Эволюция Мары Дайер
Шрифт:
Он рассмеялся.
– В полицейском участке? Ты рассказала им, что это я?
– Он взял меня за подбородок рукой.
– Ты сделала. Я могу сказать это, просто взглянув на тебя. Дай угадаю... у них есть парень на камере, который носил мешковатую одежду с длинными рукавами и бейсболку. И ты думала, что они поверят, что это твой умерший парень? Неудивительно, что они думают, что ты сошла с ума.
– Он втянул нижнюю губу.
– И давай будем честными, вроде бы так и есть. Но это делает всё проще, - сказал он, взглянув на коробку катера.
– Менее грязно.
Он встал со стула, и мои вены наполнились адреналином, в результате чего я стала более внимательной. Я почувствовала себя выжатой и принялась очищаться, но мои запястья уже не были такими онемевшими, мои ноги уже так не хромали.
Наркотики ослабевали.
– Зачем ты пришёл в полицейский участок? В школу?
– спрашивала я. Умоляла.
– Я хотел, чтобы ты знала, что я жив, - сказал он, и я была настолько благодарна, что услышав слова вопроса с его губ, я могла бы закричать.
– Я подумал, что ты увидишь меня в... Как это называется?
– Что?
– Твоя старая школа.
– Кройден, - сказала я.
Он щёлкнул пальцами.
– Верно. Ты убежала, - сказал он с ухмылкой. Змеиная улыбка, подлая и холодная.
– И участковый. Я не знаю, зачем ты пришла. Но я был...
– он остановился, подбирая слова.
– Заинтересованной стороной. Я хотел отвлечь тебя.
Это сработало.
– Ты мог бы убить меня сто раз до этого. Почему ждал?
Джуд улыбнулся в ответ. Ничего не сказал. Поднял лезвие.
О, Господи.
– Как насчёт твоей семьи?
– прошептала я. Говори, Джуд, говори.
– Клэр была моей семьёй, - голос Джуда был другим сейчас. Менее суровы. Он сглотнул и сделал глубокий вдох.
– Ты знаешь, что они нашли?
– спросил он спокойно, пока двигался позади меня.
– Она настолько плохо выглядела, что они хоронили её в закрытом гробу.
– Рэчел тоже, - сказала я низким голосом.
Это было не тем, что нужно было сказать. Джуд присел рядом со мной, его щека была у моего уха.
– Пожалуйста, - сказал он и схватил меня за руку.
И это чувство, этот ужас был чем-то новым. Таким, что я никогда не испытывала... ни раньше, ни в багажнике, ни в психушке.
– Почему я должна помогать тебе убивать меня?
– Мой голос был едва ли сильнее. чем дыхание. Почти шёпот.
Он снова был близко. Настолько близко. Позади меня, рядом с моим ухом.
– Ты можешь выбирать, Мара. Одна твоя жизнь или две жизни твоих братьев.
– Он потянулся вокруг меня и провёл лезвием по моей щеке. Напомнив мне, что он мог сделать.
И напомнив мне ещё кое-что.
Его часы, его ролекс, тот самый, что Ной видел в своём видении, были прямо у мого лица.
– Хорошие часы, - прошептала я. Продолжай говорить. Продолжай говорить.
– Спасибо.
– Где ты их взял?
– Авраам Линкольн, - усмехнулся он.
– Зачем ты забрал Джозефа?
Джуд ничего не сказал.
– Ему двенадцать.
– Мой голос звучал как вопль.
Взгляд Джуда был ледяным.
– Брат взамен на сестру.
Моя ненависть росла, аморфная, бесформенная масса, которая пожирала мой страх.
– Ты воспользовался тем, что говорил с ним о футболе у меня.
Затем Джуд рассмеялся, и сказал слова, которые отразились в моём сознании болью.
– У меня был целый план, - сказал он, звуча раздражённо.
– Я собирался взять Даниэля на вечеринку... не волнуйся, я не собирался причинять ему боль тоже. Ты была.
Я бы покачала головой, но нож был слишком близко.
– Я никогда не причиняла ему боль.
– Никогда не говори никогда, - серьёзно сказал он. Его голос стал тихим.
– Я могу заставить тебя делать всё, что захочу.
– Затем он вздохнул.
– Но кто-то должен прийти и стать героем, - он закатил глаза.
– И сейчас мы здесь.
– Я не...
Джуд усмехнулся.
– Ты думаешь, что я имею в виду тебя?
– сказал он, морща нос и подходя ближе. Его дыхание было у моего уха, щекоча меня.
– Ты не герой, Мара Дайер. Ты бы сделала всё, чтобы получить то, что ты хочешь. Что просто заставляет тебя. Нравиться. Мне.
Затем он вышел передо мной, чтобы я могла его видеть. Встал во весь рост. Он был широким, огромным и неподвижный передо мной. Его глаза сканировали моё тело.
– Вид отходов.
– Он пробежался тыльной стороной ладони по моей обнажённой руке, и моё тело обмерло.
Заставляй его говорить. Я ухватилась за слова, за что-нибудь.
– Почему ты забрал Джозефа в Эверглейдс?
– Я уже сказал тебе. И если ты собираешься избавиться от тела во Флориде, то лучше, чем там, нет места.
Но сарай... имущество находилось в собственности у клиента моего отца. Леона Лассистера.
– Почему там?
– Это было предложением.
У меня закружилась голова.
– Чьим?
– Общего друга, - сказал он, осматривая мои запястья. Перевернул их. Посмотрел на лезвие.
Моя семья могла поверить, что я убила себя. После всего, что случилось, это было возможно. Но...
– Почему бы я пришла сюда?
– спросила я быстро. Скажи мне, где мы находимся.
– Ты не хотела бы, чтобы тебя нашли дома, не так ли? Где Джозеф смог бы найти твоё тело? Нет, ты бы сделал это в стороне. Где-то, где тебя бы нашли довольно быстро, но не кто-то из знакомых. Кстати, ты взяла машину Даниэля сегодня.
Он звучал так гордо собой. Мне захотелось отрезать его язык.
Джуд встал позади меня. Оттянул мой стул к задней части комнаты, в которой была, как я заметила, по сути ещё одна дверь; она была того же цвета, что и стены, и не было никакой ручки, поэтому я не заметила её до того, как он толкнул её, увлекая меня до конца.
– Ты знаешь, я всегда думал, что если у меня будешь ты, что я бы больше всего хотел убить тебя после того, что ты сделала. Но я подумал могло ли быть что-то ещё худшее?
– Его глаза скользили по моей коже.
Я не могла перенести того, как он смотрел на меня. Я зажмурилась.
Он покачал стул, и мои зубы застучали.
– Эй.
– Встряхнул.
– Посмотри на меня.
У него было ровное лицо, и он взял мой подбородок рукой.
– Посмотри на меня.
Не было ничего, что я могла сделать. Я была одна. Мои глаза открылись.