Чтение онлайн

Что «холодная и мрачная земля» – это сегодняшние Кубань и Ставрополье – отдельная тема. В конце концов, арабы жили в субтропиках, им там нравилось больше. Даже на Кубани они, бедные, мерзли, а зимние ночи на 45-й параллели казались им нечеловечески долгими.

Интереснее другое: мусульмане воевали не для того, чтобы ограбить хазар, подчинить их себе или уничтожить их страну, а жителей продать в рабство. Они воевали, во-первых, для того, чтобы прекратить их набеги; во-вторых, для того, чтобы вовлечь Хазарию в число мусульманских стран.

Единственное условие, которое предъявили арабы поверженному кагану: принять мусульманскую веру вместе со своими придворными. Каган вынужден был согласиться, так как деваться ему было некуда. Муллы запретили кагану пить вино и есть свинину, разъяснили самые основные положения своей веры – и мусульманская армия с множеством пленных и возами награбленного имущества двинулась назад.

Примерно в это же время Хазарский каганат резко перемещается на север. Новая столица Итиль в низовьях Волги постепенно становится важнее Семендера, население переходит на Нижнюю Волгу или на Дон – особенно к той части излучины Дона, которая ближе всего к Волге. Причина проста – отойти подальше от мест, очень уж доступных для мусульман.

Конечно же, хазары сохранили тесные связи с Византией. Даже крепость Саркел, третий по значению город Хазарии, построен с помощью византийского инженера, Петрония Камати-ра: император Феофил послал своего приближенного, чтобы помочь друзьям-хазарам. Жаль, что, построенный в нижнем течении Дона, сейчас Саркел лежит на дне Цимлянского водохранилища, примерно в 15 км от современного берега.

Более того…

Император Лев Исавр в 732 году – в разгаре войн с арабами и незадолго до разгрома хазар – даже женил своего сына Константина на сестре хазарского кагана. Девушку звали Чичак, что значит – цветок. В крещении хазарская княжна стала Ириной, а ее сын от Константина, названный по деду тоже Львом, сидел на троне в 775-780 годах. У него было прозвище Хазар.

Мне трудно разделить мнение, высказывавшееся и М.И. Артамоновым [150, с. 12], и С.А. Плетневой, что хазары для стран Восточной Европы стали неким щитом, заслонившим Европу от мусульман [149, с. 42].

С тем же успехом можно считать ее спасительницей стран Востока от византийской или от славянской агрессии.

«Я живу у входа в реку и не пускаю русов, прибывающих на кораблях, проникнуть к ним (то есть к мусульманам. – А.Б.). Точно так же я не пускаю всех врагов их, приходящих сухим путем, проникать в их страну. Я веду с ними упорную войну. Если бы я оставил их в покое, они уничтожили бы всю страну изма-ильтян до Багдада», — так писал хазарский царь Иосиф министру калифа Испании Абдуррахмана III, Хасдаи ибн-Шафруту.

Судьба Хазарии скорее как раз в том, что это – срединная промежуточная страна, в которой вечно и все воюют за свои эгоистические интересы (совершенно чуждые самой этой стране).

Наверное, именно поэтому Хазария и не стала христианской страной.

Еще в 680-е годы некий хазарский князек возжаждал таинства крещения, причем и для самого себя, и для всего населения страны. Князек позвал христианского епископа Исраила, и тот старательно, честно искоренял алтари Тенгри-хана, «чудовищного, громадного героя», бога неба и света, боролся с языческими обрядами, такими, как дикие пляски и битвы на мечах в нагом состоянии» [151, с. 90].

Как будто миссия епископа Исраила оказалась довольно удачна: видимо, хазары уже готовы были принять веру в единого бога. Но каган совершенно правильно увидел политическую подоплеку действий князька: желание попросту отделиться от каганата. К худу это или к добру, но христианизация даже отдельного маленького княжества не состоялась, а уж тем более всего каганата.

Христиан много в странах, которые завоевали хазары, особенно в Крыму. На этих землях была даже создана византийскими священниками особая митрополия, в которую входило 7 епархий.

В 860 году многих хазар обратил в христианство св. Кирилл (брат Мефодия).

Обо многих событиях в Хазарии и окрестных странах мы знаем из книги «Житие Иоанна Готского». Но ведь христианство было официальной идеологией Византийской империи; не за что-нибудь, за христианизацию мира велись войны.

Византийцы постоянно использовали христианство для усиления своего влияния в Хазарии. Стоило готам в Крыму подняться против хазар, и византийцы уже готовы принять готов в свое подданство. Не получилось – хазары разгромили повстанцев, казнили их главарей… Кроме епископа Иоанна Готского, за котоporo очень уж просила Византия. А стоило пощадить Иоанна Готского, как византийцы тут же переходят к интригам с целью расширить влияние христианской церкви в Хазарском каганате, а Крым так и вообще присоединить к Византии…

Все логично: уже императора Константина изображали с двумя священными реликвиями в руках: жезлом и державой. Если жезл – это, в сущности, палка, которой пророк должен «пасти свое стадо», то держава – символ куда более сложный: это крест, воткнутый не во что иное, как в земной шар. Такова была претензия византийских императоров – власть, ни много ни мало, над всем миром. Власть, освященная крестом.

Так что, с одной стороны, единобожие было все в большей степени необходимо и для каганата как государства, и для все большего числа самих хазар. В конце концов, поклонение дубам, холмам, небу в виде Тенгри-хана и пляски нагишом все меньше давали их душам. Хазары духовно перерастали язычество, как многие народы до них и после них.

С другой стороны, принять и ислам, и христианство мешали внешние обстоятельства. И на этом фоне очень интересен был опыт одного из хазарских каганов, Булана.

Тут надо сказать, что евреи испокон веку жили в городах Дагестана: это ведь район активнейшей караванной торговли. В Вавилонии, по словам Иосифа Флавия, евреев было «бесчисленные десятки тысяч, и невозможно установить их число». Уже во времена персидских царей проникали они в Грузию, в торговые города вокруг Каспийского моря, поселялись на территории, которую мы сейчас называем Дагестан.

Откуда Гумилев взял, что в Дагестане жили исключительно участники восстания Маздака? Что они одичали и вели образ жизни местного языческого этноса, забывая свою веру и культуру? Что они «заселили пустую степь, жили за счет ландшафта и находились со своими соседями-хазарами в симбиозе» [3, с. 88]?

Скажу коротко – никаких источников по этому поводу нет. Из источников не вытекает ни специфики местного еврейства, ни принадлежности к нему Булана. По Гумилеву, он не принимает иудаизм, а просто восстанавливает, разрешает себе и соплеменникам назвать себя иудаистами после особенно славной победы.

Если Лев Николаевич и пишет об этом, то только по одной причине – ему так хочется. У нас же нет никаких данных ни для того, чтобы считать евреем самого Булана, ни для принятия прочих странных предположений Л.Н. Гумилева.

Тогда, в 723 году, иудаизм приняли каган Булан и некоторые из его придворных. И только.

В этом же году число евреев Хазарии пополнилось: император Лев Исавр издал указ о насильственном крещении всех евреев, проживающих в Византийской империи. Нет никаких данных, как осуществлялся этот указ на практике, но, разумеется, крестились далеко не все. Большинство предпочитало бежать, а Хаза-рия была близко, союзницей Византии, и въехать в нее было нетрудно.