Все, что здесь жило, — умрет,что цвело — отцветет:поцелуи и слезы в подушках бессонных,имена, что мы пишем на стеклах оконных,все, что здесь жило, — умрет.Непостижимый исход!И все же мы жаждем влюбляться,грустить, целовать, целоваться,страстью обжечь и обжечься страстью —не умирает стремление к счастью:Гретхен — Фауст, Ромео — Джульетта!Милая! Делай священное дело:руки омой и светлое телокровью, что в сердце твоем закипела,и, выходя на лов,флейту свою готовь —и пусть отзовется на страстный зоввсе, что со временем канет в Лету.
ЙЕНС ПЕТЕР ЯКОБСЕН
Перевод Е. Аксельрод
Йенс Петер Якобсен (1847–1885). — Один из крупнейших реалистов второй половины XIX века. Родился в семье торговца. Окончил Копенгагенский университет. Опубликовал ряд статей о Ч. Дарвине и перевел на датский язык его основные труды. Творческая биография Якобсена-художника начинается в конце 60-х — начале 70-х годов, в период его участия в литературном «движении прорыва», возглавлявшемся Г. Брандесом и утверждавшем эстетические принципы реализма. Рассказы Якобсена, его романы «Фру Мария Груббе» (1876) и «Нильс Люне» (1880) заложили основы критического реализма в Дании.
Как поэт Якобсен не был долгое время известен широкому читателю. Подготовленные им поэтические сборники «Херверт Сперринг» (1866–1869) и «Кактус расцветает» (1868–1869) были опубликованы лишь после смерти писателя. Философское содержание и новаторство лирики Якобсена, который ввел в датскую поэзию свободную строфу и свободный ритм, не или оценены современниками.
На русский язык переведен ряд романов и рассказов Якобсена; его стихотворения на русском языке публикуются впервые.
«Громада земли в мирозданье…»
Громада Земли в мирозданьеПлывет, словно в море листок.Я только песчинка. В чьем светеМерцаю — то знает лишь бог.Но все же миры, что качаетЭфира могучий поток,—Лишь рябь в океане моих размышлений,Чем движима — мне невдомек.
АРАБЕСКА
Блуждал ли ты в сумраке леса?Встречал ли ты Пана?Я познал его,Но не того — духа темных лесов,С которым безмолвие речь обретает.Нет! Я того не знавал никогда.Пан мне открылся в образе бога любви,Когда онемело все говорящее.Видал ли ты в знойных краяхДиковинное растенье?В неколебимом молчании,Палимое тысячами лучей,Открывает оно свой цветокНа мимолетную долю минуты —Красное око безумца,Трупа румяный лик.Я видел его,Когда одержим был Ею.Как снег жасмина, была она благоуханна,Мака дурманная кровь текла в ее жилах,Мраморные прохладные рукиПокоились на ее коленях,Подобные белым лилиям на поверхности озера.Слова ее падали мягко,Как падают листья яблониНа влажную от росы траву.Но порою казалисьХолодными и прозрачными,Как струи, влекущиеся со дна.В ее смехе слышалась грусть,В слезах — ликованье;Все перед нею смирялось.Лишь двое решались ей противоречитьЕе собственные глаза.Из ослепительной чашиЦветка ядовитогоОна напоила меня допьяна:Того, которого нет в живых,И того, кто теперь на коленях у ног ее.С обоими она осушила до дна,—Тогда ее взгляд был покорным,—Сверкающий кубокЦветка ядовитого —С обетом верности нерушимой.Все миновало!На засыпанной снегом полянеВ темном лесуРастет одинокий терн.Его листвой завладели ветры.Одна за другой,Одна за другойКроваво-красные каплиПятнают белый покров.Пылающие каплиНа холодном снегу.Встречал ли ты Пана?
ПЕЙЗАЖ
Будь осторожна, родная,Чтоб не спугнуть тишины.Песня уснула лесная,Видит зеленые сны.Ветер безмолвствует в кронах,Птицы затихли кругом.Смолкли в ключах озаренныхВоды над илистым дном.Луч осеняет неслышноБуков густых темноту.Дремлют вдоль троп неподвижноТравы на лунном свету.Облако, что распласталоКрылья в серебряной мгле,Сверху внимает усталоДремлющей, чуткой земле.Ветры молчат, охраняяПесню в покое ночном.Будь осторожна, родная,Снов ее мы не спугнем.
ЖАНРОВАЯ КАРТИНКА
Паж был пылок и влюблен.В башне сутки крядуО любовных муках онСочинял балладу.Лишь придумал он начало —Слов не стало.Розы, звезды, розы, звезды —Где взять рифму к слову «звезды»?С горя рог поднес к губам,Сжал его рукою —Протрубил свою любовьНад горой крутою.
ЛИШЬ ДЕНЬ, УСТАЛЫЙ ОТ ЗАБОТ
Лишь день, усталый от забот,Их выплачет росой,Ночь створы неба распахнет,И молча выйдут из воротПопарноИль по одному,Покинув свой угрюмый кров,Жильцы неведомых миров.Несут высоко звезды-свечиИ над юдолью человечьейБезмолвно шествуют они.Неровен шаг,Печальны души,Вокруг бескрайний мрак,Вселенский ветер тушитОгни блуждающие свечек-звезд.
ПУСКАЙ В СВОЙ ЧАС ПРИДЕТ ВЕСНА
Пускай в свой час придет веснаС листвой зеленой,Настроит флейты птиц она,Цветы раскраситРукой влюбленной,Пусть будут яркиСады и парки,Пусть принимают весны подарки.Пусть краски по лугам струятся,В лесах задумчивых таятся,—Что мне до них?Душа — не лист и не цветок,И эта радость ей не впрок;Весны своей, особой, ждет —Когда ж придет?
ИРЛАНДИЯ
ДЖЕЙМС КЛАРЕНС МЭНГАН
Джеймс Кларенс Мэнган (1803–1849). — Поэт, переводчик, один из лидеров национально-освободительного движения «Молодая Ирландия». Родился в Дублине в семье лавочника. С тринадцати лет работал переписчиком в конторе. Главная тема его творчества — трагедия ирландского народа. Мэнган много занимался переводом на английский язык немецких, арабских, турецких, персидских поэтов. Перелагал на английский язык старинную ирландскую поэзию.
Лети, о песнь, как с горы стремнина,Что увлекает все за собой!Господь, даруй мне мощь исполина,А лира — пой!Поведай всем: средь могил унылых,Где спят ушедшие навсегда,Есть прах того, в чьих струилась жилахКровь — не вода,Чья жизнь была — долгий час печали,А детство — пытка, ночная жуть,Кому и звезды не освещалиКремнистый путь.Лети, о песнь, и поведай миру,Что он сражался за свой народ,—Звал, презирая жезл и порфиру,Его вперед.Унижен, жалок, раба безвестней,Он думал — жить недостанет сил,Но сам господь его душу с песнейСоединил.И песня эта — вольна, как птица:Так, ей подобный, — пусть неглубок,Но быстр и смел, — к океану мчитсяГорный поток.Его терзала злых духов стая;Исколот сотнями острых жал,Стеная, плача, изнемогая,он смерти ждал;Но, всюду внемля одним проклятьям,Обманут в дружбе, забыт в любви,Себе сказал он: «Ты нужен братьям,Борись, живи!»Он, до последней трудясь минуты,Старался для тех, кто убог и хил,Народ же, с которого он снял путы,Его забыл.И он исчез в бездонной пучине,Как Бернс и Мэггин, нам стал далек;Казалось — душу его в гордынеДьявол увлек…Но когда смерть, тяжело ступая,К нему явилась — в последний часДуша, скорбящая и святая,В рай вознеслась.Как медь, звучал его голос вещий.Стезю страданий, нужды и бедНе озарял в темноте зловещейНадежды свет,Но глас того, кто скончался в муках,Кто в тридцать девять был дряхл и сед,Остался в нас, в наших детях, внуках…Ты жив, поэт!Будь милосерд к нему, всемогущий,Да снидет покой на бренную плоть!Открой страдальцу райские кущи,Мудрый господь!
О Розалин, любовь моя,Не плачь и не горюй!Идет к нам помощь — вижу я —Средь океанских струй.Рим шлет священное виноСюда через моря;Нам радость принесет оно,Любимая моя!О темнокудрая моя,Здесь счастья нет, но то виноНам жизнь и свет открыть должно,О Розалин моя!Я сквозь холмы и цепи гор,Долины и леса,Пешком, а там, где вод простор,Вздымая паруса,—Шел день и ночь с огнем в крови,Чтоб увидать тебя:Ведь нет границ моей любви,Любимая моя!О роза темная моя,Горит огонь в моей крови,Огонь восторга и любви…О Розалин моя!Мечусь в тоске и день и ночь,От горя ноет грудь;Что сделать, как тебе помочь,Как облегчить твой путь?Я мыслю о твоей судьбе,Дыханье затая…Цель жизни всей — в одной тебе,Владычица моя!О роза грустная моя,Ведь в горестной твоей мольбеЯ слышу гнев и зов к борьбе,О Розалин моя!В бессильной муке я поник:Как ясная луна,Лучист и светел был твой лик,А нынче — ты мрачна…Но обретешь ты вновь свой трон,И твердо верю я,—Он будет славой озарен,Красавица моя!О роза нежная моя,Заблещет золотом твой трон,Народным счастьем озарен,О Розалин моя!С любым врагом вступлю я в бой,Чтоб честь твою сберечь,Но ты мне собственной рукойНадень наш древний меч!Да, я исполню твой завет,—Молись же за меня,Цвет всех цветов, мой ясный светЛюбимая моя!О роза алая моя,Любой ценой, мой ясный свет,Тебя избавлю я от бед,О Розалин моя!Я к облакам взлететь готов,Рыть землю, в бурю плыть,Чтоб снять с тебя позор оковИ раны исцелить!Один твой благодарный взгляд —Награда для меня,Мое сокровище, мой клад,Бесценная моя!О роза гордая моя,Я стал бесстрашней во сто крат,Вновь полон сил, вновь битве рад.О Розалин моя!Пусть Эрн всю землю захлестнетКровавою волной,Пусть ядер град перевернетЛуга земли родной,Но кровь врагов покроет сплошьРодимые краяСкорей, чем кровью истечешьТы, Розалии моя!О роза вечная моя,Ты не увянешь! Это ложь!Нет, ты не сгинешь, не умрешь,О Розалин моя!
128
Темнокудрая Розалин. — Переложение старинного ирландского стихотворения, написанного во времена королевы Елизаветы. В нем заключено обращение к Ирландии.
ВИДЕНИЯ
Перевод Л. Володарской
По небу черные ползут драконы,У ног моих разверзлась вдруг земля,И там я вижу аспида, червя,Ни сон, ни смерть над ним не вольныНо саван чистый бережет змея!Всю ночь дремоты плоть язвя,Невесть откуда голос хриплыйЗовет меня, зовет, зовет —И жутким знаком, вестью гиблойПовинный разум страхом бьет.Час одинокий злого ликованья, —В его кровавой чаше смерть найдя,Вновь оживают с лютой силойВ обличье мерзостном воспоминанья.Тогда Воображение меняСпасти торопится виденьем — жилойЗолотоносной. ОбретаетДуша заблудшая покой.Недолог сон. Опять сжигаетОгонь безумья разум мой.