос до алкоголя, значит, и на тренировках с тобой можно обращаться пожёстче, — медленно и с наслаждением проговорил Гаврилов, глядя прямо в широко раскрытые глаза парня. — Намного жестче.

Леший нервно сглотнул, чувствуя, как по позвоночнику пробежал холодок. Похоже, завтра его ждёт такая тренировка, после которой он будет спать как убитый.

— Так точно, товарищ капитан, — хрипло выдавил из себя Леший, нервно улыбаясь.

Капитан лишь рассмеялся и поволок Лешего к выходу. В эту секунду Леший отчётливо понял одно: воровать коньяк у вояк было худшим решением в его жизни.

На небе ещё была видна луна, а из открытого окна донёсся голос Лешего:

— Сука-а-а!

— Ты кого сукой назвал, рядовой?! — гаркнул Гаврилов, и воздух со свистом рассекло нечто очень быстрое.

— Ай! Да не вас, товарищ капитан, это я к слову… — жалобно пискнул Леший.

— От слов к делу! Ещё двадцать кругов вокруг города, чтобы выгнать из тебя коньячок! Живо, твою мать! — закричал Гаврилов, и воздух снова что-то рассекло со свистом.

Неохотно открыв глаза, я потянулся. Вставать не хотелось. Слишком много событий произошло в последнее время, и не мешало бы отдохнуть. Взяв телефон с тумбочки, я заметил новое сообщение. Это было сообщение от Венеры. Вскочив с кровати, я прогнал остатки сна и стал читать короткое послание:

«Не пиши мне, козёл!»

— Чего? — нахмурился я и перечитал снова. — Эммм… И что это было?

В голове промелькнули события вчерашнего вечера. Танец, Император, Юсупов-младший, дуэль, а ещё… Ещё графиня. Стоп. Какого чёрта меня на неё так потянуло? Такое ощущение, будто меня околдовали. Она взялась из ниоткуда, не говоря ни слова увлекла меня за собой… Ну-ка.

Я взял клинок, подаренный Императором, и принялся изучать его руническую формулу. И знаете что? Я нашел малюсенький энергетический канал, который не видел ранее. Судя по вплетённым в него рунам, мне передавались эмоции, испытываемые Императором. Я влил в этот канал ману, пытаясь воспроизвести эмоции, передаваемые через него за последние сутки, и там была лишь похоть…