Чтение онлайн

— Что? — переспросил Араминта–два.

— За спиной Аарона стоит Гор или, по крайней мере, кто–то из ему подобных.

— А. Ты так говоришь, потому что Аарон всех направляет в Маккатран? Да, я догадалась еще несколько месяцев назад. Даже Аарон со мной согласился.

— Ага, верно. Мне надо в туалет.

Оскар приподнялся на локтях и едва не стукнулся головой о потолок грузового отсека. Между громоздкими медицинскими камерами почти не оставалось свободного места. Он заметил, что три из них уже опустели.

«А я думал, что должен очнуться первым».

— Все в порядке?

— Почти, — довольно хмуро ответил Араминта–два.

Оскар присмотрелся внимательнее. Сновидец был одет в мешковатую синюю футболку и серо–зеленые брюки, тоже свободно висевшие на теле мистера Бови. Оскару показалось, что вещи позаимствованы из гардероба Троблума, но через миг он понял, что одежда была определенно женской.

— Что произошло? Мы уже на месте?

— Наш Небесный Властитель уже замедляет полет перед орбитой Кверенции. Троблум засек маячок «Серебряной птицы», так что Маккатран искать не придется. Не надо будет кружить на орбите.

— Отлично.

Ему очень- хотелось в туалет.

— У нас неприятности с Аароном, — выпалил Араминта–два.

— Что такое?

— Его воспоминания о Кэт рвутся наружу. Он все больше и больше времени проводит во сне, сражаясь со своими кошмарами. Вчера он бодрствовал всего пять часов. И его тело проявляет психосоматическую реакцию, усиленную, как я понимаю, психическими отклонениями.

— Вот дерьмо.

Оскар спрыгнул на пол и по переходу направился в кают–компанию. По пути юз–дубль подключил его к интел–центру. В экзо–зрении появилось изображение планеты, быстро увеличивающейся по мере приближения к орбите.

— Осталось семьдесят три минуты? А мы провели в пути всего три с половиной месяца. Неплохо.

В кают–компании он обнаружил Иниго, Корри–Лин и Томансио.

— Я сейчас, — сказал он, показывая на санитарный отсек.

Все помахали ему руками с благожелательным сочувствием в мыслях.

Он уже застегивал ширинку, как вдруг сознание затопил шквал ощущений, чужие мысли пробились сквозь его защиту, едва не ослепив ярким светом, звуками, вкусами и вместе с тем первобытным страхом из чужой жизни, от которого онемели руки.

Это был грандиозный праздник. С наступлением вечера они сели на один из прогулочных корабликов на пирсе Тридельты и отправились по реке Донгара, чтобы принять участие в ночном гулянье и посмотреть поставленный аборигенами спектакль. Местная светящаяся растительность не разочаровала, и на фоне темного неба расцвели диковинные узоры. На палубах корабля царило буйное веселье, способное удивить даже самых пресыщенных туристов.

На рассвете они покинули корабль и вернулись в свой отель на вершине башни «Киноки», на три километра поднявшейся над мутными водами огибающей городской волнорез реки. Дневное время было посвящено еде, сну и яростному сексу. Он так сильно ее любил еще и потому, что Кэт не признавала никаких запретов. Соблазнительная и дерзкая, она изматывала его до предела и все же хотела большего, рассказывая о том, чего ждет от его измученной плоти.

— Дай мне хоть немного передохнуть.

Он засмеялся и потянулся за охлажденным вином, но опрокинутая бутылка опустела и валялась на боку. Огорченно вздохнув, он дал команду юз–дублю заказать…

Кэт перекатила его на спину и села верхом. Ее привлекательное лицо осветилось радостной торжествующей улыбкой.

— Ответ неправильный, — с усмешкой сказала она.

Ее пальцы сомкнулись вокруг его запястья, и кожа под ними почернела. Он закричал, но под нажимом ее руки обуглившаяся плоть приварилась к матрасу. Кэт схватила вторую руку и закрепила ее точно таким же образом.

— Никто и никогда не смеет мне отказывать, — сказала она.

Он кричал снова и снова, а она взялась за лодыжки и распяла его на постели, накрепко привязав полосками его собственной дымящейся плоти. Затем ее пальцы легонько прошлись по груди, напряглись и впились в тело острыми кинжалами. Под ними затрещали кости, а из глубоких ран брызнула кровь.

— Я покончу с твоим телом, овладею разумом, а затем заберу твою душу, — заявила она.

Он снова отчаянно кричал, бился и извивался, стараясь освободиться…

— Проклятье! — Оскар отпрянул и ударился головой о переборку крошечного отсека. — Ох.

Пальцы непроизвольно прижались к набухающей шишке, и биононики мгновенно активировались, восстанавливая повреждение. Тогда–то он и заметил красные полосы на запястьях. И изумленно уставился на них. Точно в тех же местах Кэт сожгла руки Аарона в его сне.

— Адское отродье.

Он доковылял до кают–компании, все еще с недоверием глядя на обожженные запястья.

— Ага, — равнодушно протянул Томансио. — Тебе надо защищаться от наваждения. Меня она поймала полчаса назад. Очень надеюсь, что это не реальные воспоминания.

В каюте раздался сдавленный крик. Все посмотрели на дверь спальни, где Аарон сражался с собственным разумом.

— А нельзя ли его разбудить?

Оскар поставил самую сильную защиту, на какую только был способен, но все равно ощущал кошмарный поток, изливающийся из мозга спящего Аарона.

— Мы с Троблумом уже один раз попытались это сделать, — сказал Араминта–два. — И повторять попытку не собираемся. К счастью, моя третья рука сильнее, чем у него. — Он нервно усмехнулся. — Ведь именно Аарон настаивал, чтобы я совершенствовал и развивал свои способности.

— Мы теряем его, — сказал Иниго. — А если мы его лишимся…

— Нет, — возразила Корри–Лин. — Мы не уступим его, только не ей. Сначала надо добраться до Маккатрана. Он сильный, я хорошо знаю.

— Да, но это?

Томансио показал на дверь спальной каюты.

— Осталось меньше двух часов, — сказала Корри–Лин. — И мы пройдем по улицам Маккатрана. Его подсознание это понимает.

— В его подсознании и таится проблема, — грустно пробормотал Оскар. — А где Троблум?

— Там, где проводит большую часть всего времени, — с насмешкой ответил Араминта–два. — В своей спальне.

— У него тоже проблемы?

Вопрос вырвался у него прежде, чем Оскар осознал, о чем спрашивает. В каюте распространилось ощущение насмешки с легкой примесью смущения.

— Ладно, — бросил Оскар, стараясь удержать свои мысли подальше от двери спальной каюты. — Но как?

— Не хотелось бы строить предположения, но объемный проектор тоже там.

— Ого, веселая выдалась поездка.

— Точно, — согласился Араминта–два. — На борту «Света Заступницы» немного спокойнее.

— Флотилия паломников попала в Бездну?