Чтение онлайн

– Кто это сделал? – спросил Малач.

– Я не видела лиц. Только ноги. Ноги гоблинов… – сказала Ксана и снова потеряла сознание.

– Смотрите! – воскликнул Железяка и поднял с песка брошь. – Ее Ксана выронила.

– Это знак рода Чассоков, – узнал Тубуз. – Семь иголок, воткнутых в катушку ниток. Точно такая же брошь была на галстуке, который сегодня вечером дала мне тетушка Оманидэ!

И среди своих соплеменников, и среди преподавателей и студентов факультета рыболовной магии, да и во всем Фалленблеке профессор Малач имел безупречную репутацию честнейшего эльфа. И это при том, что он слыл одним из самых заядлейших рыбаков, а ведь известно, что редкий любитель рыбалки не преминет хотя бы немного преувеличить размер своего улова. Нет, такого профессор себе не позволял.

Если, к примеру, Малач ловил магическим спиннингом на озере Зуро за утреннюю зорьку восемнадцать камнеедов, самый крупный из которых весил четыре килограмма девятьсот граммов, то ни в коем случае не хвастал, как некоторые, что, мол, добыл пару десятков солидных особей, один из которых оказался поболе пятерочки. Он никогда ничего не преувеличивал и не уменьшал, всегда называл точные цифры. Такова была его благородная эльфийская натура… Однако в связи с начавшимися несколько дней назад событиями, Малач был вынужден несколько изменить своим принципам. Нет, напрямую он никого не обманывал. Ну, запудрил мозги начальнику герптшцогской стражи Еноварму, чтобы освободить Тубуза и Пуслана; ну, незаконно проник под видом Эзошмеля в замок Ули-Клуна… Вот и все. Зато теперь, направляясь в гости к главному редактору журнала «Всегда своевременная информация», госпоже Офле, он собирался поведать ей от начала до конца придуманную им самим историю…

Судя по солнцу, осветившему башни герптшцогского замка, было начало восьмого утра. Прошло немногим более двух часов с того момента, когда он спас едва не задохнувшуюся от дыма и сильно пострадавшую от ожогов лекпинку Ксану. Она была в полуобморочном состоянии, и эльф на руках отнес девушку к себе домой. Там он снял с нее перепачканную в саже, порванную одежду, осторожно опустил в теплую ванну с мыльной пеной и вымыл с ног до головы. Потом заботливо вытер пушистым полотенцем, обработал ожоги целебной эльфийской мазью, влил в рот три чайных ложки того самого травяного чая, который заваривал себе накануне, и уложил в свою просторную кровать набираться сил. В течение всех этих процедур Ксана лишь пару раз ненадолго приоткрывала глаза и слабо улыбалась своему спасителю, а когда тот покинул спальню, моментально уснула. Уверенный, что всего через несколько часов девушка проснется почти совершенно здоровой, Малач занялся Железякой и Тубузом, которые успели ополоснуться под горячей водой и выпить по чашке чая. Собственно, Алеф в помощи не нуждался, зато на многочисленные ссадины, синяки и ожоги его друга целебной мази пришлось извести немало. Исполняя обязанности лекаря, профессор подробно расспросил постанывающего и ойкающего лекпина о событиях минувшей ночи. И когда на теле Тубуза была обработана последняя рана, в голове у эльфа начал созревать план действий, который окончательно оформился при подходе к дому говорливой редакторши.

Дом госпожи Офлы не отличался хорошим вкусом, впрочем, как и большинство домов зажиточных горожан Фалленблека, построенных на улице Золотолунной, выводившей к замку герптшцога Ули-Клуна. Крышу каждого такого дома обязательно венчал герб его владельца. Судя по вычурной части герба госпожи Офлы, она принадлежала к роду самого герптшцога.

«Вот откуда у нее должность главного редактора!» – сделал вывод Малач.

Взявшись за большой дверной молоток, покрытый толстым слоем золотой краски, он настойчиво постучал. Через некоторое время дверь приоткрылась и из щели высунулась заспанная физиономия дворецкого. Густые черные волосы и пышные бакенбарды придавали ему сходство с горной обезьяной.

– Ты кто? – нагловато спросил дворецкий.

Молниеносным движением Малач схватил того за левую бакенбардину и рывком вытащил на крыльцо.

– Захотелось погрубить? Или считаешь, что дворецкий – это пуп земли?

– Нет, нет, прошу прощеньица. – Дворецкий поднял руки вверх, словно сдавался в плен.

– Я тебе не кто, а господин профессор. А имя мое – Малач. Понял?

– Да, да, все понял, господин профессор…

– То-то же. – Малач разжал пальцы. – Тебя самого-то как звать?

– Зашим, господин профессор…

– Так вот, господин Зашим, сию же минуту доложи госпоже, что к ней пожаловал господин профессор Малач с очень свежей и очень важной новостью!

– Дык спит она еще, – промямлил Зашим, потирая щеку.

– Дык разбуди ее! – передразнил профессор. – Немедленно!

Он шагнул вперед, заставив дворецкого попятиться и оказался в прихожей. Напористость эльфа окончательно развеяла в голове Зашима всякие сомнения и, указав на стоящий в углу кожаный диван, со словами «Тута пока обождите, господин профессор!» дворецкий бросился бегом по лестнице на второй этаж.

Ждать пришлось недолго. Сверху послышался торопливый говор, с каждой секундой становившийся громче, и вскоре на верхней ступеньке лестницы появилась госпожа Офла собственной персоной. С растрепанными волосами, спросонья, она тем не менее выглядела очень привлекательно. Если же учесть, что одета красавица была всего лишь в легкий просвечивающий пеньюар, то редкий мужчина не захотел бы разглядеть представшее перед ним обольстительное создание. И Офла хорошо это понимала.

– Ах, господин профессор, что же, что же вы не поднимаетесь, – защебетала она. – Это так славно, что вы пришли ко мне рано утром, пока я еще была в постели!

такая, такая честь для меня! Надеюсь, что новость, которую вы принесли, так же хороша, как и вы сами? – Офла кокетливо стрельнула глазами в эльфа, который успел подняться по лестнице и остановился перед ней.

– Милая Офла, новость моя почти такая же сногсшибательная и исключительная, как и вы сами. И уверяю вас, каждый, кто узнает ее из вашего журнала, будет поражен и взволнован не меньше, чем я, когда увидел вас в этом соблазнительном одеянии…

– Ах! Вы меня интригуете!

– Конечно, интригую. И поверьте – интригую ничуть не напрасно. Ведь о том, что я расскажу вам через минуту, не знает больше ни одна живая душа.

– Значит, значит, я смогу опубликовать эту новость первой? Это очень, очень важно для нашего нового журнала! Давайте же, давайте побыстрей пройдем в мой кабинет, чтобы вы могли поведать мне вашу интригующую новость.

Госпожа Офла быстро провела гостя в кабинет и заняла место за шикарным письменным столом, снизу доверху покрытым позолотой. Малач устроился напротив в большом кожаном кресле.

– Записывать за мной ничего не надо, для этого совсем нет времени, – сказал Малач. – Насколько я знаю, окончательная верстка журнала должна попасть в типографию не позже девяти утра, чтобы свежий номер успел лечь на стол Его величества герптшцога ровно в полдень, когда он приступит к своему первому завтраку…

– Совершенно, совершенно верно. – Офла нетерпеливо поерзала на стуле. – Рассказывайте же, рассказывайте, профессор! Я обещаю заплатить вам гонорар по самой высокой ставке!

– А вот в отношении гонорара беспокоиться не надо.

– Как же, как же так?!

– Я имею в виду гонорара как такового, – загадочно улыбнулся эльф. – Не далее как вчера из ваших уст прозвучало такое интересное предложение, как не стандартная форма оплаты….

– О! Господин профессор, – глаза Офлы загорелись. – Я готова, я… – Она начала подниматься из-за стола.

– Я готов, – перебил ее Малач и жестом показал, бы Офла села обратно, – предоставить вам бесценную информацию для поистине сенсационной статьи, и которой будет стоять ваше красивое имя и благодаря которой тираж «Всегда своевременной информации» уже со следующего номера возрастет более чем в два раза.

– Как это хорошо! Это очень, очень хорошо…

– Итак! – Малач слегка повысил голос, как бы призывая девушку больше его не перебивать. – Речь пойдет о двух неординарных событиях, случившихся минувшей ночью. О них уже известно всему Фалленблеку, вот только никто, кроме меня, не знает, что второе событие – трагическое – стало прямым продолжением первого – криминального…