Чтение онлайн

— Ты не забывай о Уизли. Артур с Молли до сих пор настороженно к ним относятся, даже не смотря на то, что дополнительная защита, которую вашему дому придумала мама под руководством матери Сириуса, пропускает ЕГО, но не пропускает директора. Кстати, родители не боятся, что таким образом они компрометируют себя в его глазах? Он ведь может обо всем догадаться.

— Не думаю. Мама придумала байку о том, что дом сам не пропускает никого, включив какую-то древнюю родовую защиту. Бабушка клянется, что она и сама не в курсе, что происходит, и теперь никто кроме членов семьи в дом проникнуть не может без их особого разрешения.

Гермиона рассмеялась.

— Он не пытался снять защиту с дома?

— Пытался, но его так шарахнуло, что он успокоился и позволил Вальпурге искать ответ в книгах семейной библиотеки. Там же невооруженным глазом видно наличие черной магии, а подозревать мать в том, что она может ей пользоваться, ему никогда не придет в голову.

— Хотела бы я посмотреть на его лицо в тот момент, — улыбнулась Гермиона.

— Было довольно забавно. Сириус прям светился от гордости за маму, когда она ему рассказала.

Они разговаривали еще некоторое время, и лишь ближе к одиннадцати разошлись по своим комнатам, не дав сплетникам ни малейшего повода к очередной пошлой шутке, которых за сегодняшний день они наслушались сполна.

— Северус, ты ничего не хочешь мне сказать? — спросил друга Люциус, все еще рассчитывая заполучить имя той, которая в свое время сумела завоевать сердце сына.

— Малфой, не думаю, что тебе понравится ответ, — поморщился Северус. Со дня начала учебного года прошло два месяца, и повышенное внимание Драко к мелкой Уизли не заметил только слепой. К четверке лидеров теперь уже второго курса присоединилась не только она, но и мисс Лавгуд, и их компанию всегда можно было наблюдать либо сидящей за столом в Большом Зале, либо в библиотеке. Лонгботтом всегда садился рядом с блондинкой, Поттер с супругой, а Малфой с Уизли, и такой расклад устраивал далеко не всех. Рональд Уизли периодически пытался устроить драку, но почти всегда, к удивлению преподавателей, их останавливали близнецы. Они снисходительно относились к тому, что Драко теперь почти всегда можно было наблюдать в компании их младшей сестры, и в отличие от Рона абсолютно ничего не имели против.

— Все настолько плохо? — сжав зубы, спросил Люциус, подозревая самое худшее.

— Хуже некуда. Для тебя.

— Уизли, я полагаю.

— Да.

— Насколько сильно он к ней привязан?

— Хм... вспомни Джеймса Поттера в первые годы учебы, так вот, Драко ведет себя еще хуже.

— Дементор подери эту семейку! Почему из всех семейств магической Англии ему нужно было влюбиться в эту нищебродку Уизли!?

— Странно, что ты против чистокровной волшебницы, в то время как буквально несколько месяцев назад рассматривал в качестве невесты магглорожденную ведьму в лице Грейнджер, теперь уже Поттер.

— Грейнджер умная и сильная волшебница, а эта гриффиндорская выскочка...

— Она не на Гриффиндоре, Малфой, — перебил друга Северус, глядя на его удивленное лицо. — Да, да, ты не ослышался, мисс Уизли попала на Равенкло и теперь на пару с мисс Лавгуд борется за звание лучшей студентки первого курса.

Люциус даже дар речи потерял на несколько секунд. Уизли на Равенкло?! Это же еще более невероятно, чем Малфой на Гриффиндоре!

— Ты не шутишь?

— Нет. Мисс Уизли тоже довольно умна, магии в ней предостаточно, да и манеры, откровенно говоря, разительно отличаются от тех, которые можно было ожидать от их семейки. И еще у нее талант к зельеварению, — в голосе Северуса звучало восхищение. — Она в зельях даже сейчас переплюнет любого второкурсника, причем никогда не делает их строго по рецепту, подходя к делу творчески и с некоторой долей выдумки. Качество зелья при этом не страдает ни на грамм.

— Что-то в последнее время странное в нашем мире творится, — пробурчал Малфой. — Умный Уизли, это ж надо такое!

Впрочем, несмотря на этот факт, Люциус не хотел видеть ее в качестве своей невестки. Кто угодно, только не она.

— Люциус, язнаюпричину твоей ненависти к этой семейке, но не стоит из-за того давнего инцидента лишать Драко...

— Закрыли тему, Снейп! Я не позволю ему на ней жениться, — серые глаза полыхали гневом и ненавистью. — Перебесится и женится на той девушке, которую выберу ему я.

— Ты не видел КАК он на нее смотрит, Люциус, — попытался заступиться за крестника Северус. — Это не просто юношеская влюбленность.

— Мне плевать. Я не хочу больше добавлять эту поганую кровь в мой род, слышишь? Почему, зная причину моего отношения к Уизли, ты пытаешься меня уговорить оставить Драко в покое? Мне просто достаточно заключить магическую помолвку с каким-нибудь чистокровным семейством, и он выбросит из головы всю эту блажь в виде рыжей ведьмы...

— Люциус...

— Закрыли тему, Снейп.

Северус вздохнул. Он понимал, что Люциус никогда не переступит через свою ненависть к Уизли и никогда не забудет того унижения, которому его подвергло это семейство много лет назад, не позволив ЕМУ, наследнику древнего рода, жениться на их младшей дочери.

— Тем самым, Люциус, ты становишься ничем не лучше их самих.

— Миранда погибла из-за них, Снейп, и этого я им никогда не прощу!

— Но что, если малышка Джинни ответит ему взаимностью, Люц? — Выложил последнюю карту Северус. — Что ты будешь делать, если она будет любить его также, как и он ее? Ты позволишь повториться той ужасной истории, в которой погибла единственная сестра Артура и единственная женщина, которую ты любил по-настоящему? Позволишь сыну испытать весь тот ужас, который пережил тогда сам?

Люциус обреченно сел в свое кресло и закрыл лицо руками.

* * *

Драко был счастлив. Безумно счастлив тем, что теперь может каждый день быть рядом с ней, смотреть на нее столько, сколько вздумается, прикасаться иногда к ее руке, показывая то или иное заклинание и просто быть рядом с ней во время завтраков, обедов и ужинов. Поттер с Лонгботтомом постоянно подкалывали его этой любовью, но ему было все-равно. Он почти не обращал внимания на их смешки, когда разговаривал с Джинни. Их компания, которая в этом году увеличилась до шести человек, уже не была такой обособленной как раньше, но по-прежнему выделялась в учебе, лидируя на своем курсе в прежнем составе.

Гарри играл в команде Равенкло по квиддичу и уже принес им первую в этом году победу в матче с Гриффиндором. Всем было понятно, что их факультет, благодаря великолепной игре Поттера, вполне может рассчитывать на Кубок школы и в этом году. Профессор Снейп и профессор МакГонагалл только скрипели от зависти, когда видели их ловца в игре, но Гарри учился на Равенкло, и теперь их факультетам явно придется сойти с дистанции за Кубок на время его обучения в Хогвартсе. В учебе умники всегда выигрывали, но из-за квиддича каждый год им приходилось довольствоваться в лучшем случае вторым, а то и третьим местом. Теперь же все изменилось. Теперь Флитвик был на коне, и это обстоятельство бесило не только МакГонагалл, но и Снейпа.

— Драко, ты о чем задумался? — спросила его Джинни, сидя с ним в гостиной и делая эссе по зельеварению.

— Что?! — повернулся он к ней, тут же смущенно улыбнувшись. — Прости, Джинни. Я думал о игре и о том, что вполне возможно Кубок вновь достанется нам.

— Папа очень огорчен, что Гарри не попал на Гриффиндор, — улыбнулась она, и сердце Малфоя в который раз за вечер пропустило удар. — Хотя этого и следовало ожидать, судя по его полетам на домашнем поле, которые они устраивали при каждой встрече.