Чтение онлайн

Когда на лестнице показалась Марта, я нагнал её и зацепил плечом – легонько, только чтобы привлечь внимание, она приостановилась и я сунул ей записку в карман.

В записке я просил о встречи в библиотеке, в малом зале, на большой перемене. Я подписался.

Она пришла. В зале было пусто – все были на обеде.

– Привет, – я поторопился начать разговор, пока храбрость меня не покинула.

– Привет, – как всегда по лицу Марты ничего нельзя было прочитать.

– Я бы хотел спросить тебя… – мой голос звучал чуть выше, чем обычно, и это жутко раздражало, – … ты не хотела бы пойти со мной на зимний бал?

Всё, сказал. Гора упала с плеч. Весь предыдущий вечер я репетировал одну-единственную фразу. На самом деле приглашали всегда меня, а я только говорил: «да», «хорошо», «с удовольствием». Оказалось, это сложнее, чем выглядело на первый взгляд. Не просто сказать, но казаться при этом спокойным и уверенным.

– Нет, – ответила Марта ни чуть не смутившись.

Я открыл рот – хотел в голос удивиться, тут же постеснялся своей слишком откровенной реакции: она увидела, что я никак не ожидал отказа и теперь был ошарашен.

Смутился, щеки тут же покраснели.

– Ладно, – не зная куда себя деть, сунул руку в карман, другой растер шею и попытался увернуться от её взгляда. – Тогда я пошел. Пока.

Из малого зала я вылетел ветром. Лицо горело. Я злился. Почему нет? Почему я не спросил о причине? Духи! Я просто… просто… Хорошего слова чтобы отругать себя не приходило на ум.

Я всегда отличался собранностью, расчетливостью, умел мыслить здраво, а не сгоряча. Теперь что не так?

На самом деле я уже знал ответ на этот вопрос, но ещё не был готов признаться сам себе.

И ещё я никак не понимал, как Марте удается всегда держать себя в руках?

Я всегда считал чувства слабостью, зависимостью от другого. Уязвимостью перед всеми и отсутствие контроля над собой. Но Марта вела себя так, будто на голову выше моих неумелых поползновений, при том, что сама откровенно призналась мне. И все эти годы немого обожания служили тому доказательством. Я ведь видел её взгляды, улавливал отголоски чувств направленных в мою сторону. Я верил в их подлинность.

Так как ей удавалось сохранять спокойствие?

Я разозлился на Марту. Ещё не дошел до пустующего кабинета – там должно было пройти следующее занятие, на обеде в таком раздрае нечего было появляться, – как уже корил себя за то, что посчитал, будто Марта из-за своих чувств чуть ли не обязана сказать да, и радоваться моему приглашению.

Ну и кто я после этого?

Сам себе показался жалким, поверхностным, малодушным ловеласом возмутившимся отказом.

Я перестал злиться на Марту.

Стал злиться на себя.

Филипп позвал меня на бал. Он был таким милым, когда приглашал. Взволнованный, смущенный, трогательный. У меня от удовольствия засосало под ложечкой – никогда не забуду его открытый ранимый взгляд в этот момент.

Естественно, он хотел отблагодарить меня за помощь с огнем. Он почти сиял, когда заклинание ему удалось и, вдохновлённый собственным успехом, хотел поиграть с огненной стихией ещё.

У него всё получится, я не сомневалась. Но класть свою нежную шею на плаху общественного мнения из-за такого пустяка не стоило. Он был, конечно, слишком добр и, должно быть, хотел отплатить, однако я не могла принять этой жертвы.

Кажется, мой отказ его расстроил – он сбежал. Наверное, нужно было поблагодарить за оказанную честь. Вдруг он не так меня понял и подумал, будто я не хочу.

Нет, это было слишком невероятным, чтобы поверить, но всё же я увидела его сильнейшее волнение и надеялась, что не я стала тому причиной. С другой стороны, никого больше там не было.

Я догнала Филиппа в кабинете. Подошла сзади и положила руку на плечо. Парень вздрогнул и отпрыгнул.

– Духи, Марта!

– Прости, что напугала, – я расстроилась и приняла истинно покаянный вид.

– Ты очень тихо ходишь, – примирительно заметил он и сделал небольшой шаг ближе, кажется, стараясь показать, что хоть я его и напугала, как тогда, на дороге, сбегать он не станет.

– Прости.

– Не извиняйся. Не твоя вина, что я не заметил. Ты что-то хотела?

– Да, хотела спросить, почему ты расстроен?

Золотистая бровь Филиппа чуть поднялась.

– Думаю, всё очевидно. Получить отказ от девушки неприятно.

– Филипп, ты же понимаешь, что явиться со мной на бал – значит стать предметом насмешек и издевательств до конца обучения.

– Вздор, – парень упрямо вздёрнул подбородок.

– Ничего не вздор, и ты сам прекрасно это знаешь. Я не могу позволить, чтобы твоя благодарность зашла так далеко.

– Благодарность? – На лице парня отразилась озадаченность.

– Я понимаю, что ты благодарен мне за помощь с огнём, но мою репутацию тебе не исправить, а вот погубить свою ты можешь с лёгкостью, явившись на бал под руку со мной.

Парень всё ещё блуждал взглядом по моему лицу и только погодя произнёс:

– Значит, благодарность.

Теперь не понимала я.

– Твоего спасибо мне было бы более чем достаточно. О большем я не могу и мечтать.

– Прости, Марта, я сегодня как-то особенно медленно соображаю. Ты имеешь в виду, что не хочешь идти со мной на бал, потому что это повредит моей репутации?

– Конечно, – я подтверждающе кивнула.

– Понятно.

На этом разговор пришлось закончить. Снаружи послышалось отдалённое эхо шагов и мы разошлись по разным углам.

Филипп продолжал вести себя, как и всегда, за исключением того, что все оставшиеся свободные дни, с раннего утра, мы продолжали работать в библиотеке вместе.