Чтение онлайн

Сделать того не получилось. Сильная рука буквально отволокла меня от девочки. Я возмущенно обернулся и удивленно замер. Это была первая орчанка, увиденная мною вживую. Для своей расы она была небольшой – лишь на полголовы выше меня, но в плечах пошире. Так что неудивительна ее сила.

Сопротивляться я не стал, потому что был уверен – сейчас в квартире случайных людей попросту быть не может.

Орчанка тут же заговорила с девочкой, причем на оркском. Удивительно, каким мягким может быть этот язык – не рычащим, а каким-то урчащим.

Через пару секунд девочка вышла из оцепенения и шустро, как маленькая обезьянка, переползла на шею зеленокожей тетки с акульим набором зубов. Похоже, орчанка владеет какими-то магическими возможностями в общении с детьми. Точнее, ее тотемный дух имеет такую направленность.

Провожая глазами эту странную парочку, я почему-то подумал об игрушке. Вроде здесь жили богатые люди, а вот на ребенке сэкономили. Предыдущие жертвы жили не так богато, да и сейфовой комнаты у них не было, но детская там была забита дорогущими игрушками. Обмозговать эту странность мне не дал Иваныч.

– Неплохо, – снизошел он до похвалы. – Осмотрись тут. Может, заметишь что-то необычное.

Если я правильно понял, ссылка меня в человейник как минимум откладывается, что не может не радовать. Так что приступим к осмотру. Правда, не уверен, что пользы будет больше, чем на предыдущем месте преступления. Так оно и оказалось. Здесь не было ни тайников, ни скрытых сейфов. Оно и понятно – зачем все это при наличии сейфовой комнаты.

Кровь и части тел постоянно сбивали с мысли, но мне все же удалось осознать ошибочность сделанных ранее выводов насчет заботы покойников о своем чаде. В детской хватало игрушек на любой вкус. Возникает закономерный вопрос: чего это она прицепилась к неказистой тряпичной кукле?

– Иван Иванович, – обратился я к стоявшему столбом посреди окровавленной гостиной гоблину. – Можно посмотреть на игрушку, которую унесли вместе с ребенком.

– Какую игрушку? – Гоблин удивленно собрал в гармошку кожу на надбровных дугах.

– Ну, тряпичную такую, – немного растерялся я.

– Бисквит! – рыкнул Иваныч, подобравшийся как гончая при виде зайца. – Ты видел у ребенка тряпичную куклу?

– Нет, – подошел орк. – Не было у нее игрушек.

Гоблин сдавленно квакнул. Скорее всего, это было какое-то ругательство на его родном языке. Он достал телефон и, дождавшись ответа набранного абонента, зарычал по-оркски.

– Пошли, – обратился он на общем, явно имея в виду нас всех троих – человека, орка и мышоура.

Спустившись вниз, мы минут десять постояли у двери в парадную, дожидаясь непонятно чего. Затем прикатил микроавтобус. Отъехавшая в сторону дверь позволила увидеть сидящую в низком кресле орчанку с девочкой на руках. Девочка все так же судорожно сжимала тряпичную игрушку.

– Ну и о какой кукле ты говорил? – как-то даже обиженно спросил Бисквит.

Я с недоумением посмотрел на спутников и понял: они просто не видят то, что сжимает в руках ребенок, а вот орчанка, скорее всего, из-за плотного контакта с ребенком прекрасно поняла, о чем идет речь. Она что-то заурчала на ухо ребенку и попробовала забрать у нее куклу.

Как только зеленокожая нянька прикоснулась к игрушке, сразу произошло несколько событий:

– Крушах! – ругнулся Бисквит, наконец-то рассмотревший тряпичную поделку.

Иваныч лишь сдавленно квакнул, а вот девочка заревела почти как гоблинская сирена.

Никакие магические умения не помогли орчанке успокоить впавшего в истерику ребенка, но гоблин, когда надо, мог быть жестким, как подошва кирзового сапога, и игрушку все же отобрали.

– Это как так? – удивлялся орк, рассматривая неказистую куклу с глазками-пуговками. – Почему мои духи не заметили ее?

– Другой вопрос, почему ее не учуял мышоур? – прищурив свои буркала, заявил гоблин. – Что скажешь, Тик-тун?

Мышоур что-то пропищал. Так как телефон был в кармане, перевода я не услышал, но и так было все понятно, особенно по реакции Иваныча:

– Да какая разница, что он смешался с запахом ребенка?! Ты должен был заподозрить неладное. В этом деле столько всего непонятного, что должна насторожить любая мелочь. Вот его насторожила, – ткнул гоблин в меня пальцем. – А тебя почему-то нет. Хотя он сопливый новичок, а ты опытный эксперт.

Подобные эпитеты в мою сторону, конечно, возмущали, но сейчас не тот момент, чтобы начинать собачиться. Вместо этого я забрал куклу у орка и, сжав ее в руках, сосредоточился. Живой силы остались сущие крохи, но попробовать стоит. Через пару секунд все стало понятно.

– Это артефакт энергии творения, – сообщил я окружающим.

Гоблин даже прекратил распекать мышоура, чтобы узнать, что я там почуял.

– И что он делает?

– Прежде всего, делает себя незаметным. А если кто-то все же его замечает, то человеку кажется, что игрушка была у него уже давно.

– И все? – Теперь вопрос пришел со стороны орка. – Что насчет связи с тенями?

– Без понятия, – пожал я плечами, но все же добавил, потому что гоблин прав – незначительных мелочей в этом деле быть не может: – Только внутри чувствую следы энергии разрушения. Словно там что-то сломали.

Орк грубо вырвал у меня игрушку и чуть не разодрал ее напополам. От подобного варварства едва успокоившаяся девочка взвыла с новой силой. Все мы тупо уставились на струйку черной пыли, высыпавшейся из нутра тряпичной куклы.

Единственным, кто хоть что-то понимал, естественно, оказался орк:

– Обсидиановая пыль. А из обсидиана делают амулеты для темных духов, в том числе теней.

– И что тут было? – спросил Иваныч, чуть ли не подпрыгивая от нетерпения.

Он сейчас выглядел немного комично, словно подросток, пытающийся рассмотреть, что там в руках у взрослых дядей. Но боже упаси хоть как-то показать, что у меня возникли подобные ассоциации. Этот гоблин явно самый вредный и злопамятный из всей своей расы. Впрочем, сравнивать мне пока не с кем, только по слухам. Может, остальные еще хуже.

– Не знаю, шеф, – задумчиво ответил орк. – Следы плетений на такой пыли не держатся. Может, точка выхода с изнанки. Может, поводок. Я в темной ворожбе не очень-то разбираюсь.

Гоблин опять квакнул.

Что-то в последнее время комиссар часто переходит на гоблинский. Похоже, у него с этим делом все совсем плохо.

– Назарий, – повернулся ко мне гоблин. – У тебя много осталось живой силы?

– Нет, я по нулям.

Немного подумав, гоблин решил не терзать меня дальше.

– Ладно, отправляйся домой и сиди там, пока не восстановишься. Не вздумай никуда уходить и даже принимать клиентов. Вечером загляну.