Чтение онлайн

Неужели и у него ко мне остались какие-то претензии?

Только через пару секунд я вспомнил, что князь считается лучшим специалистом по ментальной магии в городе и часто становился третейским судьей при разбирательствах на высшем уровне.

Очень надеюсь, что верна вторая версия.

По знаку Зубова мы сели в два свободных кресла, которые также были обращены к столу.

– Ну, если все собрались, давайте перейдем к делу, – наконец-то разбил гнетущую тишину бас посадника. – Я так понимаю, никому лишний шум не нужен и всем выгодно просто замять это происшествие. Но все же хочется обговорить подробности, дабы не плодить проблем в будущем. Эрнест Янович, вам слово как потерпевшей стороне.

Незнакомый мне истинный боярин поморщился и даже озвучил свое недовольство:

– Не скажу, что мне нравится использованное вами слово. Мы хоть и понесли потери, но готовы отказаться от каких-либо претензий.

– А что по этому поводу думает Бурелом? – подал голос князь Буслаев.

– Я являюсь голосом князя и могу гарантировать подчинение его воле всех вассалов, – изобразил оскорбленную невинность франт, демонстративно, со скрипом сжав пальцы на набалдашнике трости. – Мы никогда не отступаем перед агрессией, но всегда готовы признать ошибку. Поведение ушкуйника было недосмотром его князя. Его сиятельство запретил трогать строптивца, но Волк не подчинился, за что и пострадал. У князя нет претензий к человеку посадника.

Скульптор спокойно кивнул, словно подтверждая слова боярина, и посадник тут же расплылся в довольной улыбке.

– Но, – представитель князя Савельева тут же сунул ложку дегтя в уже вроде налитую до краев бочку меда, – если никто не станет приставать к нам со всякими мелочными требованиями.

Аня буквально полыхнула недовольством, но так ничего и не сказала. Ее остановил не я, хотя и собирался, а тяжелый взгляд посадника.

– Ну что же, если ни у кого не осталось никаких претензий… – Зубов с радушной улыбкой потер свои ладони-лопаты. – Предлагаю обмыть это дело. Петр Епифанович, Эрнест Янович, давайте переберемся в место поуютнее.

То, что нас с Аней не упомянули, говорило о нежелательности нашего присутствия на намечающемся празднике жизни.

Шаталина на всякий случай вцепилась мне в руку и буквально выволокла за дверь.

– Жаль, что тебе так и не удалось блеснуть своими способностями, – прокомментировал я переговоры, когда мы уже шли по коридору.

– Да ну на фиг! – облегченно вздохнула Аня. – Что-то мне перехотелось лезть в разборки с князьями. Привыкла, понимаешь, рычать на вас, пустышек, а тут язык в такую даль залез, что задолбалась вытаскивать. Демон, давай напьемся?

Глаза у Ани стали такие устало-жалостливые, что отказать было совершенно невозможно.

– Легко! Нужно же как-то сбить напряжение, – согласился я, еще не зная, что градус упомянутого напряжения пока еще не достиг пика.

Когда мы покинули здание администрации посадника и подошли к такси, то увидели не самую приятную картину. Наше транспортное средство спереди и сзади подпирали два броневика. Сидевший за рулем Сосо напоминал восковую фигуру самого себя с выпученными остекленевшими глазами.

– Останься здесь, – устало, но без малейшей опаски сказал я Ане.

От Шаталиной фонило страхом, ну а я то ли устал бояться, то ли интуитивно понимал, что ничего нам не грозит.

Незнакомый мне маг, от которого в ментальном плане веяло обжигающей пустотой истинного чародея, сидел в кресле напротив открытой боковой двери. Я подошел к броневику и остановился за пару метров от проема, где в жидкой тени прятался широкоплечий мужчина с презрительной улыбкой на губах.

Сказать мне ему было нечего, поэтому я стоял и выжидающе молчал. Как ни странно, он тоже не произнес ни одного слова. Но они и не нужны. Мы все прочитали в глазах друг друга. Он с каким-то удивлением смотрел на пустышку, доставившую ему беспокойство и почему-то до сих пор продолжавшую жить. У меня же в голове появилась железобетонная уверенность в том, что следующая встреча станет фатальной для кого-то из нас. И если честно, на себя я не поставил бы и гнутого обола.

Дверь бронированной машины сдвинулась, наконец-то обрывая наш зрительный контакт. Броневики, тихо зашелестев шинами, отъехали от такси и через десяток секунд исчезли за поворотом.

– Я чуть не описалась, – обхватив мою руку, прижалась к ней Аня.

И неудивительно. Ослабив защиту, я ощутил, как вокруг звенит ментальная изнанка этого кусочка мироздания. То, что Бурелом, а это был точно он, так и не смог проломить мой ментальный щит, пусть и слабо, что тешило самолюбие.

Я прижал к себе Шаталину, и чуть покачивая, начал укутывать ее волнами покоя и тихой радости. Еще предстоит откачивать бедолагу Сосо, но он обойдется без обнимашек.

– Хочу водки, – наконец-то перестав дрожать, со злостью сказала Аня.

– Ты же ее не пьешь.

– С тобой я скоро спирт начну глушить. Литрами!

Ну, если она начала злиться и шутить, значит, оттаяла.

– Лучше мы разопьем бутылку медовухи.

– И м-мне т-тоже, – высунув голову в окно, заявил на удивление психологически устойчивый таксист.

Скорее всего, он просто впал в какую-то прострацию еще в тот момент, когда оказался заблокирован броневиками.

А в это время к нам спешил наряд дружинников, отреагировавший на показатели менгиров.

Они это зря затеяли. С другой стороны, должна же моя подруга на ком-то отвести душу. И она отвела. Причем не кричала, а шипела как змея. Под конец просто послала ретивых бойцов вдогонку за броневиками боярина, раз уж им так хочется к кому-то прицепиться.

– Уф, чуть легче стало, – выдохнула Аня. – Но водки я все равно хочу.

Ждавшие нас дома друзья, не зная, с какими новостями мы вернемся, пребывали в состоянии нервного напряжения. Все изменилось, как только они увидели улыбки на наших лицах. Дядюшка Чхан тут же приказным тоном загнал всех женщин, кроме Шаталиной, на кухню завершать приготовления к празднику. Все было готово лишь наполовину, чтобы не сглазить. Сам он успевал не только командовать, но и ловко нарезать, строгать и смешивать что-то яркое по виду и наверняка потрясающее по вкусу.

Ну а мы с адвокатессой все же накатили по пятьдесят граммов. Гена, в которого вцепилась Грета, успел только ко второму заходу. Обеденный стол начал покрываться праздничной едой со скоростью, которой позавидует самая навороченная скатерть-самобранка. Все это сопровождалось веселым гамом и шутливой перебранкой.

Словно чувствуя атмосферу праздника, в дверях появилось семейство Гороховых в полном составе. Главный стол в нашем доме мог вместить еще столько же народа, так что тесниться не пришлось, а благодаря усилиям поваров еды хватит на всех с лихвой.

Подарки, которые должны были отправиться под елочку, туда так и не добрались. Златка вскрывала их на подходе, с каждым разом повышая степень своего восторга.

Затем были тосты, шутки, планы на будущее.

– Олегович, – подал голос Корней с явно меркантильной целью, – ты уже решил, что будешь делать весной?

Со всех сторон повеяло интересом, окрашенным в противоречивые оттенки.

– Да, – кивнул я, пробежавшись глазами по лицам присутствующих. – Попытаюсь усидеть на двух стульях. Поработаем вахтовым методом. Есть у меня на примете один маг, который без проблем потянет смену в качестве оператора магопреобразователя.