Чтение онлайн

* * *

Кремль, рабочий кабинет государя.

Великий князь Невский о своей будущей супруге в этот момент не вспоминал. Были дела поважнее, чем ночь с молодой красивой девушкой.

Дмитрий Алексеевич Романов поднял верный вопрос. И, как показывал «Оракул», крайне вовремя. Потому что среди детей Михаила II Милославского и Юлии Александровны Романовой уже начались весьма тревожащие волнения.

Пусть не все возжелали бороться за царскую корону, однако для потрясений внутри страны хватало и тех, у кого хватило наглости и духа, чтобы бросить цесаревичу вызов. И ведь эти выскочки, до сих пор ничего из себя не представлявшие, обязательно найдут поддержку среди благородного сословия.

В любой стране хватает тех, кому кажется, будто их незаслуженно обидела судьба. А здесь такие шансы возвыситься — посадить на трон будущего государя или царицу, это все равно что обеспечить своему роду не только имя в веках, но и запустить руки в казну Русского царства.

— Итого пятеро, — вздохнул, глядя прямо перед собой Игорь Михайлович. — Я думал, будет больше. А всего-то три брата и две сестры. Последних так вообще можно не считать, девушки легко перейдут на мою сторону, когда я сделаю им свое предложение. Их волнует собственное положение, а выше, чем царский род им все одно не подняться. Я же сделаю так, чтобы они и после замужества остались членами царской семьи со всеми положенными привилегиями.

— Это только те, о ком нам стало известно, — напомнил Емельян Сергеевич. — Еще трое вне зоны действия «Оракула». И что они решат, пока не известно.

Цесаревич отмахнулся.

— Сейчас направим всем уведомления, что я жду их в Кремле, — сказал он, после чего добавил: — Пусть твои сотрудники все подготовят: транспорт, маршрут, безопасность. Я не хочу, чтобы хоть кто-нибудь в Русском царстве решил, будто я намеренно убил собственного брата или сестру из опасения, что они начнут свою игру. С этого момента безопасность всех детей Михаила II и Юлии Александровны — высший приоритет.

Великий князь кивнул, и тут же принялся отдавать распоряжения по телефону. А пока Емельян Сергеевич раздавал приказы, Игорь Михайлович спокойно пил чай.

О каком-либо сопротивлении со стороны родственников он не беспокоился. Русское царство останется в его руках, как бы кто ни старался отобрать у цесаревича державу и скипетр.

И дело не в том, что он хотел становиться царем. Нет, будь у него более подходящий кандидат, Игорь Михайлович сам бы поддержал его. Но такого, к сожалению, не имелось.

Что же касалось требований провести сравнительный анализ ДНК, тут цесаревич был настроен решительно. Все претенденты его сделают: не место самозванцам в царском роду.

Со стороны это будет казаться уступкой? Только до оглашения результатов. Заодно получится заткнуть тех, кто считает его не сыном, а всего лишь ставленником Михаила II.

Ведь если все дети царя — родственники по крови, то Игорь Михайлович абсолютно законный наследник. Как минимум три кружка заговорщиков в разных концах страны окажутся обезоружены. Они-то хотели, чтобы цесаревич отрекся, так как биологически не имел права на трон.

А анализ ДНК покажет, что он на своем месте.

Опять же нет ничего страшного в том, чтобы поддержать семьи, которые растили и заботились о царских детях. Простой народ любит, когда справедливость торжествует. И история о том, как верные своему долгу люди получат царскую поддержку, поднимет рейтинг Игоря Михайловича в глазах царских людей.

Так что единственное, что может пойти не так в этом деле: это внезапная смерть детей Михаила II. Потому как становиться в глазах общества братоубийцей Игорь Михайлович позволить себе не мог.

Ясно ведь, кого посчитают виновным, если с головы царских детей упадет хоть один волос. Игорь Михайлович и так, по сути, никого еще на свою сторону не привлек. Романовы и Демидовы держатся царской власти, это верно. Но даже их влияния не хватит, если придется бороться со всем благородным обществом разом.

Окажись на руках Игоря Михайлович кровь его родни, и о новых сторонниках можно забыть. Никто не пойдет за правителем, который ради власти готов переступить через собственных братьев и сестер.

Поэтому никакой вражды, только встреча давно потерянных родственников и признание заслуг их приемных семей. Тем более что они действительно заслуживали этих почестей. Не все, разумеется, кого-то и окоротить придется, но и совсем без награды оставить тоже нельзя. Пускай те же Холмогоровы воспитали царского сына в не самом подобающем ключе, но они свой долг исполнили, позаботились о ребенке.

— Все, — доложил куратор Царской Службы Безопасности, кладя трубку. — С моей стороны все готово.

Игорь Михайлович посмотрел на часы и вздохнул.

Ночь давно перевалила за середину. Этот затянувшийся день вымотал цесаревича, хотелось отдохнуть и ничего не делать хотя бы неделю. Позвать на свидание Екатерину Юрьевну Самойлову, расслабиться и просто жить.

Но нельзя бросать страну на произвол судьбы.

Не род для человека, а человек для рода? В разрезе всей страны это жизнь правителя в обмен на процветание его подданных.

И как бы ни хотелось вернуться к статусу боярича Стремнева, Игорь Михайлович выполнит свой долг.

Игорь Михайлович прошел к трону и, взглянув на установленную перед ним камеру, плавно опустился на сидение. Положив ладони на подлокотники, цесаревич несколько секунд смотрел поверх объектива, прежде чем корреспондент за аппаратом негромко кашлянул.

— Все готово, Игорь Михайлович, — сообщил мужчина в униформе рода Милославских. — Если вы хотите, мы можем все отменить.

— Нет, Рустам, — приподнял палец от подлокотника наследник престола. — Выводи меня в эфир.

Слуга поспешно кивнул и приступил к последним манипуляциям.

На экранах по всей стране тут же появилось изображение цесаревича. Игорь Михайлович выдержал краткую паузу, давая подданным время осознать, что трансляция внезапно прервалась по важной причине и приготовиться внимать.

— Дорогие жители Русского царства! Как вы все уж знаете из новостей, вчера ушел из жизни наш государь Михаил II Милославский, — напомнил он зрителям. — На правах цесаревича и с полной поддержкой его святейшества Мефодия, Патриарха Московского и Всея Руси, с сегодняшнего дня объявляется сорокадневный траур. Все соответствующие распоряжения уже отданы и начали действовать. В течение этого времени будет проведена подготовка к похоронам и сами похороны государя, о которых еще будет сказано позднее.