Фальшивый Итачи
Шрифт:
И когда труп Хатаке начал своё падению в сторону моря, Кёске стал новой жертвой. Он потратил немало времени на подготовку мощной атаки, которая, по его мнению, должна была закончить этот бой и лишь чудом смог хоть как-то отреагировать на появившуюся, словно из неоткуда цепь Хоноки.
Однако многолетний боевой опыт не был какой-то шуткой и тоже сыграл в этом огромную роль. Инстинкты старого ниндзя также совсем не притупились, а его интуиция оставалось, как никогда ранее острой.
Таким образом Кёске сумел отреагировать на возникшую позади него золотую цепь… Он взмахнул своей сковородой, удар которой исказил само пространство и время, разрушив не только портал, но и заострённый конец призванной Хонокой цепочки. И именно так подготовленная им техника оказалась потрачена всего за две секунды до того, как Кёски удалось её полностью сформировать.
Узрев всё это, Саске и Даруи смогли вздохнуть с облегчением. Ведь потеря Какаши, хотя и была проблемой, в конце концов, не изменила бы результат этого сражения. По их мнению, пока они сами, а также Кёске были живы, то рано или поздно, им представиться шанс для победы. В конце концов, насколько им было известно, пожилому ниндзя был нужен только один единственный удар…
«Наша чакра не имеет пределов и восстанавливается мгновенно, — кивнул в ответ на собственные мысли Саске, — но их — нет. Сможет техника Мурабоши-сенпая достичь успеха или нет в действительности не имеет значения, ведь рано или поздно, их энергия иссякнет. И когда это случится, мы одержим победу»
С другой стороны, Даруи был далеко не так оптимистичен. Он ясно помнил, что его собственный Режим Мудреца не мог продлиться дольше пяти минут, а потому мысленно приготовился к смерти.
Учиха Саске, конечно же не знал об этом из-за того, что Даруи не желал уведомлять его о собственных слабостях и даже не думал, что это имеет значение.
Причина в том, что в его распоряжении также находилась запретная техника по названием Проклятая Молния, что была разработана им самим.
Проклятая Молния разрушала Систему Каналов Чакры своего пользователя, а затем использовала образовавшуюся в результате её распада энергию для проведения атаки, которая по мнению Даруи могла превращать планеты в пыль. И у него будет только один шанс, потому что созданная им техника лишит его самого способности использовать чакру.
Но будь, то разрушение Скрытого Облака или же те пытки, которые сам Даруи пережил в лаборатории Хируко — всё это по его мнению была вина одного и того же человека. И Даруи желал применить Проклятую Молнию против тех, кого он считал пособниками того, кого Мудрец Шести Путей объявил главным виновником всего зла в этом мире. Впоследствии, обдумав это заявление, Даруи едва не стал самым праведным последователем предательского сына Кагуи.
К сожалению, недавние события заставили его пропитаться пессимизмом. От этого ему совсем не верилось, что у него самого есть шансы убить Итачи лично. В конце концов, Ооцуцуки Хагоромо рассказал Даруи слишком много всего о том, что тот сделал, а потому темнокожий мститель быстро потерял уверенности в победе…
Так или иначе, но только вспомнив о том, что его главный враг тоже не был лишён слабостей, он приободрился. Не потратив и минуты, Даруи сумел убедить себя в том, что смерть всех, кто хоть сколько-то дорог Итачи тоже можно воспринимать как форму правосудия. Таким образом, он нацелиться на кого-то другого, кто был бы важен для Итачи, но не был бы также силён, как «главный виновник всего зла в этом мире».
И также как и Какаши, Даруи придерживался твёрдых убеждений и не остановился бы не перед чем, чтобы достичь своей цели — мести.
Он был буквально готов пойти на всё, чтобы причинить Итачи хоть какой-то ущерб…
И если не физической ущерб, то хотя бы ментальный… Даже вне зависимости от того насколько большим и серьёзным он будет…
Впрочем, без ведома кого-либо ещё, всё это было лишь частью стратегического манёвра Хоноки. Прежде Итачи предупреждал её о том, что Ооцуцуки Хагоромо или же предположительно управляющий им жаба-мудрец, имеют провидческие способности. Это означает, что их рабы в лице Саске, Даруи, Какаши и Кёски могут иметь определённое представление о возможностях Хоноки, Карин и Фу от этих двоих…
Отсюда следуют, что введение этих врагов в заблуждение может быть ключом к успеху в борьбе с ними. Потому что, как сказал Хоноке Итачи, никто не всеведущий…
«Даже если они могли бы увидеть то, что происходит за пределами моего Божественного Измерения, — сказал тогда Итачи, — они точно не смогут увидеть то, что происходит внутри него… А ещё, сразу после возвращения с Земли, я позаботился о том, что наблюдать за тобой, Карин, Фуу, Хируко и Амадо без моего одобрения было бы далеко не так уж и просто, поместив небольшое количество собственной чакры в ваши тела, чтобы хотя бы узнать, когда старая жаба-мудрец снова решит поиграть в вуайериста»
Старшая сестра Таюйи приняла эти слова близко к сердцу. И именно на их основе, она разработала план по быстрой нейтрализации своих противников.
Хотя Хонока и допускала, что враги могли знать о её и Карин силах и навыках, доступную им информацию нельзя было назвать полной. В конце концов, отныне они были связаны с Божественным Измерением, как апостолы Итачи. Из этого следует, что часть его особенностей, а именно защита от «гадания» и «прорицания» теперь распространяются, в том числе и на Хоноку, Карин и Фуу…
А потому, Какаши, Даруи, Саске и Кёске ничего не знали о клонах стихии дерева, которых могла создавать старшая сестра Таюи…
«Я могу призвать только одну запечатывающую цепь и по сравнению с десятками или даже сотнями цепей Карин, силу моей родословной едва ли можно принимать всерьёз, — холодно размышляла она, анализируя воспоминания из захваченной ей души Хатаке Какаши, — И память этого человека только подтверждает мои прежние догадки… Они знали многое, но их сведения устарели»
Однако доступна Хоноке была одна цепь или две — не имело значения. В конце концов, клоны стихии дерева были способны использовать силы всех родословных, которыми обладали их создатели. Фирменные цепи клана Узумаки также не находились за пределами досягаемости их потенциальных возможностей, ровно как и Мангекью Шаринган.
Правда, в том, что в пространстве Камуи, которое отныне было подконтрольно Хоноке, благодаря Мангекью Шарингану, изъятому из глазниц Менмы, находились тысячи созданных ей с помощью стихии дерева клонов. И каждый из них был более чем способен произвести по одной запечатывающей цепи и открыть портал обратно во внешний мир.
И хотя, никто из них не имел собственной «божественности» дарованной Хоноке Итачи или не владел персональным Богом Смерти, эти клоны всё равно могли обменять качество на количество. И это был факт, в котором врагам Хоноки было суждено убедиться на собственном горьком опыте, когда тысячи невидимых порталов открылись, и равное им по численности количество золотых цепей хлынуло из них в реальный мир.
Даруи и Кёски оказались мгновенно погребены под ними и захвачены. И если бы не пространственная сила Камуи, то заострённые наконечники, этих цепей, были бы попросту не способны даже пронзить их кожу. В конце концов, они считались бы откровенно слабыми по меркам процветающего в былые времена клана Узумаки, однако благодаря эффекту Мангекью Шарингана цепи Хоноки проигнорировали прочность, напрямую проявившись внутри тел своих жертв, буквально разрывая их постоянно регенерирующую плоть на части. И это происходило каждые раз, когда модифицированная техника Нечестивого Воскрешения пыталась вернуть их в идеальное состояние.