Чтение онлайн

– “Он пришел к нам с неба, рыжебородый. Великий и мудрый воин, научивший нас ловить и прятать огонь. Он подарил нам духа, повелевающего огнем. И ушел опять к себе на небо. Сын Солнца и брат Луны…” - Это древние гимны, раскопанные там же. Понял?

Вася пожал плечами.

– Это же о тебе! Ты пришел к ним с неба и подарил им духа, повелевающего огнем. Так они говорят о твоей зажигалке. Ты основал цивилизацию! Ты великий человек!

– Здорово!
– Вася раскрыл рот.
– Не забыли, значит… Сын Солнца и брат Луны.

– Ну да! В переводе академика Орнитоптерского.

Историк написал об этом случае во многие газеты. “Благородный поступок”, “Спортсмен не оставил в беде”, “Так поступают настоящие люди”. Вася прославился. Ему стали писать письма. Имя его узнали далекие от спорта люди. Его восстановили в команде, и он начал усиленно готовиться к очередным соревнованиям. И еще он стал задумываться, задаваться вопросом: как же он не заметил, что основал цивилизацию?

Да, он не зазнался ни капельки; аккуратно ходил на тренировки, и все были им довольны. Все, кроме тренера. Тренер считал, что его воспитаннику не хватило бойцовских качеств.

Цивилизация цивилизацией, но все же общественные дела не должны мешать спортивным успехам, на соревнованиях надо стремиться к победе любой ценой. Основывать же цивилизации можно в свободное время. Тренер даже решил, что Федосеев как спортсмен бесперспективен. Но, увидев, какой общественный отклик получил Васин благородный поступок, тренер решил придержать свои мысли. И даже дважды выступил в печати со статьями на моральные темы.

Всеволод РЕВИЧ Сенсация

Когда обсуждалась программа, которую предстояло вложить в УМ - Управляющий Механизм - космического разведчика № 999, в Звездном Совете возник небольшой спор.

Молодые члены Совета горячились и настаивали, более старшие - менее легкомысленные-сначала немного посопротивлялись, впрочем, довольно вяло, а потом коллективно махнули рукой. Пускай себе молодежь забавляется, в конце концов пикому их затея вреда не принесет.

В назначенный срок 999-й приблизился к звезде к Водолея.

Отсутствие экипажа позволяло звездолетам этого типа развивать гигантские ускорения и достигать отдаленных систем сравнительно быстро. Лишь в случае, если такие разведчики приносили какие-то особенно интересные сведения, имело смысл организовывать опасные, дорогостоящие и продолжительные экспедиции с людьми.

Каппа Водолея почти ничем не отличалась от Солнца, ни величиной, ни цветом, - она относилась к тому же спектральному классу G-2. Вокруг звезды вращалось одиннадцать планет. По намеченной программе межзвездный посланец должен был обследовать их все по очереди. На каждую из планет отводилось по неделе. Первая и вторая планеты оказались раскаленными шарами с клокочущими озерами расплавленного металла, без малейших признаков атмосферы. На третьей приборы отметили жалкую, почти не ощутимую атмосферу, а сама планета была абсолютно гладкая, похожая на бильярдный шар. Даже метеоритных кратеров не было, зыбучие пески быстро сглаживали все неровности. Зато на четвертой 999-й обнаружил весьма плотную газовую оболочку и активную облачность.

Подлетев к планете на расстояние, равное четверти ее радиуса, УМ положил корабль на круговую орбиту и приступил к запрограммированному сбору сведений. Спуститься ниже корабль не мог, начинались плотные слои атмосферы, а для полета в них его обшивка не была приспособлена - космических разведчиков облегчали насколько возможно. Впрочем, на корабле была аппаратура, которая позволяла исследовать химический состав и физическую структуру газов и твердых тел на расстоянии. Приборы донесли о существовании на планете органических соединений, но, к сожалению, сфотографировать ее поверхность в инфракрасных лучах не удалось - видимо, сказалась экранировка необыкновенно мощного облачного покрова.

Поскольку на планете была атмосфера, УМ выполнил и тот самый последний пункт программы, из-за которого разгорелся спор в Звездном Совете. Широким лучом два раза в сутки по местному времени он посылал к планете мощный сигнал па всем известном землянам диапазоне радиоволн. Несущая частота была промодулирована музыкальной гаммой, спетой знаменитой певицей - лучшим колоратурным сопрано Земли.

Каждая нота длилась пять секунд, причем “до” звучало один раз, “ре” - два, “ми” - три и так далее до семикратного повторения “си”. Никто, конечно, не рассчитывал, что разумные существа, буде такие окажутся, станут наслаждаться чарующим голосом певицы. Но осознать искусственное происхождение сигналов для них, видимо, не представит труда, если исходить из предположения, что законы логики едины для всей вселенной. Предполагалось также, что разумные существа догадаются ответить примерно такой же серией сигналов.

Маяк стоял на голом островке - да каком там островке, просто верхушке скалы - в центре самого большого океана Облачной. Гопл был его смотрителем. У него были скромные обязанности и неограниченное количество свободного времени, Чтобы занять его чем-нибудь, он попросил с очередным катером, доставлявшим на остров провиант и горючее для маяка, привезти ему детали для радиоприемника. Это была модная новинка, которой в последние годы увлекались многие.

Гопя возился над конструкцией несколько месяцев. Впрочем, торопиться ему было некуда. Он был уже старым, видавшим виды облачником и никаких улучшений, никаких изменений в своей жизни не ждал. Но в день, когда ему удалось услышать тихий и хриплый голос Столицы, он все-таки очень обрадовался. Что там ни говори, а одиночество не самая веселая штука в этой облачной жизни.

Теперь у него было занятие. Приемник частенько выходил из строя, и старик постоянно возился с ним. Вот и вчера в проклятой коробке что-то перегорело. Осмотрев на ночь свою мигалку на вышке и постояв на берегу океана, как всегда пустынного, Гопл уселся за стол, надел очки, обмотанные веревочкой, и принялся за ремонт. Ему удалось быстро найти повреждение, он обрадованно присоединил оборвавшийся проводок, снова вставил все детали в ящик и для проверки повернул ручку. Ровное гудение убедило его в исправности аппарата, и он уже поднял руки, чтобы снять наушники, как вдруг в них что-то зазвучало, да так громко, что старик стремительно сорвал их с головы и стал энергично растирать уши.

Но даже на расстоянии он слышал какие-то странные звуки, идущие из маленьких коробочек. Гопл был твердо уверен: радиостанция в Столице так поздно работать не может. Он поглядел на часы. Было около часа ночи. Он осторожно наклонил голову к наушникам. “Ми-и, ми-и, ми-и…” Было немного похоже на детский голос, но настоящему жителю Облачной голос такого тембра принадлежать не мог, облачник не в состоянии так пищать. Наушники пропищали четыре раза, потом наступила пауза; потом снова послышался писк, теперь уже пять раз, после новой паузы - шесть, и опять замолчали.

Последние сигналы Гопл уже почти не слышал, но разобрал, что они повторились семь раз. Затем все смолкло. Старик подождал немного, потом приложил ухо к наушнику. Привычное гудение, больше ничего. Он еще подождал - аппарат молчал. Он выключил его, сел на кровать и задумался. Впрочем, Гопл размышлял недолго. Ему сразу удалось найти разумное объяснение непонятным сигналам. Просто опять испортился приемник, вот и начались разные фокусы. Радио - дело новое, малоисследованное, мало ли что оно может выкинуть…