Чтение онлайн

— Я этого гада посажу, можешь мне поверить, Сухарев. Он у меня надолго запомнит, как издеваться над уважаемыми людьми.

Василий Валентинович не стал уточнять, кого, собственно, называет гадом Костя Углов, во-первых, он догадывался, что речь идет об Аполлоне Кравчинском, а во-вторых, для пустых разговоров у него просто не было времени. Прокурор Лютиков вызвал подчиненного на ковер, не дав тому дух перевести.

Иван Николаевич был чисто выбрит и с удовольствием оглаживал блистающую под солнечными лучами лысину белоснежным платком. О проведенных на ответственной подпольной работе днях ничего уже не напоминало ни в обстановке кабинета, ни во внешности самого Лютикова. Между прочим, и город как-то неожиданно легко оправился от травмы, нанесенной ему оракулом. И о Демоне Зла никто из горожан даже не вспоминал. Телевидение дружненько переключилось на скандальное происшествие с одним видным политическим деятелем губернского разлива, прихваченным в сауне с чужой женой, а о похищенных призраками из банков деньгах даже не вспоминало.

— Деньги как раз вернулись к законным владельцам, — вздохнул Лютиков, — все до копейки. Золото тоже. О телках я даже не говорю. Проблемы у нас с собакой, Василий Валентинович.

— А что такое? — удивился Сухарев.

— Приехала комиссия из центра, — перешел на шепот Лютиков. — Привезла с собой целую команду из профессоров. Вынь да положь им говорящую собаку. А где я им ее возьму? Хлестов, сукин сын, не дождался решения вышестоящих инстанций и метаморфизировал в свое естественное состояние. Я ему звонил только что. Представь себе, утверждает, что никогда собакой не был, и обещает привлечь меня за клевету. Вот ведь наглец. А по документам комиссии он у нас, между прочим, проходит как породистый кобель. И там черным по белому вписаны фамилия, имя и отчество финансиста.

— Скажем, что это фамилия владельца, — пожал плечами Сухарев.

— Владельца кого?

— Таксы, естественно.

— А такса где?

— Скажем, что сдохла.

— Да ты что? — замахал руками Лютиков. — На нас же зеленых натравят. Всех этих защитников животных. Хай поднимут на весь мир. В губернском городе не уберегли феномен природы, говорящего пса!

— А мы-то тут при чем, — пожал плечами Сухарев. — Пусть с хозяина спрашивают, почему не уберег собаку.

— А кто хозяин?

— Хлестов Петр Васильевич, как это и записано в документах. Прокуратуре ведь по штату не положено держать собак. Мы и не держим.

— Гениально, — аж подпрыгнул на стуле Лютиков. — Я покажу этому финансисту, как грозить прокурору судом.

— Пусть Хлестов либо покупает собаку, либо берет у ветеринаров справку о ее смерти. А если комиссия решит, что этот сукин сын заморил голодом несчастное животное, являющееся достоянием человечества, то мы так и быть, проведем расследование в точном соответствии с законом.

— Ну, Сухарев, век не забуду — выручил. А у меня прямо голова кругом пошла. Только-только избыли Демона Зла и тут, нате вам, новая напасть-комиссия из столицы!

— Ничего, — уверенно сказал Василий Валентинович. — И не таких видали.

— Это точно, — согласился со следователем прокурор Лютиков. — А этот гость из будущего больше не вернется?

— Будем надеяться, — вздохнул Сухарев. — А если вернется, то мы встретим его во всеоружии.

— Не дай бог! — воскликнул прокурор Лютиков и перекрестился.

Во всем виноват был Ник. Это он закрутил интрижку с баронессой Крэг, когда ее муж отправился на Ытухтар воевать с жабовидными пщаками. И какой-то доброхот донес Па о проделках Ника. Па страшно рассердился, он обругал нас троих, хотя мы с Алексом были совершенно ни при чем. Просто Нику нравилась баронесса Крэг, а баронессе нравился Ник, оттого все и получилось. Такая неприятность.

Па сердито вышагивал по тронному залу нашего Хрустального замка и говорил громко и значительно, как подобает королю. В частности, он заявил, что не позволит своим сыновьям вырасти оболтусами, что в семье Героя и дети должны быть Героями. И так далее и тому подобное.

Тогда Ма тоже рассердилась и сказала, что ее сыновья далеко не оболтусы, что во всем виновата баронесса Крэг, соблазнившая бедного мальчика, у которого и в мыслях не было ничего дурного.

– Конечно,– саркастически заметил Па,– он заявился к ней в спальню, чтобы поиграть в прятки.

Тогда Ма рассердилась еще больше и вслух пожелала всем женщинам, претендующим на статус порядочных, получше следить за дверью в собственную спальню. И еще Ма сказала, что себе ничего такого не позволяла, когда ее муж отправлялся в чужие миры.

Тогда Па возразил, что баронесса еще молода, что она только на два года старше Ника и что долг короля – стоять на страже закона, оберегая не только жизнь, но и честь своих подданных.

– Чтобы сберечь честь баронессы Крэг, королю придется день и ночь проводить у ее постели.

Па в ответ на это заявление Ма развел руками и вслух удивился вольностям ее речей. А Ма в свою очередь сказала Па, что он вечно цепляется к вольностям в ее речах, а другим почему-то охотно прощает вольности в поведении. И тогда Па сгоряча объявил, что все, хватит, сегодня же его сыновья отправятся на поиски счастья. И что сию же минуту он вручит нам по стреле.

Мы с Алексом, естественно, переглянулись, потому что ни он, ни я не собирались жениться – с какой стати нам отдуваться за Ника и баронессу Крэг?

Ма нас горячо поддержала в том смысле, что Вику всего-навсего шестнадцать лет, а в таком юном возрасте рано отправляться на поиски счастья. Но Па возразил, что в мои годы он уже воевал с жабовидными пщаками, а в семнадцать лет убил первого дракона и стал Героем. И тут, как всегда, в разговор вмешалась наша сестра Анна и поддержала Па. Она сказала, что мальчики просто дуреют от скуки в Хрустальном замке, что баронесса Крэг, конечно, большая стерва, но и Ник тоже хорош.

– Боже мой! – схватился за голову Па.– Принцесса, дочь Героя, а выражается, как посудомойка с планеты Сан!

В общем, Па сильно расстроился, и мне его стало жалко. Поэтому я сказал, что мы все трое готовы сию же минуту отправиться на Ытухтар – воевать с жабовидными пщаками.

– Или на Селу,– сказал Ник.– Тамошние кикиморы обнаглели в последнее время.

Но Мa страшно перепугалась и запротестовала:

– Никаких пщаков, никаких кикимор! Раз ваш отец и король велит вам жениться, то надо жениться.

На это ее высказывание Па вскользь заметил, что Ма всегда удивительно логично рассуждает, но лично он ее логику понимает с трудом. По-моему, он был прав. Я, например, лучше бы сражался с жабовидными пщаками, а вот жениться мне не хотелось вовсе. Однако Па уже вытащил стрелы, и Ма нас благословила. Да еще и заплакала при этом. Мне тоже хотелось заплакать, а будущему Герою это, сами понимаете, не к лицу. Такая вот получилась сцена. Ма все говорила Алексу и Нику, чтобы они за мной присматривали, поскольку я-де самый младший. Ма есть Ма. Ведь я всего на три года младше Алекса и на один год – Ника. Ей же все кажется, что младший сын у нее – младенец.