Чтение онлайн

Те, с кем отчаянно рубился светлокожий чужак входили в число лучших.

– Потому он и выбрал их, пресветлый эмир, - шепнул из-за спины бесцветный голос.

Эмир Юзух с трудом унял порыв немедленно обернуться.

Усилием воли он заставил себя не шелохнуться и остался стоять у окна, с интересом наблюдая за рубкой. И все же по спине его прошел холодок, как бывало всякий раз, когда он оказывался в одной комнате с Батой Мягкоголосым, Главным-над-Шептунами.

Мимолетный укол страха тут же сменило раздражение.

“Он проникает даже в мои мысли, - с неприязнью подумал эмир.
– Когда-нибудь я отдам приказ удавить пса… Когда-нибудь. Не сейчас… как только перестану нуждаться в его услугах”.

– Я видел много славных бойцов, но никто из них не мог продержаться так долго против четырех искусных противников, - произнес владыка Варкаташа ровным голосом.
– Он достоин восхищения.

– Ваших славных маджруков сдерживает страх искалечить его. В противном случае даже этот чужеземец был бы уже изрублен на куски, - откликнулся Бата.
– Но он действительно на удивление хорошо обращается с саблей.

– Я полагал, его руке более привычен прямой клинок. Шпага, - он произнес слово на уранийском языке.
– Кажется, они так называют свое оружие? Светлокожие предпочитают колоть, а не рубить.

– Со шпагой он будет упражняться после обеда.

– Он упражняется дважды в день с разным оружием?
– эмир, наконец, позволил себе повернуться и внимательно посмотрел на Главного-над-Шептунами.

Бата немедленно переломился в поясе, подметая длинными рукавами одежд мозаичный пол дворца владыки.

– Трижды, пресветлый эмир, - сказал он, выпрямившись.
– Вечером приходит очередь копья. Кроме этого он с утра пробегает четыре лиги и дважды переплывает озеро Хаши, а также упражняется в своих палатах с грузами. Люди говорят, в его жилах кипит кровь дэвов - она не дает ему успокоиться и перевести дух.

– Человеку нужен веский повод, чтобы так истязать свое тело, - не скрывая удивления, покачал головой эмир Юзух.

– Он не истязает, но упражняет его. Готовится убивать.

– Кого же?

На короткое мгновение бесстрастное лицо Баты Мягкоголосого оживилось: пухлые губы евнуха тронула зловещая, почти змеиная ухмылка.

– Любого, на кого ты пожелаешь его спустить, пресветлый эмир.

– Он не похож на цепного пса, - покачал головой владыка Варкаташа.
– Скорее на горного льва.

– И, тем не менее, у вас есть кость, ради которой чужак будет плясать на задних лапах. Точнее, костяная статуэтка - точеная и прекрасная. Способная сделать честь любому гарему. Пришло время напомнить ему об этом.

Бата вновь склонился в поклоне, одновременно протягивая своему повелителю кусок ярко-оранжевой материи. Больше всего он напоминал одну из тех ярких лент, которыми украшали свои волосы бесстыдные женщины севера и запада.

– Он так мало помнит о своем прошлом, что даже тени напоминания будет очень много, - губы евнуха растянулись в улыбке.

– Кость, говоришь. Но есть ли она у меня?
– задумчиво пробормотал Владыка Варкаташа.

– Какая разница?
– пожал плечами Бата.
– Он же этого не знает…

Эмир Юзух принял подношение и отошел от окна, задумчиво комкая ленту в кулаке.

– Что ж, да будет так! Прикажи позвать чужака в мои комнаты…но только пусть сначала ополоснется. Я не выношу, когда эти западные варвары воняют потом!

– Будет исполнено, пресветлый эмир.

Бата отступил к дверям, выкрикнул несколько коротких распоряжений и вновь вернулся к своему повелителю. Эмир Юзух тем временем отошел от окна, опустился в глубокое резное кресло и рассеянно мял в кулаке ленточку. На лице его лежала печать задумчивости.

– Я вновь и вновь обдумываю твое предложение, Бата. И, признаюсь, червь сомнений точит мне сердце … разумно ли мы поступаем, намереваясь отправить свирепого льва туда, где больше подошла бы хитрая ласка?
– задумчиво пробормотал эмир Юзух, по привычке поглаживая бороду.
– Я верю, что этот варвар умеет убивать, но достанет ли ему умения хитрить и притворяться. Ты сам говоришь, рана на голове серьезно подействовала на него.

– Да, у него есть провалы в памяти, он путает имена и, по собственному признанию, не всегда может вспомнить лица, которые всплывают перед его глазами, - кивнул Бата.
– Но, возможно, это к лучшему. Человек, путающий прошлое с настоящим больше других заинтересован в том, чтобы обеспечить ясность хотя бы в будущем. А для него эта ясность наступит только после выполнения вашего задания.

– Но если он попадет в руки моих врагов…

– То будет молчать и умрет. Да и что ему рассказать? Он с трудом вспомнил даже свое имя. Вместе с тем, он умеет приспосабливаться к обстоятельствам. Даже свое пленение он превратил в процесс подготовки. Именно такой нам и нужен: человек, способный действовать по обстоятельствам, проявляя инициативу там где нужно, - зашелестел Бата, улыбаясь своим мыслям.
– Человек, которого не знают соглядатаи вашего могущественного брата. Человек, которого нельзя перекупить…

– Купить можно любого, - ворчливо произнес эмир.
– Это вопрос цены!

– Трудно купить того, одержим лишь одним желанием, которое известно только вам, и которое только вы можете утолить… - Бата пожал мягкими покатыми плечами.
– Наконец, он светел лицом и волосом, и в нем трудно будет опознать нашего эмиссара. У вас не так много преданных агентов, чья наружность не выдает принадлежность Тортар-Эребу. И, главное, я повторю, о нем не знают шептуны Великого султана.

– Но зато знаешь ты. Ты и твои люди!
– эмир Юзух иб Уса прищурился.
– А ты разве не служишь моему брату, верный Бата? В таком случае, почему пресветлый пребывает в неведении?…

Выдержать раскаленный взгляд эмира было нелегко, но Главный-над-Шептунами справился с этим.

– Ныне я здесь именно потому, что служу вашему брату, - с тихим достоинством произнес он.
– Не меньше вашего я хочу знать, во что - в какую игру - втянулся Великий султан, и какую цену придется заплатить за это государству… которое рано или поздно должно отойти вам. И я хочу, чтобы оно отошло могущественным и прекрасным.

Эмир продолжал пытливо смотреть на главного шпика султаната, но взгляд его несколько смягчился.