Чтение онлайн

Автору удалось убедительно передать местный колорит эпохи, связанный прежде всего с бытом военных. Вероятно, многое из описанного основано на личном опыте писателя. Например, уморительная сценка политзанятий с представителями коренного населения, несомненно, является беззлобным шаржем на аналогичные мероприятия, регулярно проводившиеся в Советской армии. Кроме того, в специальных исторических отступлениях мы знакомимся с тем, что происходило в это время на Земле, чем жили простые советские люди и их руководители.

Эти последние также появляются на страницах трилогии. Хоть и не названные напрямую по фамилиям, они тем не менее легко узнаваемы, поскольку сообщаются их имена и отчества, даются портретные и психологические характеристики. Так, среди персонажей цикла встречаются Ю. В. Андропов, Д. Ф. Устинов, М. С. Горбачев, В. М. Чебриков, Е. К. Лигачев и другие. Автор пытается быть объективным, описывая этих реальных деятелей истории, опираясь на документы, факты, биографические данные, воспоминания и свидетельства современников. Он обходится и без очернительства, и без чрезмерных восхвалений. С легкой иронией говорит об архитекторе перестройки, с сочувствием об умирающем генсеке и престарелом министре обороны. Они показаны «домашним образом», как обыкновенные люди, подверженные слабостям, недугам и страстям. Каждый из советской верхушки обладает индивидуальными чертами, и в то же время их объединяет одно — равнодушие к судьбам простых «винтиков» истории. Если это необходимо для какой-то «высшей» идеи, они готовы без малейших колебаний пожертвовать жизнями многих тысяч людей.

Но в том-то и дело, что «винтики» не хотят быть простым пушечным мясом. Они уже достаточно натерпелись за семь десятилетий советской власти. Прошло время бояться, приходят новые времена, что чувствуется в романах цикла. Начнем с того, что в условиях иномирья оказались не какие-нибудь желторотые необстрелянные воробьишки-новобранцы, а бойцы, которым уже довелось понюхать пороху в Афганистане. Это солдаты с уже совсем другим мировидением и мировосприятием. Их не так легко запугать, сделать бессловесным стадом. Они учились выживать в трудных обстоятельствах. Потому и вполне обычным становятся не совсем уставные взаимоотношения между рядовыми воинами и младшими и старшими командирами. Ведь это боевое братство, скрепленное свинцом и кровью. Тут не до условностей и формальностей, когда над головой висит постоянная угроза.

В «Плацдарме» показаны полномасштабные военные действия, содержанием и размахом напоминающие как уже далекую, но не отболевшую и не забывшуюся Афганскую кампанию, так и более близкие к нам локальные войны. Неслучайно для изображения этих событий автор избирает рваную, мозаичную композицию, показывая не одного-двух героев, а несколько десятков персонажей, в которых трудно угадать основных действующих лиц. Действие переносится то в одно, то в другое место, расширяя панораму до почти планетарного масштаба. Подобный прием, например, использовался А. И. Солженицыным в эпопее «Красное колесо». Влияние ее чувствуется, когда читаешь «Плацдарм».

Столкновение технологической цивилизации и культуры, основанной на существовании сверхъестественного, прежде всего магии, описано с большой долей достоверности. Понятно, что советскому человеку, воспитанному в духе атеизма, преклонения перед достижениями науки и техники, сложно поначалу понять и принять новые правила игры (или войны). Но постепенно он привыкает и к этому, пытаясь не переделать новооткрытый мир под себя, по своему вкусу, а приспособиться к необычным условиям существования, выжить в них. Особенно актуально это становится после того, как из-за угрозы схлопывания портала большая часть советских войск была эвакуирована на Землю, а на Аргуэрлайле остались брошенными те, кто оказался уж слишком «задет» непривычной атмосферой внеземелья.

Вторая и третья книга посвящены именно им, советским солдатам, «винтикам», преданным и брошенным руководством на чужой планете. Поначалу они в растерянности, почти в прострации. Многие кончают жизнь самоубийством. Однако инстинкт выживания оказывается сильнее. Им приказано выжить. Выжить во имя будущего своих новообразованных семей, готовящихся появиться на свет детей, во имя светлой мечты когда-нибудь вновь оказаться на Родине. И они начинают борьбу за выживание. Именно борьбу, потому как чему-чему, а уж бороться советских людей учили с детства, начиная с октябрятско-пионерского возраста.

Поначалу жители Октябрьска (название весьма символично) пытаются устроить все «как дома». Созывают съезд солдатских, крестьянских и рабочих депутатов, подумывая о создании таких привычных органов, как Верховный Совет, Кабинет Министров и, разумеется, Центральный Комитет партии. Но потом здравый смысл побеждает. Зачем на новом месте повторять старые ошибки? И вообще, кому нужна вся эта идеологическая чепуха? Поэтому проблема государственного строительства решается очень быстро и радикально. Элементы советской системы органично дополняются местными компонентами, довольно мирно притираясь и уживаясь. Более насущными становятся вопросы хозяйствования. Нужно налаживать промышленность, в первую очередь заботясь о поддержании в должном состоянии вооружения, заниматься проблемами сельского хозяйства, здравоохранения, культуры (как же без нее самому читающему народу в мире?). Проблемы противостояния землян и коренного населения сначала затухают. Хотя руководство Октябрьска вполне в советском духе готово оказать «интернациональную помощь» соседям, едва не лишившись при этом вооруженных сил.

Уже во второй половине «Гарнизона» начинает звучать грозная нота. С одной стороны, в степи появляется претендент на мировое господство, очередной кандидат в Потрясатели Вселенной, которыми столь богата земная история. С другой — возникает угроза пробуждения неких темных сверхъестественных сил, природа которых не поддается рациональному объяснению. Снова сталкиваются технология и магия. И вновь возникает вопрос: можно ли поставить магию на службу технологической цивилизации? Что нас ждет в таком случае?

Ответы частично даются в «Контрударе». Наряду с исполненным драматизма повествованием о противоборстве жителей Октябрьска с ханом Ундораргиром рассказывается о том, что происходит на Земле, куда вместе с советскими войсками были эвакуированы и сильнейшие аргуэрлайлские маги. Описывается история особого подразделения КГБ «Прометей», использующего в своей деятельности спецтехнику и магию. Благодаря усилиям магов и предсказателей удается предотвратить ряд военных конфликтов и катастроф, в частности аварию на Чернобыльской АЭС. История Земли становится альтернативной. Смогут ли выжившие на чужой планете советские люди вернуться в эту новую, тоже уже чужую для себя реальность или «шестнадцатая республика» СССР не устоит под натиском кочевых орд? Удастся ли предотвратить беду, угрожающую двум таким разным и одновременно столь похожим друг на друга мирам? Ответы на эти вопросы надеемся получить в следующих книгах цикла.

В распахнутом пологе шатра виднелся кусочек ночи, разбавленной червью костров. Внутрь врывались ликующие крики хмельных воинов, гром музыки, раскаты сиплого смеха, лошадиное ржание. Согбенная фигурка в парчовом халате просочилась в шатер, сморщенные руки заботливо закрыли вход.

– Почему так долго, Шергай?

Повелительный голос резал теплый воздух, отчего язычки пламени светильников испуганно трепетали. Человек у входа согнулся в три погибели, и жидкие нити бороды коснулись пола. Обширная лысина с венчиком седых волос заиграла бликами.

– Смиреннейше молю простить ничтожного, Повелитель, – сказал Шергай, рассматривая войлочные подушки. – Сомчей по дороге опростал пару чаш, славя мужество и храбрость Повелителя. Немудрено, что не сразу меня нашел. И твой смиреннейший раб немедля поспешил…