Чтение онлайн

Моей выдержки не хватает, чтобы сдержать тихий стон. Моей неприступности недостаточно, чтобы отрицать предательскую реакцию тела на его пальцы по животу.

— В тебе же я уверенности не вижу… — затем Альваро медленно разворачивает меня к себе лицом, не прекращая тактильного контакта с моим дрожащим телом ни на миг, и после без предупреждения молча целует.

Неистово, покоряюще, безумно. И я, обхватив ладонями его лицо, отвечаю не менее пылко, забыв о накопленной обиде, незаданных вопросах и слишком долгом ожидании того, кто буквально сросся с моей жизнью.

— Поужинай со мной, Джейн, — Альваро неохотно прерывает чувственный танец наших языков, чтобы сказать это. Я почти улавливаю изнывающую интонацию в просьбе.

Боже, он просит… Не приказывает, не требует, не ставит перед фактом, а разгорячённо, едва слышно просит. По-настоящему хочет этого.

Альваро прикрывает веки и прислоняется лбом к моему, жёстко впиваясь в талию пальцами. Затем мягко обхватывает губами мою нижнюю губу и тут же оставляет, пока я собираю себя по частям, пытаясь вернуть сбитое дыхание в норму. Вдогонку слышится уже твёрже, но не менее проникновенно:

— Мы всё обсудим. Всё.

Безбоязненно, уже с желанием встретившись с тьмой его пристального взгляда, я впервые вижу то, что сейчас так необходимо, — обещание. Обещание очень многого.

Прохладный поток воздуха благодаря климат-контролю в салоне обдувает лицо, всё ещё периодически краснеющее не только из-за отголосков чрезмерно жаркого дня, но и из-за накатывающего смущения после поцелуя. Какая-то часть меня ещё противится новому раскладу, подстрекающе шепча: «Это всё между вами ненадолго. Это всё невозможно…», но другая упрямо старается просто ощущать каждое мгновение и, по возможности, им наслаждаться. Спускаемся с Альваро на лифте, не говоря ни слова, лишь иногда бросаем друг на друга короткие пронзающие взгляды. И только в мерседесе, где уже заблаговременно поднято то самое отделяющее стекло, я решаю завязать беседу первая, когда мы устраиваемся:

— Слишком много всего накопилось, — нервозно дёргаю манжеты кремового оттенка блузки. — Даже не знаю, с чего начать.

Вскидываю взгляд на еле различимый силуэт Энтони сквозь тонировку — чёрт, я и толком не поздоровалась… Автомобиль трогается с места и подъезжает к шлагбауму подземной парковки.

— Не буду оригинален, если посоветую начать сначала, — абсолютно ровным тоном, без тени иронии молвит Альваро, украдкой посмотрев на слишком взволнованную меня.

Прошу, скажи или хоть как-то намекни, что не только я чувствую внутри сносящую всё к чёртям озверевшую бурю…

— Тогда, на благотворительном вечере… — тяжело сглотнув и выдержав паузу, я отвлекаюсь на панораму сияющего алым города в закате. — Просто хочу, чтобы ты знал, что причина не в тебе.

И дальше добавляю уже скорее самой себе под нос: «Боже, как же это дёшево и избито звучит…», но Альваро всё равно улавливает.

Благо, он не предпринимает попыток коснуться меня, напустив на лицо отрешённое и вежливое выражение, как только мы сели в мерседес. Сочувствующее сжатие пальцев моей ладони было бы сейчас очень некстати — и так непросто говорить и вспоминать о той ночи отвлечённо, чтобы не выглядеть неопытной испугавшейся дурочкой. А всё осознающим адекватным взрослым человеком.

— Знаю, что не во мне, и догадываюсь, в чём. Полагаю, что не стоит сейчас углубляться в это, потому что ты не готова, — неторопливо подбирая слова, такие верные, на мой взгляд, в эту минуту, Альваро мягко и тактично переводит тему, не дав мне сказать ещё что-нибудь, за что я безмерно ему благодарна: — Суд, если я верно понял, проиграла?

Я пропускаю мимо ушей факт его осведомлённости, приняв сказанное за абстрактную эмпатию, и чувствую расслабление в напряжённых мышцах, словно наконец могу выдохнуть. О работе и делах говорить намного проще, тем более — я так много всего должна выяснить и поведать сама, а это отличный повод для поворота русла беседы.

— Была признательная сделка, без заседания. С этими экологами-фанатиками непросто договориться, да и правда была на их стороне, так что…

Я не скрываю разочарования в немного уставшем голосе, опустив глаза на сумку на коленях, будто сейчас на шею рухнет гильотина. Ожидаю, что Альваро выразит негодование, но…

— Это не так критично, как ты почему-то думаешь. Хотя приятно знать, что переживаешь не только за своё адвокатское имя, но и за мою компанию.

Вскинув взгляд на грубоватые линии мужского профиля, замечаю хитрую полуулыбку. И, как именинница, кинувшаяся раздирать подарочные обёртки на многочисленных коробках, чтобы узнать, что ждёт внутри, я набираюсь смелости и сыплю вопросами:

— Хорошо. Раз мы затронули и это, всё-таки объяснишь, чем обусловлен такой разброс по разным сферам? Поставка оборудования, добыча драгоценных камней, морские пути… Что-то от имени корпорации, что-то от дочерних, среди которых я знакома только с одной, — перевожу дух, проницательно продолжая оглядывать Альваро, чьё внимание направлено на шторку-стекло перед нами. И вновь продолжаю пулемётной очередью: — А та ферма и склад тоже принадлежат «Сомбре»? Как недвижимость на балансе? Чем ещё ты занимаешься?

Слышу его зарождающуюся усмешку на моём последнем выдохе и предупреждающе добавляю, не скрывая умоляющей нотки в голосе:

— Только без язвительности и шуток, прошу тебя.

Наступает недолгое, но мучительное для меня молчание — мерседес успевает ловко обогнать два неприметных седана и выехать на 8-ю авеню. И только тогда Альваро, неспешно проговаривая каждое слово, отвечает, поудобнее устроив затылок на подголовнике:

— Пойми меня верно, Джейн… Информация — одно из самых мощных оружий, самых сильных ресурсов в наше время. Тебе ли не знать? И если порой я чем-то не делюсь, значит, так действительно нужно.

Я уже собираюсь встать на дыбы и пробиться сквозь его совершенно не давший понимания, уже слышимый мною ранее, ответ, как Альваро пресекает меня одним лишь взглядом, и приходится захлопнуть рот. Тяжёлым, но таким обволакивающе-заинтересованным взглядом. И он, стирая усмешку с губ, размеренно молвит далее:

— О горнодобыче и контейнерах, надо сказать — пустых, ты и не должна была знать. Это не просчитанная мною наперёд случайность: иском должен был заниматься другой нанятый для этого адвокат. Но случилось то, что случилось. Кстати, если была бы чуть внимательнее ко всем моим словам, то вспомнила бы, что «Сомбра» — не просто корпорация, а большая империя. Не для красного словца, оставим это для писателей и политиков, — поправив и так идеально сидящую запонку, он вновь смотрит мне прямо в глаза. — И легко догадалась бы обо всём сама, пусть и не сразу.

Задумчиво пожевав губу, я заправляю прядь волос за ухо и снова отворачиваюсь к окну. Колесо машины пружинисто-мягко попадает в небольшую неровность, но Энтони водит настолько профессионально, что мы этого практически не чувствуем. В воздухе замирает благодатная тишина, и ловлю себя на мысли, что мне нравится то, каким журчаще-медленным ручьём начался наш разговор.

— Впервые с Леандро Монтера я случайно столкнулась в холле Верховного суда, — осторожно подбирая слова, я решаю узнать у Альваро то, что давно зудит внутри. Он тут же впивается в меня изумлённым взором, и, повернувшись лицом, замечаю дернувшуюся мышцу на его скуле при упоминании врага. — Ничего особенного, просто посмотрели друг на друга, как обычные незнакомцы. Я узнала в нём владельца «Эрерры Лимитед», но не могла вспомнить имя…