Чтение онлайн

Очевидно, Фабио не принадлежит к людям, которые легкомысленно относятся к вопросам морали. Но как применяет он свой моральный кодекс в футболе? Капелло помогал разворачивать кампанию уважительного отношения к судьям, проводимую Футбольной ассоциацией. В мае 2008 года он сказал: «Меня как иностранного тренера всегда впечатляло, насколько уважительно относятся английские футболисты к судьям, по сравнению с теми игроками, с которыми я работал в лигах других стран. В последнее время, в предыдущем сезоне, мы сделали шаг назад. Поэтому нам нужно вернуться к уважительному отношению к судьям и другим официальным лицам… Это важно, я твердо на этом настаиваю, особенно в игре на высшем уровне. Вы всегда должны помнить о том, что на всех топовых игроков, играющих на высшем уровне, смотрят дети и молодые люди всей страны и берут пример с их поведения. Поэтому жизненно важно, чтобы игроки подавали им правильный пример. Что же касается моей роли во всем этом, то это – моя работа, садиться с футболистами и вместе с ними решать проблемы подобного сорта, если они существуют».

Перенесемся на секунду в октябрь 2009 года. На эту дату был назначен уже ничего не решающий матч сборной Англии со сборной Украины. В конце игры Капелло, по некоторым данным, провел четыре минуты, ругая словенского арбитра Дармира Скормину за простую и признанную им ошибку в установлении личности нарушителя, которая к тому же не оказала никакого влияния на результат матча. Украинец Артем Милевский был сбит с ног голкипером Фабио, Робертом Грином, и был назначен абсолютно справедливый пенальти. Красную карточку за нарушение, которого тот не совершал, показали Фердинанду. Через несколько секунд ошибку исправили, и с поля был удален Грин, а не Фердинанд. Никаких возражений, тем более что Украина пенальти даже не забила.

Тем не менее Капелло, похоже, решил унизить арбитра и в своем телевизионном интервью, и на пресс-конференции сразу после матча. «Арбитру нужно объяснить, что же он там увидел. Существует большая разница между Рио и голкипером – один бежит, другой ныряет… это действительно большая ошибка».

И Фабио с такой яростью излагал свою точку зрения в подтрибунном туннеле, что судья, как говорили, отказался пожимать ему руку. Какое уважение к судьям! Очень трудно разглядеть здравый смысл в том, как сам Капелло относится к рефери, поскольку он еще и утверждает, что ненавидит, когда игроки пытаются их обмануть. В 2009 году он сказал: «Мне не нравится смотреть, как люди ныряют на поле. Никогда. Я всегда разговариваю на этот счет со своими игроками, но во время игры я не могу выйти к ним на поле. Иногда это становится делом судей. Судейское решение может и не быть корректным, и это, конечно, нехорошо, но я не люблю игроков, намеренно падающих. Я всегда говорю игрокам: «Вы должны вести себя самым должным образом и следить за тем, чтобы спортивный дух сохранялся тоже самым должным образом».

Не это ли я пытался сказать Капелло во время нашей небольшой стычки в Italia Mania? Вы должны следить за тем, чтобы спортивный дух был сохранен. И очень трудно понять, как вы можете защищать людей, которые как минимум не смогли уследить за сохранностью спортивного духа, и продолжать общаться с ними публично.

В 2008 году я спросил у Кита Хэккета, генерального менеджера коллегии судей Английской премьер-лиги, как он относится к дружбе Капелло с Моджи. Совместима ли она, по его мнению, с той ролью, которую играет тренер английской сборной как номинальный глава ФА, организации, требующей от него величайшего уважения к судьям? «Я не знаю, – начал он. – Решать тут должна ФА. Это они его (Капелло) наниматели, а не я».

Хэккет добавил, что ему рассказывали про Моджи и про то, что случилось в итальянском футболе, и указал, что мы не должны допускать, чтобы на Капелло в какой-либо степени оказывало влияние поведение Лучано. Я предположил, что Фабио следовало бы, по крайней мере, строго осудить то, что Моджи очевидно скомпрометировал честность игры в Италии. «Это исключительно его дело», – ответил Хэккет. Он хотел четко показать, насколько высоко он ценит декларируемое Фабио намерение заставить своих игроков подчиняться правилам и научить их демонстрировать уважение к судьям. «Если он будет неукоснительно этому следовать, – добавил Хэккет выразительно, – это окажет значительную помощь футболу и на профессиональном уровне, и на уровне простых болельщиков тоже».

Джеф Винтер, долго проработавший арбитром Премьер-лиги, заметил: «В ту неделю, когда ФА запускала свой проект «Уважение», была прекрасная возможность в качестве показательного примера оставить дома Эшли Коула, не включив его в состав команды на товарищеский матч во Франции. Он как раз продемонстрировал досадную нехватку уважения к рефери Премьер-лиги, Майклу Райли, даже повернулся к нему спиной, когда мистер Райли с ним говорил. Возможно, в этом случае мистер Капелло и его помощники могли бы занять принципиальную позицию. Но этого не произошло. К сожалению, многое из того, что делает ФА, оказывается лишь шумом, не подкрепленным никакими действиями…»

Лорд Трисман, президент ФА и бывшее должностное лицо Министерства иностранных дел, просто источал уверенность, когда весной 2008 года излагал свои взгляды на футбол. В своей выразительной речи он говорил: «У нас есть множество ценностей, придерживаться которых следует не только ради достижения высочайших результатов в игре, не только ради ее красоты и величия как таковых, но и ради всего футбола в целом. Эти ценности относятся к честности, к справедливости соревнований… это ценности, которые подчеркивают важность уважительного отношения к законам игры, к футболистам, рядом с которыми вы играете, и к футболистам, которые играют против вас, к судьям, которые смотрят за игрой, к каждому человеку, вовлеченному во всеобщие усилия в достижении того, чтобы этот замечательный спорт оставался любимым в нашей стране».

Осенью 2009 года огласку получил один из самых спорных случаев в истории мирового спорта. По некоторым данным, команда «Рено» «Формулы-1», принадлежащая Флавио Бриаторе, в прошлом году приказала одному из своих пилотов, Нельсону Пике-младшему, в Сингапуре преднамеренно разбить свою машину об ограждение. Идея состояла в том, что хаос, возникший во время аварии, окажется на руку фавориту команды, Фернандо Алонсо. Что и случилось. Когда эта уловка была в конце концов раскрыта, Бриаторе покинул «Формулу-1», так как тучи над его головой сгущались. Главный управляющий орган этого вида спорта, ФИА, дисквалифицировала его пожизненно. Но Бриаторе поклялся очистить свое имя, и с помощью апелляции, поданной в суд Франции, смог опротестовать свою дисквалификацию. Но даже после этого ФИА не хочет его возвращения, и в то время, когда пишется эта книга, судебные баталии еще далеки от своего завершения. Бриаторе сохранял контроль над футбольным клубом «Куинз Парк Рейнджерс» несколько дольше, и через несколько недель после разразившегося скандала в «Формуле-1» Фабио Капелло присоединился к Бриаторе в качестве гостя в директорской ложе стадиона «Дофтус Роуд». Близкий к Капелло источник говорил мне, что в это же самое время Капелло и его жена Лаура несколько раз наслаждались обществом Бриаторе за ужином. Как мы можем видеть, Капелло не бросает своих друзей в период трудностей. Кроме того, когда писалась эта книга, Бриаторе был перед законом чист. Ни Моджи, ни Джираудо никогда не обвинялись в чем-нибудь криминальном, поэтому Капелло мог бы указать и на их невиновность. Но какому еще количеству друзей тренера сборной Англии нужно лишиться права заниматься своим уважаемым видом спорта, временно или пожизненно, обоснованно или нет, прежде чем кто-нибудь осмелится предположить, что при выборе друзей Капелло не проявляет мудрости, необходимой человеку с его положением? Когда английский тренер ужинает с человеком, только что лишившимся уважения определенных спортивных властей, не возникает ли опасность, что некоторые беспристрастные болельщики, которые платят хорошие деньги за искреннее и чистое спортивное зрелище, начнут испытывать беспокойство?

Давайте пока оставим в стороне профессиональную этику «Формулы-1» и вернемся к футболу. Это тот вид спорта, в котором Фабио Капелло – номинальный лидер. Как мог бы сказать нам добродушный священник из родной деревни Капелло, дон Пьер Паоло Саранца, защита честности футбольной игры даже более важное дело, чем выигрыш на Чемпионате мира. Если футболу будут привиты определенные ценности, это не будет означать, что игра станет слишком мягкой или утратит свою остроту, как раз наоборот. Честное сражение отличается большей остротой и драматизмом, и это то, что мы ожидаем увидеть, отправляясь на стадион, это то, ради чего живут некоторые люди. И вот что приходит мне в голову: если Капелло не воспользуется своей широчайшей известностью и не подаст своего твердого голоса против всегда существующей угрозы коррупции в футболе, очередному Итало Аллоди останется только поджидать за углом.

Не то чтобы Моджи совершенно исчез из виду. В действительности вскоре война интересов между генеральным менеджером сборной Англии Франко Бальдини и Моджи, которые оба являются друзьями Фабио Капелло, получила новое тревожное развитие. 19 июня 2008 года, через день после 62-го дня рождения Фабио, Бальдини готовился дать очередные свидетельские показания в ходе продолжающегося расследования в отношении Лучано Моджи и компании GEA World. Вспоминая, что случилось потом, Франко утверждает следующее: «Я устал от этой ситуации. Теперь я хочу рассказать вам, что случилось внутри зала суда: Моджи подошел ко мне, поднес свой палец к моему носу на расстояние 10 сантиметров и сказал: «Добрый день, кусок дерьма, будь осторожен, потому что таким образом ты плохо кончишь». Я ответил: «На твоем месте я бы не усугублял своего положения».

Бальдини зашел в зал суда, где судья спросил его, что именно игрок по имени Давиде Байокко предположительно сказал ему пять лет назад. Оставив свои наиболее яркие обвинения на конец, Франко просто начал повторять свои показания: Байокко, бывший в то время игроком «Перуджи», сказал ему, что агентство GEA вынуждает его на сотрудничество, и только в этом случае он сможет перейти в «Ювентус» (позже Байокко настаивал, что никогда не говорил Бальдини подобных вещей). В июне 2008 года Франко сказал судье, что хотя он и уверен в общем смысле сказанного Байокко, он не сможет вспомнить точных его слов, ведь с того момента прошло так много времени. Информационная бомба взорвалась тогда, когда Бальдини отважно добавил суду, что, однако, прекрасно помнит в точности слова, относящиеся к более позднему инциденту с Лучано Моджи, произошедшему лишь несколько минут назад. Франко повторил суду все сказанное Моджи и проинформировал его о том, что журналист Corriere dello Sport, Этторе Инторциа, был тому свидетелем и готов все подтвердить.