Чтение онлайн

— Именно, — царственно выпрямившись, Драко надменно взглянул на него. — И если ты будешь держать рот на замке, я не скажу, что ты — один из темных магов, скрывающихся в Хогвартсе.

— Я не темный! — взревел Хагрид, нависнув над Драко. — Ты все врешь!

— Когда это останавливало Скитер? — юноша улыбнулся и пробежался рукой по волосам. — Ты же не думаешь, что твоя воображаемая анонимность защитит тебя от меня?

Он не ждал ответа, и был прав — Хагрид поспешил отойти к студентам, уже начавшим собираться возле гнезда гидры. Улыбка Драко немедленно исчезла. Он сразу понял, кто рассказал Скитер о том, что он едва не убил Филча. Из немногих осведомленных только Хагрид мог быть настолько глуп, чтобы разболтать все прессе.

Весь следующий час он провел в напряженных размышлениях о том, что будет говорить, то барабаня пальцами по столу, то расхаживая туда-сюда.

Темные маги не зря никогда не пытались возражать своим обвинителям. Разве они никогда не совершали ночных рейдов, не крали еду, не проклинали ни о чем не подозревающих волшебников и не заманивали ночных путников в чащи и болота? О, еще как. Не занимались некромантией? Занимались. Никогда не служили Волдеморту? Многие служили.

Драко опустился в кресло. Сцепил ладони, закрыл глаза и глубоко вздохнул.

— Пожалуйста, — прошептал он. — Пожалуйста, помоги мне все сделать правильно.

Он велел себе подумать. Чего он хочет добиться с помощь этого интервью? Что ему нужно? Убедить родителей студентов, что он не представляет опасности для их детей. Дать им понять, что он не чудовище из сказок, что темная магия не обязательно означает зло. Что он на их стороне в войне против Волдеморта.

Волдеморт — вот на чем нужно сделать акцент. Светлые маги любят говорить «враг моего врага — мой друг». Темные маги считают такого врага инструментом, который можно использовать, но в целом смысл тот же… Драко медленно выдохнул. Теперь у него появилась уверенность, что он справится.

Двери зала распахнулись и вошла Рита Скитер. Она мгновенно устремила на юношу хищный взгляд, но Драко уже чувствовал себя достаточно уверенно, чтобы суметь справиться с приступом нервной тошноты.

— Мистер Малфой, — торжествующе улыбнулась Скитер. — Не могу передать, как меня порадовало ваше приглашение. Вы определенно взбудоражили весь волшебный мир.

— Думаю, эта честь принадлежит вашим статьям, — Драко слегка склонил голову в знак приветствия.

Занимающиеся в другом конце зада студенты заметили появление журналистки и принялись заинтригованно перешептываться. Хагрид постарался быстренько загородить им обзор и нервно оглянулся на Драко.

— С нашей последней встречи прошло несколько лет, — сказала ведьма, садясь напротив Драко. — Вы изменились.

— Время меняет все, — отозвался юноша. — Должен признаться, пока продолжался ваш творческий отпуск, мне не хватало ваших статей.

Ее улыбка сделалась осторожной.

— Ну, нам всем нужно отдыхать время от времени.

Она вытащила пергамент и перо, которое в ее руке с длинными наманикюренными ногтями смотрелось немого странно.

— Дамблдор предупредил, что я не смогу пользоваться моим привычным пером, так что вам придется меня извинить, если время от времени мне придется сверяться с записями. Итак, приступим? Можете ли вы подтвердить слухи о том, что вы темный маг?

— Могу.

Удивительно, но глаза репортерши заблестели еще сильнее.

— И как давно?

Драко чуть помедлил и ответил:

— Я не превратился в темного мага вдруг, ни с того ни с сего. Точно так же я мог бы спросить вас, как долго вы были светлой. Я таким родился.

— Светлой? — переспросила она. — Так вы называете все остальное общество?

С трудом сдержав порыв ответить ей то же, что он когда-то сказал Гарри об изменниках крови и грязнокровках, он с сожалением покачал головой.

— Нет, боюсь, я просто где-то услышал это название.

— Значит, это правда, что обитатели школы знали, кто вы, еще до заявления директора?

В вопросе таился подвох. Если он ответит отрицательно, Рита потом сможет уличить его во лжи. Если положительно, может создаться впечатление, что в школе существует какой-то заговор. Поэтому Драко дал расплывчатый ответ:

— По школе ходили самые разные слухи. Какие-то из них показались некоторым студентам настолько убедительными, что они решились напасть на меня.

— Вы говорите о нападении, после которого несколько студентов Равенкло и Хаффлпафа оказались в лазарете? Я слышала, что вы наслали на них чуму, сотни ворон, и в конце старались прикончить их молнией.

— Вас послушать, так я просто великий воин, — покачал головой юноша. Он чуть было не засмеялся, но это могло произвести впечатление, что страдания нападавших забавляли его. Так оно и было, конечно, ублюдки заслужили все, что им досталось, и даже больше, но Скитер не обязательно об этом знать. — Я бы умер, если бы меня не спас Гарри Поттер, — закончил Драко.

— Нда… это не выглядит особенно правдоподобным. Никто и никогда не защищал темного мага.

— До сих пор. Гарри немало пришлось вынести и от вас, добрых волшебников, и от прессы. Полагаю, это научило его сочувствию.

— Но раньше вы с Гарри Поттером не были друзьями, — возразила ведьма. Ее глаза блестели, словно драгоценные камни в оправе очков. — Вы…

— Я знаю, как вел себя с ним, — перебил ее Драко, надеясь, что выглядит достаточно раскаявшимся. — То, что он сумел простить меня, многое говорит о его характере. Вообще-то мы даже стали друзьями. До возвращения слизеринцев этот год был ужасно одиноким. Если бы его не было со мной, все было бы намного хуже.

Было видно, что Рита не может решить, о чем спросить сначала — о внезапной перемене его отношений с Гарри, или о возвращении слизеринцев. Но колебалась она недолго, зная, что больше заинтересует ее читателей.

— Поговорим о слизеринцах, — предложила она. — Безо всяких видимых причин несколько дюжин детей внезапно исчезают на несколько месяцев, да так, что даже министерство не может их отыскать, и появляются через несколько месяцев в Хогвартсе.

— Они сделали то же, что и я в начале учебного года, — объяснил Драко. — Сбежали и спрятались от Сами-знаете-кого.

Называть Темного лорда этим прозвищем было глупо, но пока его лояльность была под сомнением, Драко не отваживался произносить имя Волдеморта перед Скитер. Но ему и не понадобилось — за невозмутимой профессиональной маской журналистки мелькнул страх.

— Я думала, что Сами-знаете-кому не нужны несовершеннолетние, — осторожно произнесла она. — По крайней мере именно так заявили представители многих семей, чтобы защитить своих детей от допросов, когда он исчез в первый раз.

— Возраст не помешал бы ему использовать детей в качестве заложников, чтобы повлиять на их родителей, — объяснил Драко. — В последний раз многие были вынуждены служить ему, словно под Империусом, именно из страха, что он убьет их детей. В этот раз мы твердо решили не допустить подобного. В ночь, когда часть Пожирателей оставила Волдеморта, несколько старших студентов Слизерина собрали всех детей сбежавших и укрылись с ними в лесах.