Чтение онлайн

— А дальше?

— А дальше будем ждать ответного шага Дария, — охотно сообщил он. — Надеюсь, он меня не разочарует.

Адриан не стал объяснять, что именно имел в виду, и мне пришлось пока удовлетвориться этим ответом. Сюзанна наконец-то закончила с короной, и я поднялась на ноги, рассматривая свое отражение. Шагнула назад и прошлась по комнате, привыкая к шлейфу и вспоминая, как надо правильно менять направление движения, чтобы в нем не запутаться. В итоге осталась довольна полученным результатом, хотя вынуждена признать — до изящества и грациозности леди Алины и Исабелы Вереантерской мне далеко. Впрочем, я утешила себя мыслью, что все придет с опытом. По крайней мере, когда в Дион приезжали иностранные гости, леди Алина всегда выглядела примерно так. Адриан одобрительно кивнул, когда я объявила, что готова, и мы вместе спустились на первый этаж, где в просторном пустом зале нас уже дожидалась делегация. В ее составе я узнала Александра фон Некера. Вампиры были одеты в военные мундиры, на каждом был вышит герб Вереантера — коронованный грифон. Там же находилась Надя, чье лицо было пепельно-серым, и в окружении светлых волос оно напомнило мне лицо утопленницы. Казалось, что она даже дышала через раз. Адриан сказал пару слов герцогу фон Некеру, находившемуся здесь же, а затем Виктор открыл портал. Эскорт выстроился вокруг нас, и первыми шагнули в портал именно эти вампиры. За ними пошли мы с Адрианом, потом — Надя, советники, Виктор и еще несколько вампиров-телохранителей, замыкавших шествие.

Когда черное пламя потухло, я сразу узнала место, где мы очутились, — это был один из приемных залов дворца в Дионе, в котором всегда происходили встречи тех иностранных представительств, которые использовали для перемещений порталы. Едва Виктор закрыл портал, как вся делегация выстроилась вокруг нас в строго определенном порядке, причем мы с Адрианом в это время стояли на месте. Это произошло практически молниеносно, но этого времени мне хватило, чтобы бросить мгновенный взгляд на противоположную сторону зала, где нас уже ждали, и я крепче вцепилась в локоть Адриана. Встречающие валенсийцы были мне так хорошо знакомы, что на мгновение показалось, будто они перенеслись сюда прямиком из прошлого…

Наша процессия приблизилась к встречающей стороне так, чтобы обе королевские четы оказались друг напротив друга. Правда, привычный порядок приветствия и встречи был практически сразу нарушен, и дело было даже не во мне. Просто моя младшая сестра при виде родителей сразу позабыла об этикете и о вампирах и со своего места звонко воскликнула:

— Мама!

Если честно, я бы не очень удивилась, если бы королева прямо сейчас сделала дочери замечание за грубое нарушение протокола, но в ту же секунду я увидела, как леди Алина впервые в жизни выбивается из образа королевы на глазах посторонних. Ее взгляд метнулся на Надю, исчезло выражение вежливого внимания, уступив место растерянности и громадному облегчению. Привычная королевская сдержанность не оставила ее целиком и потому не позволила ей сразу броситься к дочери, но сквозь приоткрывшиеся губы мачехи до меня донесся отчетливый изумленный вздох, а голубые глаза подозрительно заблестели. Воспользовавшись замешательством валенсийцев, я принялась быстро их осматривать, пристально изучая хорошо знакомые лица. Король держался намного лучше жены, но и он не смог до конца справиться с чувством облегчения — я заметила, как Дарий на каких-то полсекунды прикрыл глаза. Внешне за эти два года отец изменился мало — он по-прежнему оставался представительным красавцем-мужчиной одного роста со мной, но вот морщин на его лице прибавилось, да и в каштановых волосах стала отчетливее выделяться седина. Алина выглядела так же идеально, как и всегда, и красота ее за прошедшее время не поблекла, только под глазами залегли глубокие тени, словно она давно не спала как следует: должно быть, тревога из-за пропавшей дочери не давала ей заснуть по ночам. По правую руку от короля стоял мой сводный брат Стефан, наследник престола Валенсии. Если я ничего не путаю, сейчас ему должно быть где-то двадцать два года. Он стал еще больше походить на отца за прошедшее время, и не удивлюсь, если наши молодые аристократки ведут на него охоту, хотя его лицо заметно портило выражение смертельной скуки. Похоже, присутствие или отсутствие Нади было ему абсолютно неинтересно. Здесь же были отцовские советники, лорды ван Никлаус и ван Мартлин, а на заднем плане, не выходя вперед, — тут я так крепко сжала зубы, что их заломило, — держался Мариус. Он оказался единственным, кто выглядел абсолютно так же, как и два года назад, только вот на Надю он сейчас смотрел странно — недоверчиво и с гневом. Он быстро овладел собой и изобразил на лице выражение умеренной радости, но я была готова поспорить на свою магию — Мариусу что-то было известно. На Адриана я не смотрела, но нисколько не сомневалась, что и он потратил эту десятисекундную паузу на то, чтобы изучить реакцию присутствующих. Прочие вампиры в это время молчали, ожидая дальнейшего развития событий.

Когда первый шок у человеческой стороны прошел и все овладели собой, валенсийцы вспомнили о причине, по которой все здесь собрались. Король первый перевел взгляд на Адриана, а с него — на меня. Секунды две у него ушло на узнавание, а затем я увидела, как он моргнул, словно не поверив собственным глазам, и вежливое любопытство сменилось выражением ужаса. Ненадолго — каким-то неимоверным усилием отец взял себя в руки, но вот пергаментно-серый цвет лица выдавал его смятение. Затем раздался полувздох-полувсхлип, настолько тихий, что я даже решила, что мне показалось — это мачеха наконец-то переключила внимание с дочери на меня. У остальных валенсийцев, в частности, у советников, которых я хорошо знала, и у Стефана от изумления глаза полезли на лоб. Мариус был единственным, кого мое внезапное «воскрешение» не напугало — на его лице растерянность быстро сменилась выражением, которое я истолковала как «Это невозможно, да, но что еще ожидать от трейхе Этари?».

Наконец Адриан счел, что пора переходить к делам. По правилам этикета первыми приветствовали друг друга жены правителей, причем Алина вышла вперед неестественно прямая, как палка, и я не сомневалась, что ноги у нее в тот момент просто не сгибались. Она не отрывала взгляда от меня и одновременно пыталась овладеть собой, но ей это удавалось плохо. Затем мужчины поприветствовали дам — мы с отцом вежливо кивнули друг другу, причем он уже не выходил из образа короля, хотя здоровый цвет лица к нему так и не вернулся. И наконец последними короли поприветствовали друг друга. Были произнесены какие-то традиционные слова и заданы формальные вопросы, которые прошли совершенно мимо моего внимания. Потом гостям вежливо предложили показать их покои и отдохнуть с дороги, на что Адриан с любезнейшим выражением лица сообщил, что отдых много времени не займет, ведь мы перенеслись порталом. Я не сомневалась, что отец с мачехой предпочли бы, чтобы гости не показывались пару часов минимум, ибо им было необходимо срочно обсудить со своими самыми доверенными лицами как возвращение Нади, так и мое внезапное появление, но Адриан явно был намерен лишить их этого удовольствия.

Нас с почетом проводили в гостевое крыло дворца, в котором я была последний раз два года назад, когда под личиной служанки пробралась во дворец за вещами. Там дворцовый мажордом Рэндалл, который тоже узнал меня, но держался каменно-невозмутимо, — и откуда эти напрочь лишенные эмоций дворецкие только берутся? — показал нам наши комнаты, заверил, что любое пожелание гостей будет выполнено, и удалился. Через полчаса Адриан, Александр, Виктор и советники собрались на переговоры, а мне предстояло провести эти несколько часов в компании мачехи, выполнявшей роль хозяйки. Если честно, в тот момент я искренне пожалела, что мне нельзя попасть на совещание. Там можно узнать гораздо больше всего интересного, чем в беседе с королевой и фрейлинами. Перед выходом из комнаты я тщательно проверила свое отражение в зеркале, убедилась, что все в порядке, и вышла из гостевого крыла. Дворец я знала как свои пять пальцев и легко нашла бы леди Алину и без посторонней помощи, но положение обязывало, и в любимую гостиную мачехи меня проводили две ее фрейлины: костлявая Нерисса с лицом, похожим на лошадиное, и незнакомая молодая женщина. Нерисса все время косилась в мою сторону со странной смесью страха и жадного любопытства на лице, вторая же, видевшая меня впервые, держалась гораздо спокойнее.

Мы вошли в хорошо знакомую мне просторную светлую комнату, которую я всегда так ненавидела. Именно в ней мачеха нередко отчитывала меня в присутствии всех своих приближенных дам. Вот и сейчас, войдя, я увидела, что королева сидела в кресле у окна и неподвижным взглядом смотрела в сад, а ее фрейлины — не меньше десятка — возбужденно перешептывались друг с другом. При моем появлении в комнате воцарилась гнетущая тишина. Мачеха медленно повернулась ко мне и поднялась с кресла — даже выпрямившись в полный рост, она была заметно ниже меня — и это послужило своеобразным сигналом: все дамы присели в глубоких реверансах. Алина смерила меня тяжелым взглядом — ее глаза сейчас напоминали кусочки голубого льда — и обратилась к остальным:

— Оставьте нас.

Среди дам началось волнение, но никто не вышел, всем страшно хотелось послушать, о чем мы будем говорить. Мачеха обвела их всех яростным взглядом, и я поняла, что самообладание вернется к ней еще нескоро, потому что впервые на моей памяти она повысила голос:

— Я сказала что-то непонятное? — Я могла отчетливо расслышать гнев. — Все вон отсюда!

Похоже, не для меня одной оказалось сюрпризом, что леди Алина не скрывала своих подлинных чувств. Часть фрейлин казалась перепуганной, и ослушаться на этот раз не посмел никто. Раздался громкий шелест юбок, торопливый стук каблуков, взволнованное перешептывание, и дамы поспешили покинуть гостиную. Последней ушла Нерисса. Бросив встревоженный взгляд на свою королеву, она прикрыла за собой дверь. Оценивающе взглянув на Алину, я поставила вокруг нас полог тишины — мачеха все равно ничего не заметит, а этих сплетниц я с удовольствием лишу возможности подслушивать.

Когда мы остались одни, мачеха прошлась передо мной взад-вперед, а затем остановилась.

— Да, признаю, ты умеешь удивлять, — наконец холодно сказала она, цепким взглядом отмечая и мое дорогое платье, и ожерелье с аметистами на шее, и такие же серьги, которые были хорошо видны из-за того, что волосы были убраны в высокую прическу. — Когда нам сообщили, что Адриан Вереантерский прибудет с женой, мы удивились, но даже представить себе не могли, кого сегодня увидим!

Я только мысленно поражалась. Ни разу, даже в те дни, когда я была лишь ее падчерицей, леди Алина не позволяла себе проявлять открытую враждебность ко мне, так что мне оставалось лишь догадываться о том, какую неприязнь она испытывала ко мне на самом деле. Сейчас же все ее истинные чувства, которые она скрывала все двадцать пять лет моей жизни, прорвало как плотину, и королева уже не особо пыталась их скрыть. Задумавшись о причине такого поведения, я внезапно поняла — дело было вовсе не в том, что я спаслась, сбежала и никак не давала о себе знать, а в том, что я посмела выйти замуж за короля, в то время как ее собственным дочерям до этого было невероятно далеко. Осознав это, я едва сдержала улыбку — впервые в жизни мачеха вела себя не как королева, а как обычная женщина, которую снедала чисто материнская ревность и которая напрочь позабыла о роли, которую должна была сейчас играть. И это был первый случай, когда я не испытывала никакого страха перед ее яростью. Пусть злится сколько хочет, сделать она мне все равно уже ничего не сможет…

— Мы поженились совсем недавно. — Я лучезарно улыбнулась, зная, что мое спокойствие и уверенность в себе выведут ее из себя сильнее, нежели я бы начала сыпать обвинениями и обещаниями отомстить. — К сожалению, обстоятельства вынудили нас заняться самыми важными делами, не дожидаясь коронации и моего официального представления прочим странам.

Несколько секунд Алина тяжело дышала, раздуваясь от злости, как лягушка — каждое мое слово жгло ее подобно кислоте, а затем более спокойным тоном глухо спросила:

— Как ты выжила?

— Практически чудом, — нейтрально отозвалась я. Мачеха помолчала, ожидая продолжения, не дождалась, и ее красивое лицо скривилось в гримасе глубочайшего отвращения.

— Позволь мне закончить за тебя. После своего чудесного спасения ты поняла, что жаждешь мести за то, что с тобой так несправедливо обошлись. Тогда ты и отправилась прямиком к архивампиру, да? Вы заключили чудесную сделку — он берет тебя под свое покровительство, а ты ему в ответ сообщаешь все известные тебе государственные секреты Валенсии! Я угадала? Но как так можно? Я могу понять, почему ты злилась на нас, но как ты могла подставить под удар всю страну?