Чтение онлайн

Я улыбнулся ему в ответ.

— Что ж, тогда я тебя покину. Мне пора готовиться к отлету.

— И к помолвке, — поддержал отец. — Я взял на себя смелость заказать украшения для твоей невесты. Тебе их занесут ближе к ужину. Выбирала матушка, так что убедись, что Виктория Львовна их наденет на праздник.

Я усмехнулся.

— Обязательно. Уверен, боярышне понравится.

Покинув кабинет отца, я вернулся в свои покои и сел за рабочее место. Разгребая отчеты Урала, я собирал статистику по княжеству. Дед обязательно будет спрашивать меня, держу ли я руку на пульсе. Так что к возвращению нужно быть подготовленным — Руслан Александрович должен быть уверен в наследнике, как в самом себе.

Поэтому когда зазвонил телефон, я не сразу взял трубку.

— Княжич Романов слушает, — произнес я, все еще глядя на документы.

— Дмитрий Алексеевич, — обратился ко мне секретарь деда. — Князь Демидов велел вам завтра в восемь утра посетить московскую резиденцию великого князя Литовского. Инструкции по переговорам я сейчас направлю на вашу почту. Вас там уже будут ждать.

— Хм, хорошо, — ответил я, глядя на часы. — Еще какие-то распоряжения будут?

— Князь сказал, вам понравится то, что вы услышите, — с легкой усмешкой добавил секретарь. — На этом все, хорошего вам вечера, Дмитрий Алексеевич.

Он положил трубку, а я проверил почту и обнаружил там новое письмо.

Что ж, Руслан Александрович был совершенно прав. Мне действительно понравилось.

* * *

Речь Посполитая, протекторат Германского рейха.

Анна Михайловна открыла глаза.

Вокруг было уже привычно темно, но из узкого окошка под самой крышей пробивался тусклый свет лампы. Каменный мешок, в котором держали великую княжну Выборгскую, имел всего один выход — его преграждала тяжелая дверь, какую больше ожидаешь увидеть в бункере, чем в подвале.

Сама Соколова была прикована к стене, а для надежности похитители каждые несколько часов вливали новую порцию транквилизатора. Лиц врагов девушка не видела — к ней входил лишь один человек, всегда облаченный в мешковатый балахон и в черном шлеме с непрозрачным забралом. Даже если бы она могла передать кому-то приметы этого человека, великой княжне оказалось бы нечего говорить.

Из окна единственным видом, доступным Анне Михайловне, оставался клочок неба да по вечерам — свет уличного фонаря. Так что и о своем местонахождении девушка не догадывалась. Может быть, ее уже давно вывезли из Варшавы, может быть, спрятали в ближайшем подвале.

После долгих попыток призвать дар Анна Михайловна уже смирилась с потерей возможности хоть как-то оказать сопротивление. Ее не ломали, не допрашивали. В нужное время кормили — отвратительной смесью из каши и мяса, перекрученных в фарш. Раз в несколько часов все тот же черный человек приносил ведро. И как бы унизительно ни было, а пользоваться им приходилось под присмотром постороннего.

За все прошедшее с похищения время ей не сказали ни слова. Все ее попытки заговорить ни к чему не приводили. Девушку не заткнули кляпом, не ударили. И вскоре, после очередного пробуждения, она почувствовала настоящий ужас от происходящего кошмара.

Она не была нужна похитителям. Ее знания были не нужны. Ей не давали умереть, но на этом — все.

На задний план ушли все стремления и цели. Осталась только одна — не лишиться рассудка.

Фонарь на улице продолжал гореть, но мигнул, будто кто-то прошел в луче света. Такого великая княжна Выборгская еще не видела, а потому сейчас старалась задавить в себе быстро набирающий силу ужас.

До сих пор ее держали, сохраняли жизнь, но явно ждали, когда явится тот, для кого пленница была предназначена. И сейчас этот наниматель, возможно, уже идет в подвал, чтобы отобрать последнее, что у Анны Михайловны оставалось.

Казалось бы давно высохшие слезы потекли вновь. По одной скатилось по щекам, и великая княжна Выборгская решила, что враг не увидит ее сломленной.

Подняв подбородок, насколько позволял металлический ошейник, Анна Михайловна смотрела в сторону двери, чтобы встретить свою судьбу так, как положено великой княжне. Не сломившись.

Замок в двери привычно заскрипел, в темную комнату проник луч света.

Огромная фигура человека на его фоне выглядела громоздкой и несуразной. Пару мгновений он потратил на осмотр помещения, после чего произнес:

— Рейн.

И... Отошел в сторону, оставив великую княжну Выборгскую без внимания. Анна Михайловна почувствовала возмущение, всколыхнувшее душу, и уже хотела было закричать, когда разглядела того самого черного человека, что кормил и выносил за ней ведро. Пленитель сидел у стены, его шлем был расколот, наружу натекло крови.

Но обдумать этот факт девушка не успела. В проем вошел молодой человек в униформе Германского рейха. Вышитый на плече герб рода принадлежал к побочной ветви кайзера.

Светлые коротко остриженные волосы, высокий рост, широкие плечи. Сходство с верховным правителем Германского рейха было на лицо.

— Полагаю, Анна Михайловна? — спросил он, подходя ближе.

Много мыслей пронеслось в голове девушки, но самой яркой оказалось осознание, что она совершенно обнажена. И пахнет от нее ужасно.

— Да, — стараясь не растерять остатки гордости, ответила она.

Парень кивнул и, отвернув голову, произнес по-немецки:

— Герхард, объект найден. Доложите принцу Соколову. Логово зачищено.

А затем молодой человек вытянул руку, и из его рукава выстрелило лезвие. После чего родственник кайзера перерубил оковы великой княжны и легко поймал ее, не давая упасть.

— Как говорят у вас в Русском царстве, — со смешком произнес он ей на ухо, — после такого я обязан жениться.

— Да.

Великая княжна Выборгская не восприняла его слов всерьез. Ее накрыла апатия, а следом, смывая все пережитое, накатило беспамятство.

В себя она пришла уже в медицинской палате. Мягкая кровать, белые простыни и никакой темноты, даже намека на тени в помещении не имелось.

— Очнулись, Анна Михайловна, — улыбнулся ей сидящий в кресле мужчина.

Не сразу, но великая княжна Выборгская узнала личного целителя государя.

— Константин Владимирович, — улыбнувшись ему, как родному, девушка попыталась сесть, но он остановил ее жестом.

— Успеете еще, Анна Михайловна, — заверил целитель. — Сейчас вам нужно отдыхать и восстанавливать силы. Здоровье ваше не пострадало, но организму потребуется время, чтобы привести себя в порядок. А потом уже и свадьбу сыграете.