Чтение онлайн

Я не собираюсь навязывать вам теологическую дискуссию. Я хочу лишь подчеркнуть, что господствующий ныне страх смерти должен уступить место интеллектуальному пониманию реальности и концепции непрерывности, которая устраняет тревогу. Я хочу также выделить идею единой жизни и единой сознательной Сущности, использующей множество тел.

Подводя итог всему сказанному, можно утверждать, что страх и ужас перед смертью основан на любви к форме – к нашей собственной форме, к формам тех, кого мы любим, и к форме знакомого нам окружения и среды. Однако такая любовь полностью противоречит нашему учению о духовных реальностях. Надежда на будущее и надежда на избавление от этого болезненного страха заключается в переносе внимания на существование вечной души и необходимости для нее вести духовную, конструктивную и божественную жизнь в материальных проводниках. Эта концепция тоже входит в идею восстановления. Таким образом, ложные представления забываются; сюда же включается идея удаления, и достигается правильный фокус. Необходимо помнить об интеграции, чтобы заменить погружение в жизнь тела погружением в жизнь души. Печаль, одиночество, страдание, подавленность, потерянность – все это исчезнет с исчезновением обычной реакции на факт смерти. Когда люди научатся сознательно жить как души, когда они научатся фокусироваться на уровнях души и станут рассматривать форму или формы лишь как средство выражения, все старые скорбные представления о смерти постепенно исчезнут и сменятся новым, более оптимистическим отношением к этому великому переживанию.

Вы заметите, что выражения, выбранные мной для разбора основных требований, объясняются их специфическим смыслом:

1. Работа восстановления означает возвращение формы в основной резервуар субстанции, или возвращение души, божественной духовной энергии, к своему источнику – либо на душевный, либо на монадический уровень, в зависимости от точки эволюции. Это восстановление представляет собой, главным образом, работу человеческой души в физическом теле и затрагивает сердечный и головной центры.

2. Искусство удаления. Оно включает в себя два действия внутреннего духовного человека: лишение низшего троичного человека всякого контроля и процесс собственной перефокусировки на конкретные уровни ментального плана в виде точки лучезарного света. Это относится, главным образом, к человеческой душе.

3. Процессы интеграции. Они связаны с работой освобожденного духовного человека по соединению с душой (высшей душой [21] ) на высших уровнях ментального плана. Часть возвращается в целое, и человек понимает истинное значение слов Кришны: «Напитав вселенную частицей себя, я остаюсь неизменным». Он тоже сознательная переживающая частица, напитавшая малую вселенную формы в трех мирах, и он тоже остается. Он сознает себя частью целого.

Эти три процесса представляют собой Смерть.

Естественно, что усвоение человечеством такого подхода к факту смерти или искусству умирания будет знаменовать собой изменения к лучшему. Параллельно, с течением времени установится связь между людьми на телепатических уровнях; интеллект будет неуклонно развиваться, и человечество будет все больше фокусироваться на ментальных уровнях. Телепатическая связь будет общим и обычным явлением, что гарантируется современным спиритизмом, хотя из-за искажения (и очень серьезного), главным образом, вследствие эгоистического мышления человечества, в нем очень мало реальной телепатии. Телепатическое общение, которое происходит сегодня между медиумом (находящимся или не находящимся в трансе) и умершим родственником или другом, происходит не между тем, кто пережил освобождение смертью, и тем, кто еще остается в форме. Об этом нужно помнить. В тот промежуток времени, пока ум еще не обрел нормальных телепатических способностей, могут встречаться (хотя и очередь редко) факты медиумизма на основе ясновидения и яснослышания, но не транса. При этом контакт по-прежнему будет осуществляться через третье лицо, оставаясь исключительно астральным, что повлечет за собой сильные искажения из-за наваждений и ошибок. И все же, это будет шаг вперед по сравнению с нынешними сеансами медиумизма, когда умерший просто-напросто игнорируется, а спрашивающему сообщается лишь то, что медиум читает в его ауре – его представления о внешнем виде, значимые воспоминания, хранящиеся в его сознании, и ожидаемые мысли по поводу требуемого совета, поскольку вопрошающий полагает, что, раз человек умер, он должен быть мудрее, чем прежде. Если временами медиуму все-таки удается наладить реальное общение, то это происходит потому, что и вопрошающий, и умерший относятся к ментальному типу людей и потому между ними имеется реальная телепатическая связь, которую медиум и перехватывает.

Раса прогрессирует, развивается и становится все более ментальной. Связь между живыми и умершими должна и будет осуществляться на ментальных уровнях до начала процессов интеграции; полный разрыв связи произойдет тогда, когда человеческая душа воссоединится с высшей душой перед тем, как принять новое воплощение. К тому времени возможность этой связи полностью искоренит страх смерти. Для учеников, работающих в Ашраме Учителя, даже процесс интеграции не будет помехой. На нескольких следующих страницах я изложу учение о том, что могло бы назваться искусством умирания, расширив сказанное в «Трактате о Белой Магии».

Мы с вами коснулись процессов умирания и более полно рассмотрели фактор смерти – самое знакомое переживание (если бы только физический мозг мог вспомнить и осознать это) в жизни перевоплощающейся сущности, или души. Мне хотелось бы прокомментировать отношение человека к опыту «восстановления». Это специфическое оккультное слово, широко используемое посвященным, когда речь идет о смерти. Характерным отношением к смерти является страх. Страх этот основан в настоящее время на ментальной неуверенности в факте бессмертия. За исключением удостоверенного факта некоторой формы продолжения существования, установленного исследованиями в области психики, бессмертие, или неизменное существование того, что мы обычно подразумеваем, когда говорим «Я», остается пока что в области пожеланий или веры. Вера может основываться на христианских предпосылках, на религиозных спекулятивных утверждениях или на более научном подходе, согласно которому то, что так долго развивалось и является вершиной эволюционного процесса, в соответствии с требованием экономии не может быть потеряно. Интересно отметить, что на нашей планете нет никаких свидетельств существования более высокого продукта эволюции, чем человеческое царство. Даже для мыслителя-материалиста уникальность человека обнаруживается в различных стадиях его сознания и в возможности исследования всех этих стадий роста сознания – от невежественного дикаря через все промежуточные ступени умственного развития до самых передовых мыслителей и гениев, способных к творческому искусству, научному открытию и духовному восприятию. Самая простая форма вопроса, который возникает в связи с темой смерти, будет звучать так: «Где находится «Я», обитатель тела, когда тело оставлено и распадается? И существует ли вообще этот обитатель?»

Человеческая история – это нескончаемый поиск ответов на этот вопрос; в настоящее время кульминацией этого поиска явилось создание многочисленных обществ, пытающихся доказать факт бессмертия и проникнуть в те твердыни духа, которые, очевидно, дают пристанище тому «Я», что является актером на физическом плане и до сих пор ставило в тупик самого серьезного искателя. В основе этих лихорадочных поисков лежит страх. К сожалению, (кроме немногих просвещенных ученых и подобных им мыслящих искателей) большинство тех, кто практикует сомнительные, как правило, техники спиритических сеансов, относятся к эмоциональному типу и всегда готовы принять за доказательство то, что было бы немедленно отвергнуто более мыслящим искателем.

Здесь мне хотелось бы разъяснить свое отношение к великому спиритуалистическому движению, которое так много сделало в прошлом для доказательства факта продолжения существования и которое в определенных аспектах своей деятельности сделало столь же много, чтобы запутать и ввести человечество в заблуждение. Под этим же общим термином я подразумеваю различные группы психических исследований и всех тех, кто не ведет никакой серьезной научной работы. Ни одна из таких групп не доказала пока своих утверждений. Несмотря на таинственность и глупость среднего спиритического сеанса, эти сеансы вместе с работой медиумов продемонстрировали, тем не менее, наличие некоего необъяснимого фактора; в научных лабораториях не удалось доказать даже этого. На каждый случай действительно приемлемого явления развоплощенного лица приходятся тысячи случаев, которые можно объяснить легковерием, телепатической связью (с умершим, но не с тем именно, кого вызывают), видением мыслеформ ясновидящим или слышанием голосов яснослышащим, а также мошенничеством. Заметьте, что я говорю о «приемлемых явлениях» возвращающегося духа. Имеется достаточно свидетельств, подкрепляющих веру в продолжение существования и доказывающих его фактическую природу. На основании проверенных и подтвержденных необъяснимых феноменов предполагаемых контактов с умершими и с учетом характера лиц, удостоверяющих такие феномены, можно утверждать, что нечто продолжает существовать после «возвращения» материального тела в вечный резервуар субстанции. Исходя из этой предпосылки мы и будем продолжать наш разговор.

В настоящее время феномен смерти становится все более привычным. Мировая война выбросила миллионы мужчин и женщин – гражданских и принадлежащих к разным родам вооруженных сил всех народов – в тот неведомый мир, который принимает всех, кто сбрасывает свою физическую форму. Условия сегодня таковы, что, несмотря на древний, глубоко сидящий страх перед смертью, в сознании человека брезжит понимание того, что есть много вещей, гораздо худших. Люди поняли, что голод, увечья, постоянная физическая несостоятельность, психические расстройства в результате войны и военного напряжения, свидетельства боли и агонии, которые нельзя облегчить, действительно хуже смерти. Многие также знают и верят (ибо такова слава человеческого духа) в то, что отказ от ценностей, за которые люди боролись и умирали на протяжении веков и которые считались существенными для жизни свободного человеческого духа, имеет большее значение, чем процесс смерти. Такой взгляд, которым отличаются в наше время чувствительные и правильно мыслящие люди, распространяется сегодня все шире. Это означает, что наряду с древним страхом живет непобедимая надежда на существующие где-то лучшие условия. И это не обязательно должны быть просто мысли о чем-то желанном; это указывает на скрытое субъективное знание, медленно всплывающее на поверхность. Что-то должно произойти в результате человеческого страдания и человеческого мышления; это чувствуется сегодня и будет продемонстрировано позднее. Сегодня этой внутренней убежденности и субъективному осознанию противостоят старые привычки мышления, общераспространенные материалистические взгляды современности, боязнь обмана и антагонизм как со стороны ученых, так и со стороны простых верующих или духовенства. Первые правильно отказываются верить тому, что пока не доказано и даже кажется недоказуемым, тогда как религиозные группы и организации не доверяют никакому выражению истины, если оно не сформулировано в их собственных понятиях. По этой причине им приходится чрезмерно полагаться на веру, что сводит на нет любые исследования энтузиастов. Открытие факта бессмертия будет совершено людьми; после этого он в конце концов будет признан церквями и доказан наукой, но не раньше, чем будут преодолены последствия войны и уляжется волнение на планете.

Нет нужды говорить, что проблема смерти основана на любви к жизни, которая представляет собой самый глубокий инстинкт человеческой природы. Положение о том, что согласно божественному закону, ничто не теряется, признано наукой; вечное существование в той или иной форме считается истиной повсюду. Из нагромождения теорий были предложены три основных решения, которые хорошо известны всем мыслящим людям:

1. Строго материалистическое решение, согласно которому в течение всего времени существования осязаемой физической формы продолжается непрерывность опыта и выражения сознательной жизни, но после смерти и последующего разложения тела никакой сознательной, действующей и тождественной самой себе личности не остается. Чувство «я», сознание личности, отличной от всех остальных личностей, с исчезновением формы пропадает; личность считается лишь совокупностью сознания клеток тела. Эта теория отводит человеку то же место, что и любой другой форме трех царств природы. Она основана на нечувствительности среднего человеческого существа к жизни, удалившейся из материального проводника. Здесь игнорируются все свидетельства противного и утверждается, что, поскольку мы не в состоянии воспринимать (визуально) и доказать (материально) существование «Я», или бессмертной сущности, после смерти, то ее и не существует. У этой теории теперь не так много сторонников, как раньше, особенно в материалистическую викторианскую эпоху.

2. Теория ограниченного бессмертия. Этой теории еще придерживаются некоторые фундаменталистские и узко теологические школы мысли, а также небольшое число представителей интеллигенции, для которых характерна, в первую очередь, эгоистическая тенденция. По этой теории лишь те, кто достиг определенной стадии духовного развития или признают конкретный перечень теологических установок, могут удостоиться дара личного бессмертия. Люди, обладающие высокоразвитым интеллектом, тоже иногда утверждают, что высочайшим даром для человечества является развитый, культурный ум и что обладающие этим даром наделены также и вечным существованием. Одна школа предрекает тем, кого считает духовно непокорными и кто не согласен с ее конкретными теологическими установками, либо полное уничтожению, как и материалисты, либо вечную кару, обосновывая тем самым еще одну форму бессмертия. Благодаря врожденной доброте человеческого сердца столь мстительных и немыслящих людей, согласных с подобным положением, очень мало, и к ним, конечно, следует отнести тех, кто не желает думать сам, уходя от сознательной ответственности к слепой вере в теологические догмы. Христианская интерпретация, приводимая ортодоксальной и фундаменталистской школами, оказывается несостоятельной в свете ясного рассуждения. Один из аргументов, опровергающий их истинность, заключается в том, что христианство постулирует долгое будущее, но не прошлое. Точно так же, по их воззрениям, будущее целиком зависит от действий в этой короткой жизни и никак не учитывает особенности и различия между людьми. Это приемлемо только для теории антропоморфного Божества, Чья воля – осуществляемая на практике – дает настоящее, у которого нет прошлого, только будущее. Несправедливость этого широко признается, но непостижимая воля Божья не должна ставиться под сомнение. Миллионы людей еще придерживаются этой веры, но она уже не имеет такого влияния, как столетие назад.