Чтение онлайн

– Вы слышали, товагищи? Какое счастье, что на когабле есть хоть один здгавомыслящий человек! Если б не я, вы пгоизвели бы в капитаны эгеиста! – Гарри Вениаминович подцепил большими пальцами рук подтяжки и звонко щелкнул ими себя по пузу. – Как мы поступаем со своими политическими вгагами? – вопросил он команду.

– За борт… – неуверенно ответила команда, посмотрела на захваченное судно, переглянулась и задумалась.

– Ничего не поделаешь, молодой человек. Вот вам Бог, а вот, как говогится, погог… – Ладошка «вождя» указала на порог, за которым лениво перекатывались волны.

– Я против! – возмутился вдруг Аквамер. – Сильвер! А ты что молчишь? Если б не этот пацан, мы бы сейчас акул кормили своими задницами. В капитаны! Корабль у него уже есть. – Боцман топнул ногой по палубе.

– Правильно! – согласились пираты.

– Товагищ Аквамег, вы забываете о пагтийной дисциплине. Пагтия гешила за богт, а ее слово закон для истинного анагхиста! Вот вы, – ладошка ткнула в насупленного капитана, – анагхист или не анагхист?

– Анархист… – мрачно пробурчал Сильвер.

– Гад за вас! А вы? – вперился он в боцмана.

Аквамер тяжело вздохнул и вытащил из-за пояса ятаган, виновато глядя на Кирилла. Сильвер смущенно развел руками и отвернулся. Его команда послушно выполнила маневр боцмана. Кузя, испуганно пискнув, нырнул за спину своего суверена.

– Ну-у-у, начинается, – обиделся Кирилл, выдергивая катану, – хоть бы объяснили для порядку, чем вам не угодил мой эгоизм?

– Да он же неггамотный! – воскликнул Гарри. – Эгеизм, а не эгоизм! Погодите, товагищи. Это еще не так безнадежно, как я пгедпологал. Я пгекгасно знаю, как пагубно воздействуют тлетвогные идеи Литлера на юные мозги. Возможно, мы еще сможем его пегевоспитать.

Аквамер облегченно вздохнул и вернул ятаган на место.

– Вы давно служите в агмии Литлера?

– Это еще кто такой?

– Вы хотите сказать, что не знаете, кто такой Литлер?

– В первый раз слышу.

– Но вы же сказали, что ваши политические убеждения – эгеизм!

– Эгоизм, черт бы тебя побрал! – рявкнул выведенный из себя Кирилл. – Ни эгеистов, ни Литлера вашего я и в глаза не видел!

– Тогда к какой же пагтии вы пгинадлежите? – воинственно вопросил Бормоткин.

– Ни к какой! Почему я вообще должен состоять в какой-то партии? Терпеть не могу политику! А политиканов еще больше! Они у нас такого наворотили! – Кирилл с трудом удержался от того, чтобы не сплюнуть на палубу. – Я вне политики. Сам по себе.

– Вот тут-то и кгоется ваша самая главная ошибка, юноша. Нельзя быть вне политики. Все, кто не с нами, пготив нас. Не сочувствуя идеям анагхизма, вы, сами того не желая, становитесь невольным пособником Литлера!

– Значит, без партии никак нельзя?

– Газумеется.

– Тогда я создам свою. Из чисто эгоистических соображений. Учтите – эгоистических, а не эгеистических.

– Любопытно. И что же это будет за пагтия? – подался вперед главный теоретик анархизма.

– Партия любителей пива! – отрезал Кирилл, которому уже порядком надоели эти политические дебаты и этот мир, упорно спаивающий юного спортсмена. Чача, которой насильственно опохмеляли его Шрек с домовым, бродила в голове и требовала выхода.

– Че-пу-ха! – выразительно заявил Бормоткин. – Пагтия – это не пгосто название. У нее должен быть базис, надстгойка, политическая платфогма, наконец. Есть у вашей пагтии базис и надстгойка?

– А то! – хмыкнул Кирилл, в котором в очередной раз проснулся бесенок. – Базис – приличный кабак, надстройка – хорошо накрытый стол, а политическая платформа – задушевная беседа в хорошей компании друзей за кружечкой холодного пива. Устраивает?

– Задушевная беседа? – Гарри был явно ошеломлен.

– Угу… Только не о политике! Гори она огнем!

– Ух ты! Вот это партия! А как в нее вступить? – загомонили пираты.

– Очень просто. Подходите ко мне и записывайтесь.

– А членские взносы?

– Стоимость кружки пива, которую вы сами и выпьете.

– Двух, двух, – азартно зашептал Кузя.

– Зачем двух? – удивился Кирилл.

– Одну им, одну нам.

– Брысь! – шикнул на него Кирилл. – Еще вопросы есть?

– Есть. Ограничений по возрасту не будет? – высунулся юнга.

– Тебе сколько лет?

– Семнадцать.

– Годен с ограничением: платишь за три – пьешь одну!

– Почему?

– Салага!!! В армии не был?

Гарри Вениаминович растерянно крутил головой:

– Товагищи, товагищи, а как же светлые идеи анагхизма?

– Да пошел ты, – отмахнулся Сильвер, – тут ТАКАЯ ПАРТИЯ РОЖДАЕТСЯ!!! Пиши меня первого!

– Кузя, бумагу!

– Нету, – расстроенно пискнул домовой.

– Найдем! – уверенно заявил Аквамер. – А ну пошарьте в каюте нашего теоретика!

– А вот фигушки вам! – прошипел теоретик. Оттопырив зад, он яростно крутил перед носом капитана кулачком, свернувшимся в характерную дулю. – Я уже давно никому не довегяю, все свои тгуды здесь хганю! – Дуля постучала по лысой голове своего хозяина.

– Ты ж вчера только бумагу марал!

– И тут же съедал! – радостно сообщил теоретик. – Плагиатогов вокгуг знаешь сколько?

– В нашей рубке пошарьте, – подал голос Бермуд. Он уже успел прийти в себя и теперь с интересом прислушивался к дискуссии, развернувшейся на пиратском корабле. – У нас там этого добра навалом.

Юнга сломя голову рванул на захваченное судно и выволок оттуда ворох бумаг. В основном все они были испорчены непонятными Кириллу значками, чертежами, расчетами прокладки курса, но один – туго свернутый в узкую трубочку – свиток имел девственно чистую сторону с обратной стороны.