Чтение онлайн

– А это лицо?

– Именно лицо... Я встретил на пляже девушку. Необычный профиль. Посмотри в этюднике, он там, на столике, а я пока вымою руки.

Он пошел в ванную. Тин села в кресло, рассматривая рисунки.

Из двадцати с лишним эскизов, сделанных в это утро, более чем две трети изображали одну и ту же молодую женщину. В основном это были рисунки головы, хотя встречались наброски и в полный рост. Девушка была очень стройной, но особенно привлекали ее сияющие радостью глаза. Она не отличалась классической красотой, но как бы олицетворяла собою буйную, всепобеждающую юность.

– Я снял ее киноаппаратом, - бросил Джор, останавливаясь за спиной жены.
– Можешь убедиться, как она выглядит в жизни.

– Ты даже снял ее?

– Тебя это удивляет?

– Нет, по-моему, модель воистину необычная.

Она в задумчивости смотрела на эскизы.

– Что мы знаем об окружающем нас мире?..

– Почему ты заговорила об этом именно сейчас?

– В Веронском порту и здесь, в Сиднее, все считают меня опытным капитаном, - продолжала она, не отвечая на вопрос.
– Это смешно. Мой настоящий жизненный опыт, опыт, который я могу связать с конкретными, относящимися к определенному событию воспоминаниями, охватывает всего лишь неполных пять месяцев. Из них почти четыре месяца - пребывание на Желтом Якубе. Это нелепо, правда, Джор?

Джор сел рядом с Тин и нежно взял ее за руку.

– Это в тебе говорит обида. Я никогда не видел тебя в таком состоянии. Скажи, что тебя расстраивает?

– Не знаю... Так что-то нахлынули на меня мысли о том, что все-таки... плохо не знать о себе... всего.

– Что вдруг на тебя нашло? Ты же понимаешь, что это не имеет никакого смысла.

– Я всегда боялась, что может прийти день, когда я начну жалеть...

– О чем? Ты говоришь вздор.

– Алл утверждал, что у нас никогда не появится желания узнать о той жизни. Его машины внушили нам это. Но он не смог предусмотреть всего...

– Это ребячество, наивное любопытство.

– Нет. Это нечто большее. Это неуверенность...

Он со страхом посмотрел ей в глаза.

Внизу неожиданно раздался звонок видеофона.

– Это, наверное, Хеб, ко мне, - сказал Джор, вставая.

Тин тоже встала.

– Приготовлю обед.

Она прошла в столовую и, достав несколько банок консервов, заложила их в кухонный автомат. Когда она вынимала наполненные тарелки, в дверях появился Джор. Его глаза светились радостью и возбуждением.

– У нас вечером будет гость, - с таинственным видом сказал он.
– Ты даже не сможешь угадать кто.

Она ощутила в горле неприятную спазму.

– Кто-нибудь от Алла?

– Нет. Ты знаешь, кто такой Фери Ган?

Она чуть не уронила на пол тарелку.

– Знаменитый телерепортер. Его называют Кишем [Эгон Эрвин Киш (1895-1948) - чешский писатель, один из наиболее выдающихся репортеров мира] нашего времени. Он, несомненно, заинтересовался моим "Южным солнцем". Это человек, который может сделать меня знаменитым художником, если только захочет написать что-либо о моих работах или сфотографировать их.

– Ты думаешь, что он решил посетить нас в связи с тем, что увидел твои картины в Весенней Галерее?

– А почему еще?

– Этот человек был на Желтом Якубе.

Джор не понял смысла слов Тин.

– Ну и что же? Если Алл обратил его внимание на меня - тем лучше. У нас будет еще одна причина быть благодарными профессору.

Было бы жестоко развеять иллюзии Джора.

"А стоит ли вообще говорить ему о подслушанном разговоре?" - подумала она устало.
– "Может быть, так лучше?"

3

Фери Ган приехал в 20 часов. Он был, как всегда, красноречив. Посмотрев красочные эскизы к старому и новому проектам "Южного солнца", он высказывал свои замечания с большим знанием дела и, несмотря на скупость похвал, полностью завоевал симпатии Джора. Он тоже обратил внимание на необычное лицо девушки с пляжа. Ни о Желтом Якубе, ни о цели своего визита он не обмолвился в мастерской ни словом, и Тин с беспокойством ждала момента, когда они сядут ужинать.

Она не ошиблась. Ган хотел войти в доверие к Джору, чтобы вызвать его на откровенность. Однако она не ожидала, что он поставит вопрос так открыто и в то же время ловко, что Джор сам поможет ему.

– Не знаю, догадываетесь ли вы, чем вызван этот мой визит к вам, сказал он, когда они сели за стол.
– Волей случая я летел на той же ракете, которую вели вы, капитан, и вспомнил, что видел вас на Желтом Якубе. Не пытайтесь это отрицать, так как я видел там также и вашего мужа и абсолютно уверен в этом. Все, что связано с работами Алла, чрезвычайно интересует меня. В управлении порта я узнал, где вы живете и кто ваш муж. Скажу откровенно - и прошу вас не сердиться на меня за это, - что в основном я хотел говорить с вами о Желтом Якубе. Однако теперь, когда я увидел ваши работы, положение коренным образом меняется.

– Слушаю, - Джор неуверенно взглянул на гостя.

– Я готовлю цикл телерепортажей под рабочим названием "Портреты людей нашего времени" и, если вы разрешите, представлю в них эволюцию вашего "Южного солнца". Я отнюдь не считаю первоначальный проект стенных панно для Радужного Дворца плохим или слабым, как вы это утверждаете. Ему недостает только того, что связывает все элементы в единое целое. Именно этого вы и достигли в своем новом варианте композиции. Я хотел бы на конкретном примере показать зрителям рождение и преображение творческого замысла в жизни художника. Вопрос о Желтом Якубе я целиком оставляю в стороне. Я знаю, что все возвращающиеся из санатория Алла не любят об этом говорить. Поэтому я не буду вытягивать из вас никаких признаний, поскольку это было бы нечестно с моей стороны. Позволите ли вы время от времени прилетать к вам, чтобы с киноаппаратом наблюдать за вашей работой?

– Конечно, я буду очень рад, - с нескрываемым удовлетворением ответил Джор.
– А что касается Желтого Якуба, то мы действительно неделю назад приехали оттуда. Там как раз и родилась моя первая идея "Южного солнца". Этот заказ достал для меня Алл. Кстати, мы ничего не имеем против, если вы будете расспрашивать нас о пребывании на Желтом Якубе. Мы расскажем вам все, что можно. Правда, Тин?

Она кивнула, подумав одновременно: "Какой же Джор наивный".

– А разве профессор не обязал вас сохранять тайну?
– спросил Ган.

– Ну, конечно, само собой разумеется, что некоторые факты не должны стать общеизвестными.

– Значит, вы соглашаетесь на опубликование некоторых ваших высказываний?

Джор смешался.

– Смотря каких и в какой форме.

– Об этом вообще нелегко говорить. Особенно нам, - вмешалась в разговор Тин.
– Проблема не в публикации. По-видимому, этого не понять тем, кто сам не был на лечении у Алла.

– Я уже сказал, что не хочу ничего у вас выпытывать.

– Да нет, пожалуйста, спрашивайте, - ободряюще сказал Джор.
– Я вас слушаю.