Чтение онлайн

— Давай с тобой договоримся…

Вскоре голоса — грудной взрослый и писклявый детский — затихли. Дом вновь погрузился в тишину. Повертевшись немного в постели, затих и парень. Рано было еще, чтобы вставать.

В полудреме мимо него как-то проскользнула мысль, что речь только-что шла о том самом альбоме с рисунками из будущего. Из его настоящего будущего…

— //-//-//-

С утра Захарьина была занята решением каких-то хозяйственных вопросов в заказнике, поэтому новый урок откладывался, а он был предоставлен самому себе. Мила, ее шебутная дочка, тоже отсутствовала. Поехала вместе с классом на детскую выставку со своими рисунками. Можно было не сомневаться, что там ее «живые» картинки вызовут настоящий фурор.

— Очень кстати, — пробормотал Алексей, когда остался в доме один. — Посмотрю, что там в стране творится.

Честно говоря, интересовала его не столько страна, сколько он сам, а точнее, что в сети писали о нем, Алексее Бельском. Ведь, он так до конца и не разобрался, что с ним происходило последний год. В его памяти зияли настоящие провалы. Целые фрагменты из его жизни отсутствовали. Покопаться в сети ему до сих пор так и не представилась возможность. Все время у визора кто-то был.

— Пока никого нет, нужно основательно прошерстить сеть, — он ринулся к визору в гостиной, у которого было прямой выход в сети. — Там, наверняка, что-то будет.

У него были сотни вопросов, на которые не было ни единого ответа: куда подевалась его мама? как их дом сменил своего владельца? что пишут про него самого? закрыто ли уголовное дело против него? и т. д. Что-то ему уже было понятно, а что-то еще оставалось темным лесом.

— Начнем с простого, — он ввел проекцию клавиатуры и быстро написал в поисковой строке свое имя и фамилию. — Посмотрим…

Парень чуть откинулся на спинку кресла, поерзал, усаживаясь по-удобнее. Чувствовал, что сидеть предстояло порядочно. В свое время он нем, как о бойфренде цесаревны Анны, писали столько, что его имя неделями висело в топе запросов десятков самых популярных поисковиков. Сейчас, по прошествии целого года, конечно будет меньше.

— Ни хера себ…, - его челюсть непроизвольно поползла вниз, когда система выдала результат. — Как же так?

Визор на него смотрел девственно чистым экраном, на котором не было ни единого результата. Сочетание имени «Алексей» и фамилии «Бельский» не фигурировало ни в каком виде и контексте.

Несколько минут он тупо нажимал на клавиши, делая все новые и новые запросы. Результат всякий раз был неизменным — белый экран.

Он листал одну страницу за другой. Переходил по цепочкам несуществующих ссылок, отсылавших его на неработающие или заблокированные сайты. Открывал порталы ведущих новостных агентств, просматривал видеоролики.

— Бред какой-то, — шептал парень, ещё подозревая какую-то глупость, мелочь, сбой в конце концов. — Обо мне и Анне ведь из каждого утюга несло. На заборах если только не писали. А сейчас пусто… Реальная хренотень.

Стал наудачу открывать аккаунты социальных сетей своих одногруппников. У них-то точно что должно быть. Он прекрасно помнил, как их с Анной фотографировали после того взрыва в гимназии. Снимали видео, как он нес ее на руках, как укрывал пледом. Это-то точно есть. Не могло не быть. В сети ничего не пропадает.

— Стерли, бл…ь. Как ластиком стёрли, — дошло до него. — Уроды… Уроды…

Через полтора — два часа неустанного копания за визором стало окончательно ясно, что о нем, Алексее Бельском, изъяли все возможные и невозможные сведения. Убрали все: данные с сайта гимназии, ролики с новостных порталов, фото с желтых газет, его собственные интервью.

Алексей оторвался от клавиатуры и откинулся на спинку кресла, уставившись глазами в потолок. Выходила совершенно безумная картина, от которой шла кругом голова.

— Значит, эти уроды договорились друг с другом. Меня слили. Боже, а как мне пели… И один, и второй, такое рассказывали, такое обещали, что закачаешься, — сквозь зубы бормотал парень; взгляд его бессмысленно бродил сосновым доскам потолка. — Этот, — вспомнил Алексей долгие разговоры с императором. — Говорил мне про справедливость для всех — и магов, и не магов, что я должен помочь ему, что на меня смотрит империя, про долг втирал человека и гражданина… падла…

Перескочил мыслью на боярина Вяземского. Тот тоже рисовал ему «замечательное» будущее, в котором было все и даже больше: маги-господа, бесправные люди-рабы, роскошь и могущество. Обещал наказать того, по чьей вине погиб его отец.

— Выходит, я расходный материал, — вздохнул парень. — Стерли… Меня стерли… И маму тоже…

Что же это за люди такие? Они же остальных держат за тараканов, которые бегают где-то там под ногами, копошатся себе, шевелят длинными усами.

— Значит, с этими тварями тоже так поступать нужно. Тоже нужно стереть, — с хрустом сжались кулаки. — Сотру… Вот только с целительством разберусь. Хоть попробую лечить…

Тут у него завибрировал коммуникатор. На экране высветился номер Захарьиной.

— Слушаю, — сразу среагировал Алексей.

— Проснулся? — послышался ее бодрый голос. — Собирайся и иди в клинику. Не передумал еще учиться? — парень замотал головой, утвердительно прогудев в коммуникатор. — Тогда сегодня у тебя будет практика. Поторопись. Если что, здесь позавтракаешь.

Его не нужно было упрашивать. Быстро оделся и вышел на улицу.

До клиники почти бежал, гадая, что там его ждет. Вдруг у него уже сегодня все получится? Может он, вообще, прирожденный целитель? С каждой такой мыслью шаг его убыстрялся, а улыбка становилась шире.

— Леша, наконец-то, — Захарьина встретила его прямо на крыльце. Осунувшаяся, с темными кругами под глазами, она выглядела сильно уставшей. — Тут дел столько… Какие-то люди пикник в лесу устроили. Сильно разгулялись и покалечились. С ними-то я вроде бы закончила. Еще животные остались. Вот с ними мне и поможешь.

История случилась неприглядная. Какая-то шумная компания с большими связями окольными путями пробралась на территорию заказника. Наткнулись на вольер с лосихами и недавно появившимися на свет лосятами. На глянувшемся им месте устроили разгульный пикник, после которого остался сожженный вольер, покалеченные животные и, в добавок, четверо гуляк с колото-резанными ранами. Погуляли, мать их…

— Ты телятами займешься. У черненьких по ножке сломано. Ожог у серого, — показала она на троих телят, жмущихся друг к другу в клетке. — Для начала просто раны обработай. На полке лекарства…

Пока он занимался телятами, Захарьина успела подлатать лосиху с сильным ожогом. Бедное животное лежало на боку и тяжело дышало. Бока, покрытые короткой шерсткой, ходили ходуном, а из рта раздавался хрип. Считай, почти отходила уже.

— Ничего, ничего, — бормотала целительница, усаживаясь рядом на теплый пол. — Потерпи немного, моя хорошая. Сейчас и тобой займусь… Осталось вроде еще немного сил.