Чтение онлайн

А вообще, у нас много всяких правил. Например, у каждого из нас есть бейдж-пропуск, без которого ты никуда не зайдешь и не выйдешь. Забывать его где-либо запрещается, поэтому мы его всегда носим на шее. С помощью его ты также расплачиваешься в столовой за еду или за учебники в библиотеке. Это довольно полезная штука. По всей территории школы развешаны камеры, так что схалтурить или что-то учинить не получится: заметят. Я привыкла к такому контролю и другие тоже. Я думаю, что так даже правильнее. Ученики чувствуют наблюдение за собой и становятся более ответственными и серьезными к учебе. Это мое мнение.

Я поднялась на лифте на свой этаж. Кстати, этой привилегией можно пользоваться только с пятого класса. Остальные пользуются лестницами. Не знаю, кто придумал это правило. Может быть, министерство образование решило сэкономить на электричестве?

Каждый этаж выкрашен в свой персональный цвет. Первый этаж выкрашен в белый — цвет начала всех начал; второй — в голубой, цвет спокойствия, верности и смелости; третий — в желтый, цвет позитива, тепла и солнца; четвертый — в салатовый, цвет будущего, которое нас ожидает; пятый — в зеленый, цвет роста и цвет вершины; шестой имеет оранжевый цвет, означающий энергию, радость и тепло; седьмой выкрашен в синий, цвет стабильности и чувства долга; восьмой — в розовый, цвет доброты и романтичности; девятый — в бежевый, цвет несущий умиротворенность; десятый — в красный, цвет могущества и воли к победе, и наконец одиннадцатый этаж покрашен в золотой цвет, подразумевающий в себе цвет славы и неизбежной победы. Как видите, все несет в себе смысл и неслучайный характер. Плюс каждому полагается носить галстук соответствующего цвета. Я ношу, как вы заметили, галстук золотого цвета.

Я воспользовалась своим пропуском и зашла в кабинет истории. Класс был огромным настолько, что одиночные парты стояли примерно в полуметре друг от друга. За ними уже сидели почти все мои одноклассники. Некоторые сгруппировались в кучки и что-то весело обсуждали, а кто-то тихонько сидел на своем месте и повторял предмет. Я незамедлительно подошла к своей парте, располагавшаяся в третьем ряду из семи и уселась. Я, кстати, сижу у окна.

Мой класс состоит из двадцать семи человек: из них двадцать девочек и семь мальчиков. Все они хорошие и умные, но, как и в любом классе есть парочка придурков. В частности, это Питер Верингтон и его подружка Стефани Вудфорд. Я не говорю, что они плохо учатся или отстают от программы. Они прилежные ученики, как и все мы, просто для них веселье — это подкинуть кому-то слизня в сумку, забрать у малышей обед или изрисовать все тетради красным маркером у одноклассников. Так же они не прочь потусить. К счастью, они меня никогда не трогали. Попытки были во втором и пятом классе, но я подсыпала им в рюкзаки измельченные семена дикого плюща, от которого чесотка немыслимая и держащаяся около пяти дней, так что после тех двух раз они обходят меня стороной.

Я достала учебник истории и положила его на парту, а следом канцелярский пенал и тетради.

— Привет, Кассандра! — поздоровалась Тилия Тонел, моя лучшая подруга и соседка спереди от меня. Ее кудрявые, как у меня, волосы были всегда собраны в пучок на макушке, но несколько прядей выбивались из копны волос и свободно лежали за щекой. Она очень классная! Мы с ней дружим с самого детского садика, и когда она узнала, что меня перевели через класс, то была просто в восторге от счастья. Тилия очень любит шутить, она всегда позитивная. Мы знаем друг друга настолько хорошо, что иногда понимаем друг друга без слов. Именно за это я ее и люблю.

— Привет, Тилия! — улыбнулась я в ответ. — Как прошли выходные?

— Ужасно скучно. Мои родители заставили поехать с ними к моей тетушке и слушать угрюмые истории ее молодости. Я думала, что я там свихнусь, — осведомила девочка подругу.

— Ясно. Весело тебе было, — сказала я, подразумевая совсем другое под словом «весело».

— Да уж, веселее некуда. А ты как всегда проторчала в своей лаборатории все выходные?

— Верно, мой прорицатель, так и есть, — шутливо ответила я. — Ты же знаешь, как для меня важно поступление, — прокомментировала я, расписывая новую ручку на бумаге.

— Знаю, а ты знаешь, что ты поступишь, но все равно горбатишься над книгами. Скоро горбатой будешь, — улыбнулась подруга.

— Ну, мама так не считает, — как бы между прочим проговорила я.

— Она опять тебя уговаривала пойти на инженера, — это был не вопрос, а утверждение.

— Да, уже в сотый раз. Иногда я подумываю, что так оно и должно быть.

— Знаешь, я была бы не против учиться с тобой на одном факультете, — начала Тилия. Ведь она выбрала профессию инженера. — Но я знаю, как важно для тебя твоя цель, я вижу, как тебе нравятся все эти пробирки с непонятными веществами или как ты проговариваешь все термодинамические законы. Я всегда с тобой, подруга, что бы ты не выбрала.

— Спасибо, Тилия, — поблагодарила я, дружески похлопав ее по плечу.

Прозвенел звонок на урок. Все начали рассаживаться по своим местам и громко шуршать страницами книг в поисках нужного параграфа, заданного на дом. Нас ждал урок с мистером Мэдисоном, а значит сначала мы будем писать его бесконечные тесты. Ох, как же я его ненавижу за это одно ужасное качество — он никогда не перестанет давать их нам.

В кабинет зашел мистер Билл Мэдисон, наш учитель истории. Это был мужчина средних лет, с причудливой козлиной бородкой, которую он любил потирать во время урока, когда нам что-то рассказывал. Большинство учеников его недолюбливало, но мне он нравился, несмотря на то, что он иногда бывает чудным и придирчивым. Однако учитель истории был очень интересным человеком. С ним было увлекательно беседовать. Он был похож на ходячую энциклопедию, которую нужно было все лишь открыть для чтения, но не все имели к нему подход, кроме меня, разумеется.

В знак приветствия мы все встали.

— Доброе утро! Прошу садиться, — сказал учитель, не поднимая глаз и положив свои папки на учительский стол. Мы сели. — Готовы к тестам? — как всегда обратился к нам мистер Мэдисон. Мы хором ответили, что готовы. — Отлично. Тогда, мисс, прошу раздать каждому вот это, а учебники, думаю, стоит спрятать в парту или в рюкзаки. Напоминаю об этом каждое очередное занятие, так можно и попугаем стать, — учитель протянул одной из учениц, сидевшей на первой парте стопку бумаг с тестами.

Та мигом взяла их и начала класть по экземпляру каждому на парту. Как только все увидели, что тест содержал сто тридцать вопросов и в каждом по несколько вариантов, то все загомонили и стали задавать множество вопросов, например, такие как: «Нам все до конца их решать?» или «А может не будем, мистер Мэдисон, и найдем другое занятие?».

— Перестаньте разговаривать, — немного повысив голос, приказал учитель. — Берите ручки и начинайте за работу.

Дверь в кабинет открылась. К нам пожаловала директор школы, миссис Фрагария Норвиан. Мы встали из-за своих парт в знак приветствия. Этой женщине было около сорока лет, которая всегда носила короткую стрижку и исключительно белый деловой костюм.

— Здравствуйте, миссис Норвиан, — поприветствовал наш учитель, натянув на лицо фальшивую улыбку. Та просто кивнула. — Что привело вас в такой ранний час?

— Спешу вас обрадовать, мистер Мэдисон, что к вам перевели нового ученика. Прошу познакомиться с Ричардом Корвинус, — коротко ответила женщина и ладонью указала на еще не закрывшуюся дверь. — Прошу, Ричард, входи.

В класс зашел парень высокого роста со спортивным телосложением. Да, он был чертовски накачан и красив собой. Наверное, это было первым, что девочки заметили. Его светлые волосы были беспорядочно уложены, как будто он только что проснулся, но это делало его еще более прекрасным. Тилия обернулась передо мной и сказала без звука, я прочла по губам: «Какой красавчик!» Я приказала ей развернуться обратно, пока ей не сделали замечание.