Чтение онлайн

Неожиданно его полет был стабилизирован, он прекратил вращаться вокруг нескольких осей, а потом что-то погасило и его скорость.

Не что-то, а кто-то. Какая-то девушка держала его за руку и дополнительный желтый индикатор показывал, что она взяла управление на себя.

Миша помотал рукой. Это может заметить полиция. Или девушка сама его заложит.

– Да что с тобой? Гордый что ли?
– в голосе девушки просквозила обида.
– Ну уж эти мужики, адреналинщики чертовы.

Представляю, что ты вытворял перед шпилем, раз тебя так раскрутило.

– Нет, то есть да. Повытворял немножко, - соврал Миша и почти не ощутил стыда.

Она отпустила его руку. Желтый индикатор погас. Управление вернулось к нему. Они летели по прямой над Гороховой улицей.

Он видел ее профиль и линию груди. Профиль был точеным, а линия мягкой. Сейчас надо было или развернуться от нее в другую сторону или заговорить.

– Извините, сударыня, я немного резко с вами. Настроение ни к черту.

– У меня тоже кисляк бывает. Правда не слишком часто, всегда ж можно полетать, развеяться. Кстати, меня Маня зовут, - незайтеливо представилась она.

– Меня - Миша, хотя студентки вашего возраста меня так не называют.

– А, профессорско-преподавательский состав, - она кокетливо ткнула его кулачком в бок.
– У себя в институте я всех доцентов ненавижу. Но ты кажется ничего.

Маня понравилась Мише. Красивая, но без заносчивости и прочих выкрутас. Девица не без озорства, однако не наглая.

Через десять минут они сидели в небольшой летной кафешке на крыше генерального штаба. Сквозь легкую дымку сияла Дворцовая площадь, по которой, казалось, ползали человекообразные насекомые.

– Вот смотрю я на них, - поделилась Маня, махнув изящно вылепленной ручкой в сторону площади, - и жалею. Как они могут жить? Все время на одной плоскости. Жрут, спят, спариваются, унижают друг друга. Плоское существование, плоские мысли.

– Ну они просто не знают, что такое свобода. Им проще. Жалко того, кто почувствовал вкус свободы, но так и не получил ее.

– Только нам все его страдания по фонарю, - и тут же она по женски непринужденно переключилась на другое.
– Ты один живешь, доцент Миша? Или с кем-то?

С мамашей. Смешно даже сказать такое. Была квартира, да уплыла к бывшей жене. Не обидно, конечно, у них же общий ребенок. Не обидно было до сегодняшнего вечера, когда он Маню встретил.

– Понятно. У меня тоже там один фрукт дома сидит. Но мы же с тобой пернатые. Полетели.

Он старался держаться за ней, как бы в знак вежливости, но так было намного проще. Даже создавалось впечатление, что он вполне нормальный летун. Когда они пролетали над царскосельским парком, его немножко побросало - кроны деревьев давали сильную пространственную зыбь - но он справился. На несколько секунд зависнув в воздухе, она поймала его и поцеловала.

– Извини уж, что я первая. Но ты такой… короче знаю, что не скоро решишься. Так что сэкономим время.

– Нет, это ты извини, - отозвался Миша, все еще находящийся под воздействием поцелуя, - и спасибо за экономию.

Она подлетела к стене какого старинного особняка, поднялась вертикально вверх, скользнула вдоль крыши и юркнула в узкое оконце.

– Давай-ка сюда, я почти скучаю.

– А где ты?

– В мансарде подружки. Ее сейчас дома нет.

Миша подлетел к стене дома, стал подниматься вертикально вверх… и крыша сбросила его вниз. Старинная крыша из олова с пространственным знаком отталкивания. Ему стало все понятно.

На самом деле Маня совершила довольно сложный маневр, набрав ускорение на участке вдоль эркера, а затем изменив направление с помощью волны, которую испускало близлежащее дерево.

Это ему не под силу. Уже не веря в победу, он набрал высоту и попробовал опуститься на крышу сверху, но та снова отшвырнула его прочь.

– Я не могу, - грустно признался Миша.

Из оконца появилось милое лицо Мани.

– Дурак ты доцент. Правильный как мумия. Страх перед соблазнением студентки превыше всего. А мне между прочим двадцать семь - я на каждом курсе по два года сидела.

– Я не могу, - повторил Миша.

– Ну и катись, - она подобно пушечному ядру вылетела из оконца, едва не протаранив "доцента", и заложив лихой вираж исчезла за углом дома.

Прирожденная валькирия.

Миша опустился на землю, обессиленный, даже раскисший. Отдать эти чертовы права, забыть о них.

Он снова поднялся в воздух и через минут двадцать оказался над гаражом, где он встретился со Спайдером. Гараж был закрыт. Он заглянул в щель, внутри не было ни автомобилей, ни мотоцикла "Сузуки". Ладно, надо к Петру. Тот наверняка знает, как найти Спайдера.

Миша летел плохо, даже хуже чем пару часов назад, до встречи с Маней. Но теперь это мало волновало его. Средний проспект, дом семь, второй этаж. Лучше не звонить. Он поднялся к окну, хотел было постучать в стекло и замер. Рядом с окном, из стены, торчали ноги мертвеца. Прямо из кирпичной кладки. Миша узнал по характерным протекторам ботинки Петра.

Петя хотел права на хождение сквозь стены. И Спайдер помог Пете, но по-своему.

5.

Снизу бибикнул автомобиль. И хотя Миша понимал, что лучше сейчас лететь куда глаза глядят, он опустился вниз и сел в салон.

За рулем был Спайдер, позади сидело еще трое, одеты как рокеры, но неразличимы во мраке - просто сопящие массивные тени.

– Пора должок отдавать, Мишель. Вот, к примеру, Петя стал вилять и не совсем удачно пролетел сквозь стену…

– Я лучше отдам права, Спайдер.

– У меня не магазин. Товар назад не принимается.

– Что вы от меня хотите, Спайдер? Вы же сами сказали, что мои деньги вас не интересуют.

– Конечно не интересуют. Зачем нам твои деньги? Деньги у нас у самих есть. Нам другое нужно. Ты же единственный крылатый среди нас. Созданный для полета, как мы для ползанья. Кроме тебя, воробушек, некому проникнуть в центр управления полетами.

– Зачем?

– Чтобы уничтожить его. Звучит несколько грубо, согласен, но таково веление времени.

– Да пошли вы. Предлагаю вернуть разговор в конструктивное русло.

– Можно и в конструктивное. Ты случаем целофановый пакетик со льдом не захватил?
– спросили с заднего сидения и тут же ответили.
– А то ведь если мы тебе яйца оторвем, то можно будет еще их сохранить и пришить обратно.

Миша попытался вылезти из машины, но его остановила железная рука Спайдера и ствол кого-то из тех, кто сидел позади.