Чтение онлайн

– Ольха, от кого ты сбежала? – спросил я, глядя девушке в глаза. Теперь это можно было делать без нервной дрожи. Хотя нормальным ее взгляд по-прежнему не назовешь.

– Не знаю, – мотнула головой Ольха. – Он сказал, что друг и если мы пойдем с ним, то у нас будет много еды и сладостей.

Стоп! Сладостей?

– А сколько тебе было лет, когда вы пошли с этим странным другом?

– Мне десять, а Арису двенадцать.

У меня по спине пробежался холодок от осознания услышанного.

– А дальше что было?

– Плохо помню, все как в тумане. Я хотела сбежать. Меня поймали уже в том парке и отвели к Арису, как я и просила, а потом… не помню.

Как минимум дюжина лет жизни моей напарницы уместилась в это «не помню». Меня бросило в жар от целой гаммы чувств. С одной стороны, хотелось найти и выпустить кишки тому уроду, который сделал такое с маленькой девочкой, с другой – было откровенно страшно связываться с тем, кто способен превращать сироток в совершенные машины для убийства. И тут мне вспомнилось лицо того призрака, а в особенности ужас, которым пытался убить меня призрак. Даже думать не хочу о том, что пережил бедняга и что увидела Ольха, когда ее привели к другу. Только после этого ко мне пришла уверенность, что даже при всем желании я не смогу просто отойти в сторону. Убитый мной Мясник кажется шаловливым мопсом по сравнению с этим монстром.

– Отпусти меня, – напомнила о себе Ольха.

– Извини, но не могу.

– Мне нужно в уборную, – практически захныкала девушка.

Ну и что ж ты творишь, придурок, она же просто ма… так, стоп, нельзя забывать, что передо мной очень непростая девочка, и жалость может сыграть злую шутку со всеми нами.

Ольха явно прочла мои мысли по лицу. Ее взгляд полыхнул ненавистью.

– Пусти или пожалеешь.

– Ольха, – твердо посмотрел я в глаза напарнице. – Может, ты и не помнишь, но мы с тобой напарники, и нам при всем желании не рассчитаться за многократное спасение жизни друг друга. Я обещаю, что очень скоро мы вместе пойдем туда, куда ты стремишься. Но не прямо сейчас. Все твои проблемы с уборной и едой решит Неста. Она уже месяц заботится о тебе с любовью и нежностью. Очень прошу, не обидь ее.

Решительно вздохнув, я повернулся к выходу. Лакис и Кравай все это время стояли не шевелясь и, кажется, даже позабыв дышать. Пальцы гнома, вцепившегося в палку шокера, побелели, а звериное лицо орка исказилось от жуткой ненависти. И я знаю, кому эта ненависть предназначалась.

– Ром, – прохрипел Лакис. – Пообещай, что мы хотя бы попытаемся прикончить эту сволоту.

– Обещаю, но нужно очень хорошо подготовиться. Пошли, у нас мало времени.

Я старался говорить уверенно, но, как только вышел из комнаты, тут же привалился к стене и сполз на пол. Меня затрясло так, что пришлось обхватить голову руками, чтобы хоть зубами не лязгать.

Ох, как же хреново! Животный страх вырвался наружу из долгого заточения, да и магический дар посылал очень нехорошие сигналы.

А то я не знаю, что эта затея изначально безумна!

– Ром, ты чего? – растерянно спросил Кравай.

– Ничего, – наконец-то справившись с приступом паники, криво улыбнулся я. – Так, Лакис, зови сестру. Будем устраивать мозговой штурм.

– Что? – переспросил гном.

– Соберемся в моем кабинете и обмозгуем ситуацию. Твой учитель что, не использовал такое выражение?

– Было дело, но я так и не понял, о чем он, а спросить как-то не получалось, хотя все вполне логично, если штурмовать мозгами и… – Гном бормотал что-то уже невнятное, загибая пальцы.

Похоже, так он справлялся с шоком. Я не стал его прерывать и лишь кивком отправил орка за Нестой.

Через пару минут мы собрались за столом в моем кабинете.

– Так, дорогие мои, – со вздохом начал я, – мы влипли, но сейчас у каждого пока еще есть возможность соскочить.

– А Этна? – тихо спросила Неста.

– У нее как раз выбора нет. Как и у меня…

Черт, но почему?! Ведь так просто отказаться от всего происходящего. Можно развязать напарницу и отпустить в свободное плавание, а затем за рюмкой гномьей водки с горечью в душе вспоминать о ее гибели. Можно, но это неправильно. В детстве из-за приступов непонятной тогда паники меня считали трусом. Но человек, которого я уважал безмерно, тот, кто буквально вырвал из моей головы зарождающиеся мысли о суициде, убедил меня, что все не так, как выглядит. Профессор Вельский с помощью простых слов объяснил, что страх является всего лишь проявлением инстинкта самосохранения, а трусость – это подлость, на которую человек идет сознательно. И только сейчас я столкнулся с этой самой трусостью – дико хотелось поступить малодушно, пусть стать трусом, но выжить.

– Ром, – вырвала меня из задумчивости орчанка, – неужели нельзя решить все как-то по-другому?

– Можно, – ответил я. – И чтобы найти это решение, мы сейчас очень хорошо подумаем.

Всем своим видом мне хотелось внушить друзьям уверенность, которой у меня не было и в помине. Все уже решено, и в гости к магу-извращенцу мы с Ольхой пойдем вместе. Долги нужно отдавать, и за несколько жизней, которые подарила мне напарница, я могу заплатить тем, что рискну только одной. Так что цена не такая уж большая.

– О чем подумаем? – неуверенно спросил гном.

– О многом. Расскажите мне все, что знаете о магии и магах. Начнем с Лакиса.

И они начали. На меня свалился такой ворох информации, что даже заболела голова. Обидно, что пользы от этих сведений было не так уж много. По большому счету в лице моих собеседников был представлен довольно широкий срез населения Вадарак-ду. Орк вообще любопытен от природы. Гном обладал сведениями из наполовину закрытого мирка подземных жителей, а Неста была неисчерпаемым кладезем слухов и домыслов. Именно домыслами и слухами было все, что выплеснули на меня друзья. О магах в городе знали не так уж много.

Объединенные академией маги почти поголовно являлись людьми. Это была закрытая каста, и даже жили они в одном месте, нечасто покидая магический район. Оттуда по всему городу и за его пределы расходились артефакты и другие магические товары. Исключением из этого правила были лекари, но среди людей их было мало, а остальные вакансии закрывали эльфы. Но к академическим кругам ни эльфы, ни гномы не относились, являясь лишь узконаправленными прикладными специалистами. Хотя какой-то аналог академии имели и ушастые обитатели таули, но в данный момент обитатели крон таули меня интересовали мало.

В общем, было ясно, что ничего не понятно. И все же вылитой на меня информации хватило для первичного анализа ситуации. Сам того не замечая, под монотонный голос Кравая я погрузился в настороженный транс. Думать стало легче. Эмоции куда-то ушли, остался лишь холодный расчет.

К счастью, друзья не отвлекали меня от размышлений.

Из транса я вынырнул как из проруби и твердым взглядом посмотрел вокруг.

– Ну что, друзья, поступим мы так. – Как и много раз до этого, страх исчез, и ему на смену пришла ясность сознания и наполняющая тело энергия. – Неста, на тебе забота об Этне. Будь внимательна. Ни в коем случае не освобождай ее. Лучше, если она так и будет привязана к стулу, но могут возникнуть проблемы с отправлением естественных надобностей. Попробуй решить эти проблемы, но очень аккуратно.