Чтение онлайн

– Ну что ж, когда увидишь ее, скажи, что я передавал привет и что я очень хочу с ней увидеться. Цветы, говоришь? Я запомню. Не очень-то я разбираюсь в таких вещах, никогда этого толком не умел.

Он поднялся.

– Все приходит с опытом, – сказала Кэтрин. Она встала на цыпочки, чтобы поцеловать его в щеку, – ему для этого пришлось наклониться.

И тут в дверь снова мышкой шмыгнула Элис. Она умела появляться и исчезать совершенно бесшумно!

– Проводить вас, сэр?

В руках она держала видавшую виды твидовую кепку.

– Спасибо, юная мисс, – сказал он, кивнул и взял у нее кепку. – Так ты заходи к нам, Кэт, когда время будет. Пансион миссис Протеро – адреса я не помню, но там тебе любой покажет. Мы там пробудем до конца недели.

Через минуту Кэтрин услышала, как хлопнула входная дверь. Ой, как хорошо, что он зашел! Там, в цирке, у нее была хорошая жизнь. Нелегкая, но интересная и до поры до времени безопасная. А эта новая жизнь – в чем-то даже лучше, но, пожалуй, не такая безопасная, хоть она и живет теперь в роскошном доме возле Риджентс-парка. Тут свои опасности – вроде тех, что поджидают ее в Сохо.

– Мисс?

Элис уже опять стояла в дверях.

– Да, Элис? И, ради бога, не могла бы ты называть меня Кэтрин? Или Кэт, если тебе так больше нравится. Или «эй, ты».

– Да, мисс. Я сейчас относила мисс Беатриче завтрак («Зеленую тину», – подумала Кэтрин), и она сказала, что с вами сегодня не пойдет.

– Нет, не пойдет, это слишком опасно. – Кэтрин снова придвинула к себе карту. – Мне придется где-то прятаться, и места там, вероятнее всего, будет немного. Если мы с Беатриче будем прятаться вместе, она может меня отравить. Не нарочно, но это ведь от нее не зависит.

– Да, я помню! – с чувством проговорила Элис. Еще бы – ведь она сама чуть было не отравилась ядом Беатриче на складе в доках, о чем рассказывается в книге «Странная история дочери алхимика» – у всех лучших книжных торговцев, всего по два шиллинга.

Мэри: – А тебе не кажется, что уже достаточно?

Кэтрин: – Когда будет достаточно, я перестану.

– Конечно, жаль, что остальных здесь нет, – сказала Кэтрин. – Жюстина, пожалуй, слишком большая, а Диана слишком буйная, но вот Мэри очень пригодилась бы, хотя бы просто как наблюдатель.

Мэри: – Ну спасибо, конечно! Я умею далеко не только наблюдать.

Можно, конечно, попросить Чарли, но… дело ведь касается Прендика. Ей как-то не хотелось впутывать сюда Холмса или его нерегулярные полицейские силы с Бейкер-стрит. Все, что знают они, станет известно и ему, а это дело слишком личное.

– А я? – спросила Элис. – Не знаю, будет ли от меня много толку, но уж наблюдать-то я умею не хуже других.

Кэтрин изумилась:

– Но Элис, ты же все время говоришь, что хочешь быть только судомойкой. Никаких приключений, помнишь? Ты очень решительно на этом настаивала.

Элис уставилась на свои башмаки и стала теребить край фартука.

– Да, мисс… Кэтрин. Но с моей стороны было бы трусостью бросить вас одну, когда я могла бы помочь. Мне кажется, мисс Мэри ожидала бы от меня другого.

Кэтрин нахмурилась.

– Ты полностью уверена? Нам может угрожать опасность, не забывай.

Элис снова подняла глаза и кивнула.

– Да, Кэтрин. Полностью.

Кэтрин подождала немного – и еще немного: вдруг Элис все же передумает.

– Ну ладно. Тогда иди сюда. Я хочу, чтобы мы с тобой как следует запомнили расположение улиц в этой части Сохо. И помни – когда кругом будут дома, все будет выглядеть совсем иначе.

Мэри: – Ты знаешь, что могла бы и не ходить. Тебе не нужно было ничего доказывать – ни мне, ни кому-то еще.

Элис: – Я знаю, но я рада, что пошла, даже несмотря на то, что случилось потом. Если не рисковать, никогда не станешь собой, правда же?

Мэри: – Да, думаю, правда. Мне просто жаль, что я не смогла уберечь тебя от беды.

Элис: – Если бы мне снова пришлось решать, я бы сделала то же самое.

Беатриче: – Браво, Элис. Нам всем нужно брать с тебя пример.

Когда они вышли с Парк-Террейс, 11, было около трех часов дня. По пути к Мэрилебон-роуд Кэтрин то и дело озиралась: не следит ли кто за ними? Какой-нибудь нищий, торговец кониной или старьевщик – кто-нибудь, похожий на агента S.A.? Но она не увидела никого, кроме Джимми – мальчика с Бейкер-стрит, одетого чистильщиком, с ящиком и щетками. Кто-нибудь из нерегулярных сил Холмса постоянно вертелся поблизости и приглядывал за ними. Если бы не они, Парк-Террейс была бы совершенно пустынной. Когда они с Элис проходили мимо, Кэтрин тихонько махнула Джимми рукой, и он кивнул в ответ. На Мэрилебон-роуд они сели в омнибус до Пикадилли-Серкус. Затем двинулись пешком запутанными улочками и переулками – все дальше и дальше в лабиринт Лондона.

Перед выходом из дома миссис Пул напомнила им, чтобы не рисковали понапрасну.

– Присоединяюсь, – сказала Беатриче. Она стояла в дверях, пока они натягивали перчатки и надевали шляпы, которые должны были придать им вид лондонских клерков, идущих со службы домой, на съемные квартиры. – Как жаль, что я не могу пойти с вами! Неужели я всю жизнь так и просижу дома, потому что тем, кого я люблю, от меня больше вреда, чем пользы?

– Вот когда мне нужно будет кого-то отравить, я к тебе сразу обращусь, – ответила Кэтрин. А кстати, может быть, и не такая уж плохая идея – отравить Прендика. Разве не поделом ему? Она задвинула злые мстительные мысли в самый дальний уголок сознания – пусть полежат до тех пор, когда можно будет обдумать их без спешки. Сейчас не время – сейчас нужно мыслить четко, логически. Ого, она начинает рассуждать совсем как Мэри!

– Вот уж не знаю, к чему Элис с вами идти, – обеспокоенно заметила миссис Пул. – Я-то надеялась, что она сегодня поможет мне со штопкой. Неужели так уж необходимо подвергать ее опасности?

– Миссис Пул, это дело поважнее штопки! – сказала Кэтрин. – И к тому же сейчас она не Элис, а Альфред.

На Элис были Дианины брюки и пиджак, висевшие мешком на ее худеньком теле, хотя Кэтрин и подобрала для нее вещи самого маленького размера. Сама Кэтрин тоже была одета в мужской костюм, правда, на ней он сидел заметно лучше.

– Идем, Альфред, – сказал Чарльз – это было имя, которое Кэтрин выбрала для себя. Она положила руку на плечо Элис, стараясь, чтобы этот жест выглядел по-мужски, и, прежде чем миссис Пул успела еще что-то возразить, они уже были за дверью и шагали по Парк-Террейс в направлении Мэрилебон-роуд.

День выдался жаркий, и в городе было нечем дышать, словно его накрыли стеклянным колпаком. Весь Лондон пропах водорослями. На втором этаже омнибуса мест не было, и им пришлось ехать внизу, в закрытом салоне, да еще и на разных сиденьях. Только когда они вышли и зашагали по улочкам и переулкам Сохо, дышать стало хоть немного полегче.