Чтение онлайн

Вместо ожидаемого им триумфа последние полчаса он терпел побои и унижения от рук и ног маленькой девочки, а его самого бросало по всему восточному континенту настолько, что Хирузен уже успел потерять счёт тому, сколько гор его отправленное в полёт тело успело пробить.

«К сожалению, буйствующая чакра при открытии Восьми Врат становится почти неконтролируемой, — мысленно проворчал Третий Хокаге, — А потому я смогу поддерживать их открытие и одновременно удерживать внутри себя Чакру Шести Путей и Чакру Тенсейгана только в течении одной секунды! А если эти два типа чакры будут утеряны, то даже с полностью открытыми вратами, я окончательно превращусь в игрушку для битья в глазах этого ребёнка»

Издав решительный вздох, Хирузен сжал руку в кулак и нанёс удар в сторону летящей по направлению к нему Фуу, а его тело, ранее погребённое внутри обломов разрушенной горы за мгновение до этого взмыло вверх, замерев примерно в километре от поверхности земли.

Отныне Фуу, что прежде двигалась со скоростью, которая казалась Третьему Хокаге почти недосягаемой, теперь в его глазах была больше похожа на муху, застывшую в меду.

«Удар Короля Обезьян!» — воскликнул Хирузен в своём уме, наслаждаясь текущей внутри его мышцам силе, что в тот момент казалась ему почти неудержимой.

Наконец, когда кулак Третьего Хокаге сдвинулся с места, весь мир содрогнулся.

Пространство и время перед ним буквально раскололось, разбившись вдребезги, словно стекло. И в тот же миг окружающий кулак Хирузена воздух воспламенился, а составляющие его молекулы растворились в ядерном взрыве…

Тогда, менее чем за секунду, десятая часть континента была уничтожена и не менее половины его жителей погибло в течение следующей минуты, либо от ужасного жара или от ударной волны и радиационного излучения.

В океане, от которого Третьего Хокаге отделяло почти два десятка километров, поднялись гигантские волны, что нанесли морским побережьям по всему миру колоссальные разрушения.

Сооружения, созданные руками человека, содрогались и наполнялись трещинами так же как и горы, многие из которых пострадали от поразивших планету стихийных бедствий.

Именно так, один единственный удар одного старика изменил мир, отдаваясь далеко идущими последствиями на протяжении десятилетий…

Однако всё это не волновало Сарутоби Хирузена. В тот момент он торжествовал и наслаждался силой, а также тем, что он лично считал безоговорочной победой. Таким образом, будучи уверенным в том, что его враг повержен, Третий Хокаге закрыв Восьмые Врата, совершив подвиг, который даже Майто Гай и его отец прежде считали невозможным. Впрочем, для него, это был всего лишь результат пяти дней и пяти бессонных ночей усердного труда со стороны Орочианко. Именно её он и заставил изобрести технику, специально предназначенную исключительно для мгновенного закрытия каждого из Восьми Врат.

— Великолепно! — прокричал он, издав торжествующий рёв, — Я сильнейший и никто не смеет противостоять мне! Весь мир — мой. Отныне я… Кха!

К сожалению для себя, Третий Хокаге был не знаком с плохими тропами, которые управляли миром «Наруто». Иначе он никогда бы не произнёс настолько провокационные слова… Следовательно, не обрёк бы себя на ужасную судьбу, которая во многих отношениях была для него даже хуже, чем сама смерть.

— Кха! Кха! Кха! — кашлял он, выплёвывая из своего обезьяньего рта остатки собственных лёгких.

Опустив голову вниз, ему без особого труда удалось заметить пронзившую его волосатую грудь со спины цепь, которая росла буквально из пустоты.

Благодаря поглощению того, что Учиха Итачи назвал «духовным соком Менмы» тот Мангекью Шаринган, который отныне принадлежал Узумаки Хоноке, внезапно мутировал.

Именно ей и досталась большая часть той силы, которую содержала в себе система каналов чакры главного героя из другого мира. И это, как оказалось значительно усилило Камуи, позволив ему создавать пространственные проходы, соединяющие две точки пространства, тем самым образуя подобие портала.

То искажение в форме спирали, похожее на зарождающуюся чёрную дыру отныне исчезло. Теперь перенос чего-либо в пространство Камуи и обратно не занимало и секунду, по сути, проходя «мгновенно», а потому эта техника теперь почти не имела своих прежних недостатков, и даже лимит времени на её использования был расширен с пяти минут до получаса.

— Почему… почему, так больно?! — яростно прохрипел Третий Хокаге, когда его тело начало стремительно уменьшаться в размерах, пока спустя примерно пять секунд не вернулось вначале в форму накаченного старика, а затем и в форму обычного старика-гнома, больше похожего на страдающую от облысения обезьяну, чем на человека.

В тот момент его тело, словно вопило от боли, страдая в сокрушающей разум агонии, превосходящей даже то, что Хирузен был вынужден испытать во время открытия Восьми Врат.

Ему казалось, что каждый миллиметр его нервов сгорал заживо. Однако Третий Хокаге ничего не мог с этим поделать…

Он даже не смог сдвинуться с места из-за бушующей внутри его тела «божественности Смерти». Её и впрыснула в его плоть Хонока, желая тем самым

ускорить процесс извлечения души, а также предотвратить регенерацию, что в противном случае могла бы возникнуть из-за эффекта улучшенной техники Нечестивого Воскрешения.

Даже способность Хирузена управлять чакрой, оказалось частично запечатана из-за пронзившей его тело золотой цепи, жадно высасывающей её вместе с природной энергией, поглощаемой через обезьяний хвост, ранее принадлежавший призывному зверю Третьего Хокаге.

— Ты действовала недостаточно осторожно, — посетовала старшая сестра Таюи, вылетая из невидимого пространственного искажения Камуи, расположенного прямо за спиной Хирузена, — Хозяин будет разочарован.

— Я конечно благодарна тебе за спасение, но я, не нуждаясь в нравоучениях, особенно от такой порочной шлюхи, как ты, рабыня-чан! — огрызнулась Фуу, тело которой появилось из портала следом за Хонокой.

Она, так же как и её спутница, парила в воздухе, но в отличие от Хоноки, чьё выражение лица казалось совершенно равнодушным, Фуу смотрела на всё вокруг себя с раздражением и вызовом. Естественно, причина такого настроя состояла в том, что её бой с Третьим Хокаге, показался ей совсем не удовлетворительным… Особенно его финал, который прошёл без непосредственного участия самой Фуу.

Пока они обменивались словами, Сарутоби Хирузен окончательно лишился не только сил, но и своей души, а его тело повалилось на землю, словно марионетка с обрезанными нитями. И когда труп старика врезался в обожжённые обломки совсем недавно ещё величественной горы, Фуу не удержавшись, плюнула ему вслед, с поразительной точностью, удачно попав в один из распахнутых в приступе шока глаз старика. Тогда же она случайно заметила, что из-за действий Хоноки они уже успели почернеть от гнили, также как и большая часть кожи умершего Хокаге.

— Ты можешь насладиться пытками души этого злодея, после того, как мы узнаем, куда пропал Итачи-сама! — укоризненно напомнила ей Хонока, чьё лицо внезапно приняло до крайности обеспокоенное выражение.

— Хн! — произнесла в ответ Фуу, задрав нос, словно чистокровный член клана Учиха.

Затем, громко фыркнув, она добавила:

— Я и не нуждаюсь в напоминаниях!

Хонока ничего не ответила, лишь молча кивнула с покорным видом. Следом за этим, она протянула руку в сторону трупа Третьего Хокаге, мысленно призывая вложенную в него «божественность смерти», прежде чем повернуться, влетев в незримый портал, ведущий обратно в пространство Камуи.