Чтение онлайн

Тут уж оцепенение, застудившее профессиональные деист иия Платкова, вдруг как рукой сняло. Не мешкая, врубил он сигнал красного цвета. Не для спасения, а так, по инерции; чудесный незнакомец сам по себе стоял уже на краю дальнего тротуара и счастливой улыбкой провожал уносящиеся по проспекту экипажи.

Будто ветром перенесло - стоял через секунду Платков па той стороне в полуметре от нарушителя. Радостно дыша, он вцитывал в себя каждую черточку, каждую отметину прохожего, готовясь обнять его как друга, без вести пропавшего да вдруг воскресшего из мертвых. Все-таки обнять случайного человека он не решился, а только крепко пожал руку.

Незнакомец же гнул свое - смотрел недоуменно, мол, что за недоразумение?

– Вы… вы чемпион!
– вырвалось у постового.

– Чемпион?
– не понял прохожий.

– Ну, как бы это выразить…- постовой и сам чувствовал, что данный термин не охватывает всего случившегося.

– А-а!
– Он, кажется, понял состояние свидетеля происшествия.
– Ну, что вы, чемпион. У нас это забава для подрастающего поколения.

– У вас?
– спросил постовой, представив проезжую часть, кишащую хлопотным поколением.
– В каких же краях?

– В иных мирах, - засмеялся неизвестный, испытующе глядя в лицо постового, и, подумав, добавил: - на Марсе.

– Секрет, значит, - понимающе улыбнулся Платков.и тут увидел сменщика. Пожав на прощанье руки, они пошли в разные стороны, влекомые судьбой момента. Постовой - сдавать смену, а марсианин дальше, по течению людских тротуарных потоков.

– Понимаешь, - услышал марсианин за спиной отдаляющийся голос постового, - не происшествие, а сказка…

– Сказка жить помогает, - рассеянно отозвался сменщик.

Марсианин шагал по тротуару вместе со всеми, но все знали, куда они спешат, у него же определенных планов пока не созрело. Присмотреться к окружающему порядку, научиться избегать элементарных ошибок, вроде той, что допустил он только что, - пожалуй, и все.

Скоро он разглядел, что переходят улицу в определенных местах, отчерченных белыми линиями или прорытых под землей. В других же местах на такой риск никто не решался - очевидно, ввиду недостатка физической подготовки. Сам-то он резал автопотоки, как нож масло, - составная часть утренней зарядки любого марсианина. Да и не было у него такой уж первейшей необходимости в злосчастной пробежке через магистраль. Просто захотелось взбодриться, привести нервы в порядок. Но теперь-то он будет начеку. Прежде чем что-либо соВершать, смотреть, как совершают привыкшие ко всему горожане. Как это говорили там, в ложбинке, прежде чем браться за пилу: семь раз отмерь - один отрежь!

Нет слов, жизнь города во все времена отличалась сложностью, запутанностью, быстротекучестью. Обернулся, глядь - а уж все по-иному. Марки автомобилей, тщательные наряды жителей, ширина улиц, выражение лиц. линия спины. Вчера - жилетки, брелоки, пролетки, цилиндры, телесная тучность. Сегодня - таксомотор, кепи, плащ “болонья”, легкоатлетнзм в рисунке фигуры. А завтра?

Конвейер жизни не знает остановки. Конструируя этот конвейер, природа позабыла снабдить его красной кнопкой с надпиcью: “Стоп”. А может, и не забыла, да пронесло нас мимо кнопки этой, промчало, вот и летим к новым горизонтам.

Жизнь, дела, открытия - все становится увлекательней, полнокровней. Грубый физический труд требуется все реже.

На глазах сокращается рабочий день. Исчезают тяготы быта.

Каждый чувствует, как расправляются плечи, глубже становится вдох и выдох, свежеет воздух, каждому становится легче.

Взамен возникают новые проблемы, техника усложняется.

Там, где раньше годились и бухгалтерские счеты, теперь не обойдешься без саморешающей электроники. Специалисты хватаются за голову перед лицом замкнувшихся в себе, неисчерпаемых тайн, природы и темпов усложнения индустрии. Им уже не хватает суток, чтобы быть в курсе последних новинок смежных дисциплин. Да, специалистам, наверное, становится все труднее и труднее. Что же, на то и несут они высокое звание мастеров своего дела. Уж если и специалист иногда призывает на помощь кибернетическую голову, чтобы разобраться в происходящем, то простому марсианину, лишенному совета наставников и оторванному от своих исследовательских центров, по-видимому, предстояло просто утонуть в пучине этих проблем.

На том Марсе, с которого прибыл межпланетчик, все необходимое для жизни добывалось совсем иными способами. Металлы, ткани, энергия, механизмы - многие даже не знали, откуда появляются эти совершенно бесплатные товары на прилавках магазинов. Заводы, построенные в незапамятные времена глубоко под землей, надежно поставляли предметы любой степени необходимости без всякого вмешательства потребителей - жителей планеты. Надежная, проверенная веками автоматика не знала сбоев, и длинные эскалаторы выносили наверх столько разного добра, сколько требовал жизненный максимум населения и немного сверх того - резерв, значит.

Среднему марсианину, привыкшему к столь прекрасному порядку вещей, трудно понять, из-за чего бьются люди Земли, лишенные пока что сказочно совершенной автоматики. Однако в свое время марсианин-межпланетчик крепко проштудировал курс истории, где рассказывалось, что и марсиане когда-то стояли у станка, знавали план и перевыполнение его, не чуждались прогрессивки, в общем каждый получал по труду. Теперь эта книжная история встала перед ним во плоти и крови.

Он быстро понял, зачем универсальным магазинам нужны витрины, а продавцы обязаны сначала взять пестренькие банковские билеты, а уж потом выдать товар. Понял, почему вместо того, чтобы сесть в двухместный моментолет и через считанные минуты выпрыгнуть на теплый приокеанский песок, толиы парятся в душном иллюзионе, где мечутся картинки и люди с вожделением взирают на этот самый лесок. И почему подметки на ходу отрываются - тоже понял.

“У них еще все впереди, - думал он, глядя на запыленных горожан, штурмующих пригородные электрички.
– Будет и моментолет, и океанский пляж, и бицепсы, чтобы шест нес над десятиметровой отметкой, тоже будут. Это от них не уйдет…”

Денег марсианину не требовалось, пищи тоже: зарядился на несколько месяцев вперед. Ночлег? Ну что же, гостиница, конечно, словно создана для него, да ведь каждому свое. Подвесившись в превосходном, приспособленном для этой цели мешке к макушке густой ели, он проводил в загородной чащобе восхитительные, полные привлекательных снов ночи.

Лесная жизнь начинается рано. Ухнет в последний раз сова, сомлеют в горизонтальном свете плоские туманы - и пошел мощный поток птичьего щебетанья. Тут уж не до снов.

Марсианин спускался к ручейку, умывался, балансируя на скользком от росы камне, неторопливо засовывал в дупло мешок и, немного сожалея об отсутствии привычного комплекс утренней гимнастики, устремлялся в город. С первыми электричками…

…Так и шли дни командировочного, человека-межпланетчнка. В трудах, в залах библиотек. Незаметно интроскопируя кореальным аппаратом длинные, уходящие в перспективу ряды книг, он получал микроотпечатки и прессовал их в квадратные таблетки. Таблетки складывались в пустотелый патрончик.

Патрончик хранился в заднем кармане брюк.

Иногда он вытаскивал его, тряс перед ухом. Патрончик жужжал с каждым днем все полновеснее. Он набивал его кропотливо, размеренно, как набивают порох в гильзу охотничьего патрона. Он набивал его и тряс у самого уха.

– Скоро домой!
– подпевал он сам себе.
– Этот натроичик взорвется там громче тысячи бомб. Он убедит их: командировка сюда, на Землю, важнее всех мероприятий. В открытую, без утайки, на “ура!”. Большим коллективом на больших звездолетах! В полдень. Вот, читайте, смотрите, слушайте! На Земле - подобные нам. Тоже ищут себе подобных. Не мы их, так они нас найдут.