Чтение онлайн

Собор, конечно же, не мог не сказать своего слова о евреях, и он его сказал. Согласно решениям Латеранского собора 1215 года, евреи должны были жить в особой, отведенной для них части города. Они и раньше жили в особых кварталах, — просто потому, что так удобнее соблюдать религиозные предписания. Но раньше это было не законом, а обычаем, и, конечно же, обычай нарушали. Теперь бытовая норма превращается в строгий закон.

Евреи теперь должны носить одежду, на которой нашиты специальные знаки, и шляпы установленного образца: с широкими полями и дурацкой высокой пипкой в середине. Эти шапки изображены на евреях, например, на барельефе Нюрнбергского собора; барельеф изображает, как евреи (в шляпах, предписанных Латеранским собором) платят Иуде Искариоту его тридцать серебреников.

На соседнем барельефе изображен Иуда Искариот, который повесился на веревке от мешка с деньгами, а бесы беснуются вокруг. Разумеется, у членов синедриона не могло быть таких шляп, но авторы барельефа руководствовались вовсе не идеей исторической истины. Им надо было показать, как евреи предают Христа, и они вполне сознательно хотели возложить ответственность за распятие Богочеловека не только на Кайафу, но и на тех совершенно реальных евреев-современников, которых постоянно видели вокруг себя прихожане Нюрнбергского собора. В таких вот шапках.

Евреи, согласно решениям Латеранского собора 1215 года, не должны были вступать в брачные отношения с христианами, даже дружить с ними, не входить в их дома и не есть вместе с ними. Раньше евреи отказывались от совместных трапез из-за законов кашрута, но бывали случаи, когда они принимали у себя христиан. Теперь это становилось невозможно.

Еврей должен был даже уступать дорогу христианину и не обгонять его, если идет с ним в одном направлении. Ездить верхом евреям тоже запрещалось.

Это – решения церковного собора, но ведь распространение слухов, позорящих евреев, рисование на них карикатур – это уже дело мирян. Так сказать, дело ревностных исполнителей.

А ведь к этому самому времени относятся английские рисунки: «Аарон – отродье Сатаны» и рисунок Ицхака, главного кредитора английского короля, с его невесткой и сыном. Окруженные бесами, отвратительные, эти люди должны всем своим видом показывать, как отвратительны евреи.

Характерно, как подчеркиваются на этих английских рисунках «национальные» носы семьи Ицхака и особенно Аарона. Это особенно забавно потому, что точно такие же носы были у многих испанских вельмож, — и не только в силу их еврейского, арабского или берберского происхождения, а, допустим, от греческих или сирийских предков… Да и финикийские колонии, колонии Карфагена в Испании были. Но этих носов у испанцев… скажем так, у тех, кого в Англии считали испанскими христианами, — в Англии «не замечали». Скажем, фамильные «ястребиные» носы герцогов Альба даже казались красивыми и связывались с хищной сущностью герцогов Альба – грозных и прекрасных.

Но безобразный крючковатый еврейский нос, миндалевидные глаза (так умиляющие художников Северной Европы у итальянских женщин) становятся своего рода признаками «плохого» происхождения, чем-то глубоко подозрительным.

В то же время появляется первый «кровавый навет» – еврейскую общину в городе Норвиче в 1144 году обвиняют в похищении христианского мальчика для принесения в жертву. По утверждениям некоторых христиан, евреи перед Пасхой крадут христианского младенца и, по одним слухам, истязают его так же, как истязали Христа, по другим, они с помощью специальных инструментов выцеживают из ребенка кровь и то ли выпивают ее, то ли используют для приготовления мацы.

В 1144 году прошел слух, что евреи купили христианского ребенка, истязали его так же, как их предки истязали Иисуса Христа1.

[1] Само по себе обвинять современных евреев в смерти Христа – вопиющий абсурд. И потому, что казнила Христа римская власть – что превосходно известно. И потому, что нелепо возлагать ответственность на людей XII века за то, что произошло за тысячу сто лет до их рождения. Это похоже на попытку современных людей отомстить даже не французам за 1812 год, а монголам за сожжение Киева и Владимира в XIII веке.

Несмотря на то, что шерифы короля не раскрыли преступления (впрочем, и ребенка они не нашли), по стране прокатилась волна погромов и выступлений. Народ требовал выгнать или «достойно наказать» евреев, совершивших столь страшное преступление.

Пропавший ребенок из Норвича так и не был найден, но народная молва тут же назвала еще несколько таких же жертв еврейской жажды крови. Эти случаи вообще были высосаны из пальца; очень часто детишки, которых объявляли похищенными и умерщвленными, благополучно играли возле своих домов. Но истерия нарастала, и королям пришлось брать евреев под защиту… Как вы думаете, они сделали это бесплатно?

Вся эта устрашающая демонизация евреев, это упорное изображение их младшими братьями бесов и лучшими друзьями самого Сатаны откровенно преследует несколько нехитрых целей:

1. Заглушить голос собственной совести. Действительно, вытеснять из хозяйственной жизни, лишать средств к существованию, грабить, пытать, безобразно унижать и, наконец, выгонять с родины людей как-то не совсем хорошо. Даже если они молятся по-другому, или не признают твоей веры, или даже исповедуют совсем другого Бога… все равно это очень нехорошо.

Вот если эти люди – почти что и не люди, а мразь, подонки, чуть ли не демоны, тогда совсем другой разговор! Тогда на них не распространяются все принципы естественной человеческой солидарности, и они сами в этом виноваты. Одно дело – конкуренция в торговле сукном или пивом. Совсем другое дело – преследовать нелюдей, пьющих кровь коварно похищенных милых крошек.

2. Перевести отношение к евреям, вообще все вопросы, связанные с евреями, из рационального пласта культуры в иррациональный. Чтобы никто не задавал «неудобных» вопросов – от «чего к ним все прицепились» и до «а чем они хуже всех остальных». Чтобы каждому было понятно на уровне эмоций, на уровне, предшествующем разуму, — каждый еврей несет персональную ответственность за распятие Христа; внешность его смешна, поведение отвратительно, он гадок и нелеп.

И нет никакого смысла спрашивать, что чувствует этот противный, маниакально жадный урод, когда у него вырывают зубы или угрожают смертью его детям.

3. Создать обстановку общественной истерии, в которой по отношению к евреям становится можно то, чего нельзя по отношению ни к кому другому. Чтобы то, что показалось бы в другом случае гадостью, в отношении евреев казалось чуть ли не геройством.

Знаете что, господа единоверцы? Мне глубоко неприятна эта страница европейской истории. А вам?

В XVII-XVIII веках многие общины евреев, живших в Оттоманской империи, в Нидерландах и в Англии, вернулись к занятиям евреев в раннем Средневековье – то есть к международной торговле. И в Средиземноморье, и в коммерческой деятельности, связанной с освоением Нового Света.

Никаких отрицательных качеств, никаких черт особой жадности и злобности у евреев-шкиперов парусного флота, акционеров Ост-Индской компании или купцов, торгующих с Америкой, как-то никто не обнаружил. Ничьих младенцев тоже никто почему-то не похитил с целью выпивания крови.